Не забудь покормить дракона, дорогой!

Линард Алекс

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Он проснулся непривычно рано. Солнце только–только успело подняться над землей и сейчас заглядывало в окно, оставляя на противоположной стене лукавые желтоватые пятна.

Он нехотя сполз с кровати, лениво потянулся, почесывая в интересном месте, прошлепал босыми ногами в ванную.

Вышел из нее уже чуть посвежевшим, взбодрившимся, в новых, в голубой цветок, трусах. Прошлепал на кухню, включив по дороге телевизор — привычка. В кухне направился к холодильнику (о Боже, как он его любил!). Раскрыл, достал себе пару холодных помидоров, кусок ветчины. Только закрыв дверцу, прочитал приклеенный к ней маленький листок–липучку: «Не забудь покормить дракона, дорогой! Чмоки. Твоя Лори».

Жуя ветчину, с тоской думал о том, что сейчас нужно будет идти кормить эту гадину, выгребать из–под нее кучи вонючего дерьма. Ну вот скажите, на кой ему это сдалось? Ну кто знал, что вместе с молодой женой он получит и небольшое приданое — огромного, вонючего, прожорливого засранца! Тьфу!..

Дожевав помидор, набулькал в любимый высокий стакан холодного томатного сока. Что может быть лучше в уже жаркое летнее утро, чем моментально запотевший стакан густого и хорошо присоленного томатного сока!

С удовольствием, смакуя, выпил.

Прошлепал обратно в спальню напялил старые джинсы и клетчатую рубаху. На ходу застегивая молнию на ширинке, вышел на крыльцо, застыл на минуту, жмурясь от яркого солнца, сделав над глазами козырек из ладони. Хозяйским взглядом обежал огород, с тоской посмотрел на огромный сарай–ангар, занимавший чуть ли не три сотки землицы.

Спустился в погреб, кряхтя поднялся обратно с половиной бараньей туши. Взвалив холодное и скользкое ополовиненное тело некогда веселого и беспечного барана на плечо, проследовал к ангару, открыл дверь.

Внутри смердело так, что каждый раз, входя в сарай, он думал, что либо его немедленно вырвет, либо он потеряет сознание.

Дракон, как собака, лежал в углу, в полудреме, положив огромную рогатую голову на передние лапы. Когда хозяин вошел, животное дернулось и приподняло голову. Его хвост, самый кончик, неуверенно задрожал по–собачьи, желая и боясь дать себе волю и размах в излиянии радости. Но разглядев своими огненными глазищами во тьме сарая, что это пришла не хозяйка, а этот… Дракон тяжело вздохнул, успокоил свой хвост и стал подниматься.

- Ну! — прикрикнул муж хозяйки. — Шевелись, вонючка! Что, чмо, опять навалил целую кучу?! Как ты меня достал, урод!

Дракон зашевелился, засуетился, сдавая назад, в самый угол, сотрясая стену ангара.

- Н–н–о–о! — прикрикнул муж. — Стоять, годзилла! Сарай завалишь, бестолочь…

Нет, ну кто знал, а! Кто знал, что его молодая женушка в первый же год их совместной жизни, обчитавшись дурацких фэнтези, кинется сочинять сама! Досочинялась, красавица…

Однажды она разбудила его среди ночи счастливым повизгиванием, суматошными поцелуями, прыжками на кровати.

- Эй, ты чего? — вопросил он, рассматривая веселые смешинки в ее глазах, которые так любил всегда.

- Милый, милый, я так счастлива! — возвестила она. — Ты не представляешь!

- Представляю, отчего же, — пошутил он. — Жизнь с таким мачо как я сделает любую девушку счастливой до сумасшествия. Ты — не исключение.

Он чмокнула его в сонный нос, прошептала на ухо:

- У на–ас… бу–удет… Ну?..

- Да ты что! — подскочил он. — Лорка! Правда?! Охренеть! Какая ты молодец! А ты уверена?

- Конечно, глупый, — отвечала она, запечатлевая по поцелую на каждом его глазу. — Конечно уверена. Я его только что видела своими глазами.

- Ко… Кого? — опешил он.

- Ну дракона, дурачок, — улыбнулась она.

- Дра… Ка… Какого дракона, ты о чем?

- Понимаешь, любимый, я сегодня писала про Малкольма (ну ты помнишь, да? Про того, который в страну драконов попал). И у меня так хорошо все получалось. Вот прямо реальное вдохновение было, как оно и бывает, наверное у настоящих писателей, прямо лилось все само собой, я аж летала. Ну и вот, писала–писала и все думала: а как все же это здорово! Как красиво! Какие они милые, эти дракошки! Вот бы они были на самом деле! Я бы обязательно завела себе одного… И… Понимаешь, я сама не знаю, как это случилось. Он — прилетел.

