Камни & косы, или О кошечках, птичках и прочих милых тварях

Котянова Наталия

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Камни & косы, или О кошечках, птичках и прочих милых тварях (Котянова Наталия)

Сабина

В тот вечер мы изрядно перебрали. После выступления, как обычно. Дальше — по накатанной схеме. Я всех отговариваю, пытаюсь строить, ругаюсь с парнями, они меня посылают — сначала вежливо, потом далеко и надолго, я расстраиваюсь и от расстройства тоже себе наливаю. Чуть-чуть, ещё чуть-чуть… Потом опять ссорюсь с Кайном; смутно помню, как мы орём друг на друга, не стесняясь других посетителей бара, как он в очередной раз заявляет, что «сыт по горло этой истеричкой». А потом происходит неожиданное: он выхватывает у разносчицы поднос, полный бутылок, и с размаху швыряет его на пол. Грохот, чей-то испуганный визг, хозяин грозится вызвать полицию, Томис, как наиболее трезвый и ответственный, тут же вынимает бумажник и вступает в переговоры… А Кайн подходит, хватает меня за шкирку, встряхивает и шипит, что я дура, жалкая неудачница, сопля и почему-то бревно, и что он уходит от меня. Сейчас же и навсегда. И группу бросает, надоело это сборище придурков и пьяниц, у которых таланта ни на грош, а вот гонора выше крыши. Это последнее оскорбило меня больше всего. Ладно я, но группа! Не может же он бросить дело, на которое потрачено столько сил, времени… и души. Про талант это вообще плевание ядом — он у нас есть!! В конце концов, именно музыкой мы сейчас в основном и зарабатываем, даже альбом один записали, и поклонники у нас есть, особенно в интернете. А он… Вот козёл! Я размахиваюсь и пытаюсь заехать бывшему парню по гнусно ухмыляющейся роже, но промахиваюсь и почти падаю. Точнее, падаю, потому что Кайн в это время выпускает мою многострадальную куртку и равнодушно наблюдает, как я, опрокинув стул, растягиваюсь на полу. Больно… Кажется, он ещё смеётся — а потом наконец-то уходит. Скотина… Ненавижу, ненавижу!

Том помогает встать, неловко гладит по плечу, блеет какую-то успокоительную чушь, но я лишь привычно отмахиваюсь от этого тюфяка. Его вновь подзывает хозяин бара, а я, не глядя на любопытствующих, бочком выскальзываю на улицу.

В холодных весенних сумерках в голове быстро проясняется, зато настроение стремительно падает за минус ноль. Я бреду наугад, проклиная весь мир, урода Кайна и себя заодно, потом злость переходит в жалость к себе. Хлюпаю носом, вытираюсь рукавом, размазывая остатки косметики, и прихожу к закономерной мысли, что жизнь — дерьмо, люди ещё хуже, бывший парень достоин только непечатных эпитетов, и вообще, вот пойду и прыгну с моста. Эта идея кажется заманчивой. Иду на набережную, в такой час почти безлюдную, некоторое время тупо пялюсь на воду, на плавающий по ней мусор — и ловлю себя на том, что передумала. А вот хрен вам всем! Надо просто выспаться, а уж потом думать, что делать дальше. Если только вспомню, где наша гостиница… как её там? Блин, забыла…

Достаю из кармана телефон, первым делом стираю номер Кайна. Набираю Ирга — не отвечает, Калеба — то же самое. Остаётся Том — он, хоть и зануда страшный, зато мало пьёт и заботливый, как мамочка.

— Саби, куда ты подевалась?! Я уже час тебя ищу!

Ну и дурак, чуть не ответила я.

— Я стою на набережной…

— А конкретно где?

— Нуу… Тут фонари, рядом мост какой-то.

— Подойди и прочитай название!

— Сейчас… Ой!

«Ой» получилось потому, что мобильник выскользнул из моих пальцев и с красивым всплеском ушёл под воду. Вот…!

И что теперь делать?!

Я обречённо роюсь в карманах, нахожу несколько смятых бумажек и пригоршню железа — ай, ладно, жить будем! С этой оптимистичной мыслью направляюсь в первую попавшую на глаза забегаловку, на ходу решая, чего мне хочется больше — кофе или вина для сугреву.

Внутри бар оказался уютным — приглушённый свет не резал глаза, посетителей немного, а у стойки — так вообще никого. Я не без труда вскарабкалась на высокий стул.

— Доброе утро! Чего изволите?

Я недоумённо смотрю на немолодого бармена.

— Уже утро?

