По-настоящему

Болдинова Екатерина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
По-настоящему (Болдинова Екатерина)

Мы переезжаем на новую квартиру. Обычная в таких случаях суматоха – коробки, в которых никак не найти самой необходимой вещи, сдвинутые набок шкафы и тумбочки, постоянные разъезды туда-сюда и визиты бывших хозяев – то зонтик забыли, то пакет с продуктами… Да мало ли сколько всего связано с переездом! Но самое страшное начинается потом – когда надо расставить вещи, привести новый дом в порядок, отремонтировать случайно порванные провода, переклеить обои, побелить потолки… Приступы необыкновенной работоспособности и энергии сменяются тяжелейшими минутами полной апатии, когда ничего не хочется делать и любая попытка окружающих втянуть тебя в круговерть домашней работы расценивается как предательство. Привычный уклад жизни надолго ломается, и восстановить его может только окончание ремонтно-перестановочных работ в новой квартире.

К счастью (а может, и к сожалению), переезжать с места на место мне доводилось нечасто. Последний раз я поддалась на подобную авантюру прошлой весной, когда мы с мужем решили отделиться от родителей. Спустя месяц после свадьбы мы поняли, что постоянная опека с их стороны вряд ли поможет нам свить собственное гнездо. Почти два месяца искали подходящий вариант. И вот наконец в самом начале марта переезд состоялся. Мы с мужем оказались в уютной трёхкомнатной квартирке недалеко от залива, а его родители остались в почти таких же «апартаментах», но в другом микрорайоне. Муж хорошо зарабатывал, и мы решили сразу взять ипотеку на большую квартиру, чтобы потом, когда появятся дети, не искать новые варианты. Квартира была в старом «прокурорском» доме. Хозяев мы так и не увидели, договор подписывался их представителем по доверенности. Помнится, в день подписания документов мы ужасно нервничали… Впрочем, разговор не об этом. Если мне когда-нибудь захочется рассказать о первых месяцах своего замужества, я, пожалуй, напишу ещё одну книгу…

В новой квартире мой благоверный решил сменить всё, что можно было менять. Начали мы с линолеума. И, отдирая плинтусы, наткнулись на тайничок в полу. В самой маленькой комнате кусок линолеума был аккуратно вырезан и вложен на место, причём так, что из-за рисунка линолеума тайник вообще не был заметен. «Наверное, это клад!» – пошутил муж. Клада, понятное дело, не оказалось. В тайнике была лишь толстенная линованная тетрадь, тщательно завёрнутая в газетную бумагу. На первой странице красивым почерком было выведено: «Мой дневник. Посторонних прошу не беспокоиться».

Я удивилась. Была шокирована. В эпоху Твиттера, ЖЖ и Фейсбука очень сложно представить, чтобы кто-то всерьёз мог вести дневник. Писать в нём – много, страстно, почти каждый день, какими-то смешными ручками – разноцветными, гелевыми… Потом увидела даты: 1999 год, 2000-й… Да, тогда молодёжь ещё не так много сидела в интернете. Может быть, даже именно тогда она больше жила настоящей жизнью, а не количеством «лайков» на своих электронных страничках…

Я села читать и пропала на несколько часов, пока не перевернула последнюю страницу. Этот дневник мог бы дать фору некоторым романам. С той лишь разницей, что в романах события зачастую притянуты за уши, а здесь всё как в жизни, не всегда красиво и правильно, но зато – по-настоящему.

31 августа 1999 года

Завтра первое сентября. Подумать только: моё последнее первое сентября в школе! Интересно, как буду я себя чувствовать на следующий год, когда вместо привычной дороги в «родную тридцать вторую» меня будет ждать неизвестность?.. От этого года столько всего зависит! Как я окончу школу, поступлю ли в вуз. Ах, как мне не хочется думать обо всём этом!