- Кто? — отказывался он верить своим ушам.

- Да дракон же, блин! — ткнула она его кулаком в плечо. — Ты меня слушаешь вообще? Теперь у нас есть собственный дракон! Ты счастлив, милый?

Вот так. С тех пор этот гад и живет у них. Пришлось построить ему ангар, чтобы он не вытоптал весь огород и не распугал (не пережрал?) всех соседей.

- Ну что, скотина, — произнес он, приближаясь к животному. — Жрать хочешь?

Дракон попытался вжаться в стену, пряча морду под крыло. Нос у него был очень болезненным местом, а мужу больше всего нравилось пинать его именно в нос. С его осклизлого перепончатого крыла посыпалась налипшая за ночь измятая солома.

Муж хозяйки сбросил с плеча на солому баранину.

- Мне бы этой туши хватило на неделю, — пропыхтел он. — А тебе, с твоим хавальником, этого на раз едва–едва. Вот нахрена бы ты мне сдался, а? Тебя ж легче убить, чем прокормить.

Дракон виновато поморгал, облизнулся на мясо, потянул носом его аромат. Эх, зря он это сделал, потерял бдительность!

Муж хозяйки моментально пнул сапогом по черно–розовому носу.

- Место, чмо! — прикрикнул он. — Куда ты свое рыло тянешь! А ритуал?

Дракон взвизгнул от боли, быстро принял стойку на задних лапах, высунул язык, задышал часто и коротко, изображая из себя собачку, отрабатывающую кусочек колбасы.

- Хреново, — покачал головой муж хозяйки. — Бьюсь я с тобой бьюсь, тупая скотина, а ты все лажаешь и лажаешь…

Дракон, что было мочи, попытался добавить во взгляд собачьей преданности и счастья, заелозил задом по соломе, но во взгляд лезла только горькая правда жизни: униженный и оскорбленный дракон, растерявший остатки гордости, лишенный полета, забитый и печальный.

- Лажа! — не оценил хозяин. — Голимая лажа, брателло!

Сейчас, как обычно, будет удар лопатой и порция ненавистной соли на баранину.

И правда — муж хозяйки взялся за лопату, зачерпнул из коробки, стоящей в углу хорошую порцию омерзительного белого песка.

Не помня себя от горя, дракон сделал быстрое движение, захватил передними зубами баранью полутушу и, забросив голову, опрокинул ее в горло. Блаженно облизнулся, икнул, отрыгнул огнем, едва не запалив сарай.

Муж хозяйки, обалдев от такой наглости, открыв рот, готовый излить прокляться на голову мерзкого животного, гыкнул недоуменно и гневно.

- Ни хрена себе… — произнес он. — Ты что, вообще без тормозов, что ли, петух ощипаный?

Дракон отрыгнул еще раз и пополз в другой угол, подальше от лопаты, пряча морду в солому, виновато поджав хвост.

- Нет, я не понял, ты чего, засранец?!

Муж хозяйки ссыпал соль обратно в короб, взял лопату на изготовку, сделал шаг к животному, замахнулся.

Дракон, прижав уши, клонясь к полу, зажмурился. Лопата хлопнула его по спине. Это было не больно. Лишь бы не по носу и не по хвосту!

Но муж хозяйки за минувший год тоже хорошо изучил все болевые драконьи точки. Сейчас он хорошенько прицелился, чтобы ударить по носу.

- Свинья! — крикнул он, размахиваясь.

Наверное, это было последней каплей. Когда лопата с силой ударила дракона по носу, а «свинья» вломилось в его уши, разрывая барабанные перепонки, втаптывая его гордость в грязь, его хвост вдруг дернулся сам по себе, отказывая мозгу в правах контроля над собой. Хвост метнулся в сторону мужа хозяйки и ударил его под зад, подбросил в воздух, к самой крыше сарая. Описав дугу в воздухе, теряя лопату, удивленно хлопая на лету глазами, раскрыв рот в безголосом крике, муж хозяйки спикировал вниз. Последним, что он видел, была широко раскрытая розовая пасть, огороженная частоколом желто–белых зубов, плотно наставленных в два ряда, белая пена слюны, которая вперемешку со слабым огнем клокотала где–то в драконьей глотке, драконьи глаза, на мгновение вспыхнувшие красным бездушным светом…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.