— Ну, полпятого — скорее утро, чем ночь, вы согласны? Так что будете пить?

Я открываю рот, и тут на соседний стул решительно присаживается ещё одна девушка.

— Будьте любезны кофе с ликёром.

О!

— И мне тоже!

— Сию минуту, леди.

Бармен отворачивается к кофемашине, а мы с девицей машинально косимся друг на друга.

— Сабина, — неожиданно для себя представляюсь я. — Может, выпьем вместе?

Девица чуть приподнимает брови.

— В смысле — кофе?

— Ну да. Просто выпивка в меня уже не лезет…

— А почему бы нет?

Незнакомка кивает на дальний столик, предлагая устроиться поудобнее, и с улыбкой принимает от бармена чашку. Аромат кофе бодрит и словно придаёт сил.

— Давай я сама донесу.

Мда, неужели так заметно, что я немного не в форме?

Я плюхаюсь в удобное кресло и тоже с удовольствием принюхиваюсь.

— Спасибо.

— Да не за что!

— Ну что, предлагаю выпить за то, чтобы все козлы поскорее передохли!

Девушка на секунду замирает, озадаченная несоответствием между кровожадным тостом и моей умиротворённой улыбкой. Потом встряхивает светлыми волосами и салютует чашкой.

— И ещё за то, чтобы из тех, кто выживет, нам с тобой достались самые лучшие!

— Козлы? — ехидно уточняю я.

— Мужчины! Или ты зоофилка?

Мы смотрим друг на друга и хихикаем, потом пьём, болтаем, заказываем ещё кофе, опять хихикаем и болтаем… Я совершенно забываю про то, что Том в это время меня ищет, и ещё не догадываюсь о том, насколько важным человеком станет в моей жизни эта случайная подружка. Вероника…

Вероника

Давно я не была в Каунасе, а теперь вот занесло… На хрена? А просто первый поезд был именно сюда. И хорошо, что сюда, а не на край света. Здесь скучно не будет, полно народу, можно легко найти подработку на лето…

И перестать вспоминать. Два дня назад было ровно три года с… К чёрту! Зачем тогда тащиться в такую даль?! Продолжать ныть? А вот фиг вам! То есть мне. Альфея сказала — Альфея сделала! Так было с самого детства, надо мной даже подшучивали, но и уважали: мало, оказывается, таких, кто умеет держать слово. Я умела. Иногда себе во вред, не без этого… Но в целом в жизни это скорее помогало, удерживало от безрассудных обещаний и поступков — а соблазнов вокруг меня всегда было предостаточно. Я простила и забыла свою первую любовь (мальчика увела более опытная подруга), смогла понять маму, когда она после смерти отца второй раз вышла замуж, а потом пережила её гибель в автокатастрофе — тяжело, мучительно… Но дала себе зарок, успокоилась и живу дальше. Неплохо живу, кстати. Нигде подолгу не задерживаюсь, сама себе хозяйка — сама зарабатываю, сама трачу. Периодически вляпываюсь в авантюры и из них выбираюсь, сама себя ругаю и хвалю.

Вот только любить, похоже, разучилась. Конечно, рановато в двадцать четыре года делать такие выводы, но в мужчинах я пока бесповоротно разочаровалась. Точнее, они просто не дотягивают… Много их было за два с лишним года, разных, и не абы каких, а интересных, стоящих, в общем-то, мужчин. Даже замуж не раз звали. Спасибо, конечно, но я не из этой очереди за счастьем. Я слишком себя люблю, чтобы так просто взять и испортить себе жизнь. И плевать на статус, сочувственные взгляды бывших подружек и родни — я вижусь с ними слишком редко, чтобы что-то доказывать. Я не нуждаюсь в чьей-то заботе, ибо прекрасно умею заботиться о себе сама, и собираюсь предаваться этому полезному занятию ещё многие годы. А сажать себе на шею ещё кого-то — увольте!

Я сильная и не скрываю этого. Рисковая, но при этом хладнокровная, да и умом Бог не обидел. Знаю себе цену и справляюсь практически с любым делом, за которое берусь.

Кроме одного. Не могу перестать помнить…

Я смотрела в чёрную ночную воду Нериса, изо всех сил пытаясь отвлечься, но как будто всё больше утопала в несвойственных мне тоскливых мыслях. Как эта ветка, подхваченная водоворотом, дёргается, крутится и, наконец, уходит под воду, навсегда потерянная для этого мира — так и мне хочется раствориться вместе с ней в холодной чёрной бездне с редкими вкраплениями фонарей. И плыть, плыть, ни о чём больше не думая, а потом…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.