С ума сойти, как быстро пролетели эти десять лет! Сегодня мне попался в руки альбом с моими старыми школьными фотографиями. Сижу и перебираю их уже битый час. Вот мой первый класс – 1«Б». Милое доброе лицо Анны Тимофеевны, праздничные улыбки учителей, белые бантики, парадная школьная форма, цветы, целое море цветов… А вот я уже в пятом классе – две смешные косички с голубыми ленточками, светло-синий плащ (помню, я была такая гордая, когда мне его купили!), весёлая улыбка. Как бежит время… Знаешь, дневничок, я так часто жалею, что уже не ребёнок. Ведь детям намного проще живётся на свете. Я и сама точно не знаю, кто я сейчас – вроде бы уже не подросток, но ещё и не совсем девушка. Или всё-таки «совсем»?..

1 сентября 1999 года

Как всё это странно! Неужели правда такой день у меня в последний раз в жизни? Не верю. Этого просто не может быть…

За лето школа как будто стала меньше. То ли я выросла, то ли потолки сами опустились… И всё по-прежнему. Татьяна Мироновна такая же неугомонная, да и класс мой ничуть не изменился. Разве что некоторые личности стали ещё тупее… И Татьяна – наша вечная активистка, как всегда, в своём репертуаре. Как известно, День знаний в моей школе проходит под девизом: «Никаких знаний!» Поэтому после классного часа и раздачи учебников все разбежались кто куда (больше с Татьяной – в направлении её дома). Мы с Натой пошли ко мне. Славно так посидели, попили чаю, посмотрели кассету – Димка снимал торжественную линейку на камеру. Вот, собственно, и всё.

4 сентября 1999 года

Я просто разрываюсь. Не знаю, что мне делать. Родители поругались – да как! Папа ушёл. Теперь он живёт на работе, и неизвестно, вернётся ли домой. Мне страшно. Их ссора продолжается уже третий день. Я даже не хочу о ней писать – это было так глупо, нелепо и так противно. И – я никогда не слышала от моего отца таких слов. Он не имел права говорить маме такое. Я попыталась вмешаться – и только по носу получила. Как они ругались! Какие слова кричали друг другу в лицо! А мама плакала. Когда папа ушёл, она заперлась в своей комнате с пачкой сигарет. И плакала. Я точно знаю, хотя не видела ни слезинки. Такая ужу меня мама. Сильная.

И как назло Димка ещё первого сентября уехал в командировку… Скорее бы он вернулся! Вместе мы точно что-нибудь придумаем!

5 сентября 1999 года

В расстроенных чувствах. Иначе и не скажешь. Просто плохо. Хочется кричать до хрипоты, хочется раствориться, исчезнуть, перестать чувствовать. Насовсем. Навсегда. Сижу в наушниках, слушаю музыку. Инструментал. Ни слова, но как много смысла…

…Ну сколько же можно? Они разводятся, стабильно разводятся раз в год, сколько я себя помню. Ругаются, мирятся, мама твёрдым голосом произносит: «Риша, я с твоим отцом буду разводиться», отец хлопает дверью, обегает микрорайон, возвращается с цветами, они мирятся… Для меня это уже обычное явление. Но так они ещё не ругались на моей памяти никогда. И главное, я даже понять не могу, из-за чего. Сидели на кухне, спорили о политике, папа сказал что-то злое о правительстве, о президенте, мама возразила, и – понеслось…

Всё равно я точно знаю – они помирятся. Если не сегодня и не завтра, то через неделю. Они не могут жить друг без друга. И даже без этих вечных ссор. Наверное, это просто какая-то странная разновидность любви: каждый раз проверять друг друга на прочность и радоваться потом, что очередная проверка пройдена…

…Хотела бы я жить так? Нет. Хотела бы любить так, как они? Так сильно и страстно после 25 лет брака? Наверное, да…

7 сентября 1999 года

Сегодня днём, когда мамы не было дома, позвонил Димка. Я не сказала ему, что родители уже неделю в ссоре. Зачем расстраивать?

А потом совершенно неожиданно пришёл папа. Он соскучился по мне, по маме, по брату. Сказал, что вёл себя глупо и будет просить у мамы прощения. Мы с ним разговаривали, наверное, часа два. Потом папа побежал в магазин за цветами для мамы, а я поставила на плиту ужин. Постелила на стол скатерть, достала свечи… И потихоньку сбежала в школу – делать задание по информатике. Пришла поздно, часов в восемь. Меня встретили счастливые лица родителей. До сих пор не верится, что жизнь снова возвращается в свою колею…

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.