Сборник стихов

Гарт Фрэнсис Брет

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Фрэнсис Брет Гарт

«ДВАДЦАТЬ ЛЕТ»

ГОРА ДУШЕВНОГО СПОКОЙСТВИЯ

ДВА КОРАБЛЯ

ДИККЕНС В ЛАГЕРЕ

ДОЛЛИ ВАРДЕН

К МОРСКОЙ ПТИЦЕ

К ШИШКЕ ОГРОМНОГО ДЕРЕВА

КАЛИФОРНИЙСКИЙ «ВЕЧЕРНИЙ ЗВОН»

КОЙОТ

МАДРОНЬЯ

НЬЮПОРТСКИЙ РОМАНС

О ЧЁМ ПЕЛ ДЫМОХОД

О ЧЁМ ПЕЛА ПУЛЯ

ОДИНОКАЯ ГОРА

ПЕРО ТОМАСА СТАРРА КИНГА

РОК

САН-ФРАНЦИСКО

СТАНЦИОННЫЙ СМОТРИТЕЛЬ

У ГАСИЕНДЫ

ЧТО ВОЛК СКАЗАЛ КРАСНОЙ ШАПОЧКЕ

ШТРИХИ К ПОРТРЕТУ

Фрэнсис Брет Гарт

«CROTALUS»

(Владенья гремучника Сьерры)

Нигде нет жизни никакой,

Лишь солнце, тени и покой.

Коснувшись голых скал рукой,

Лишайник вижу у камней,

А в ярде — лента у корней,

Полоски жёлтые на ней.

Он там, в расселине! Шагнуть

Подальше, корни отогнуть,

Его на палке изогнуть!

Как ты изящен в этот миг!

Трещащий ужас напрямик

Волнуя всё - везде проник.

Звук, словно от костей сухих

В Долине смерти! Среди пихт

Шум крыльев саранчи утих.

Журавль, у звука в кабале,

Как сбитый пулей, по земле

Ползёт на сломанном крыле.

Зайчонок встал, губой дрожа,

Ошеломлённый, чуть дыша,

Трясётся, в пятках вся душа.

Стоп, старина! Уже здесь нет

Моей ноги, не мучай вслед

Мир звуком злобных кастаньет!

Сдержать ты можешь гребень свой;

Удар рассчитан роковой, —

Ты без него не горд собой.

Но стой! Не зачарует взгляд

Из щелей глаз твоих, то ад

Огни метает, говорят!

Надменен ты, но прост и смел,

Нести всем беды твой удел,

Ты проклят — кровью охладел;

И потому под солнцем, наг,

На скалах ты, или же очаг

Наш выбрав, лишь густеет мрак,

В золе нагретой весь блажен;

Гость молчаливый этих стен,

Ты ищешь, грустный, у пламен,

Как нищий кружку молока,

И жизнь спартанская пока

Тебе без грабежа близка.

Ты! Слава чья — скользить меж трав

С горящим языком, избрав

Живое для своих забав;

Когда бегут все твари вспять,

И всё закончено — опять

На солнце просишь полежать!

[Crotalus (лат.) — гремучая змея, гремучник.]

«ДВАДЦАТЬ ЛЕТ»

Я не слушал тебя, старина!

Извини! Размечтался устало.

Звон льдинок в бокале вина

Разбудил мою память от сна,

И струна её вновь зазвучала.

Оказался на пастбище вдруг

Я, спустя двадцать лет — всё знакомо,

В этом звуке услышал, мой друг,

Колокольчиков звон я вокруг

От коров, приближавшихся к дому.

Лепестки белых яблонь дрожат;

Златоцвет в копьевидном убранстве;

За плавильней Рапалей закат —

Дальний Запад — тревожил мой взгляд,

Как страна романтических странствий.

Был героем мой друг, и была

Моя девочка — ангел. Не скрою,

Пил я пахту, но в десять могла

Вера крепкой быть, в тридцать — прошла,

Сомневаемся мы с перепою.

Ах, всё это представилось ли,

Что, мечтал я, должно быть, устало,

Иль, скорей, потерял всё в пыли

Прошлых лет, тех, что коркой легли

На бутылке твоей из подвала.

Ты сказал, что прошло двадцать лет?

Двадцать лет? Ах, мой друг, я всё знаю!

Все мечты, улетевшие вслед,

Все надежды, которых уж нет,

Я с тобой, старина, пропиваю!

ГОРА ДУШЕВНОГО СПОКОЙСТВИЯ

Грядою скал и мутных вод потоком,

Изгибами лощин,

Ты говоришь в спокойствии глубоком

Для суетных мужчин.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.