Гадюшник

Дэвис Линда

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Гадюшник (Дэвис Линда)

Пролог

— Высший класс.

— Откуда такая уверенность?

— Все при ней. Никому и в голову не придет ничего заподозрить. Она умна, выдержанна и честолюбива; такое дело придется ей по душе. К тому же она идеалистка — может и закон преступить, если решит, что правда на ее стороне. И вероятно, получит от этого удовольствие.

— Это еще почему? — насторожился Бартроп.

— Да вид у нее такой — словно готова наперекор судьбе пойти, хотя и аккуратно.

— Вам не кажется, что это оружие обоюдоострое? — нахмурился Бартроп. — Похоже, вы забываете, что мы не имеем права на ошибку. Если хоть что-нибудь просочится в прессу…

— Не просочится, — успокоил его Баррингтон. — Она будет играть с нами, да и проверку я ей устроил неплохую. Она умеет держать язык за зубами. То есть вообще-то любит посплетничать, как любая, но только не о деле.

— А ведь она вам нравится, не так ли?

— Она любому понравится.

— Но ведь вы отдаете себе отчет, что ей может прийтись несладко? Если что-нибудь пойдет не так, нам придется от нее избавиться.

— Считаете, ей следует об этом знать?

«Она будет знать ровно столько, сколько я сочту нужным», — подумал Бартроп, а вслух сказал:

— Скажите ей, чтобы не попадалась, а если попадется, пусть выбирается сама. Вопрос в том, устроит ли ее это? Мне вовсе не хочется, чтобы она побежала в полицию.

Баррингтон задумался:

— Все будет в порядке.

— Впрочем, так или иначе болтать не в ее интересах, — раздельно, со значением проговорил Бартроп.

Директор отдела по борьбе с наркотиками управления М16 и президент Английского банка понимающе улыбнулись друг другу. В тот момент им и в голову не могло прийти, что Сара Йенсен, если ее загнать в угол, становится чистой львицей; что, если ее кинуть, она, подобно Самсону, раскачав колонны, обрушит на них свод храма.

Глава 1

В свои двадцать семь лет Сара Йенсен жила, в общем, обычной жизнью, но так казалось только на первый взгляд. Занимаясь внешнеторговыми операциями, она завоевала видное положение в лондонском Сити. Жила в большом доме вместе с братом и приятелем. Была красива. Всего ей хватало — внешних данных, любви, денег. И страха. Жизнь, которую она с таким тщанием выстроила, была хрупкой. Она могла оборваться точно так же, как со смертью родителей оборвалось одним солнечным полднем в Новом Орлеане ее детство. Считанные секунды. Вспышка. Мгновенный удар. Прикосновение чего-то металлического к коже. Этот страх всегда был с ней. Он заползал куда-то вглубь, укрывался, стараясь сам себя превозмочь и обмануть, в разного рода закоулках души, но не исчезал никогда. И тень его падала на все, что бы она ни делала и чем бы ни занималась, — на безумно рисковые операции, когда она у себя за столом играла в игры, где на кон ставились миллионы фунтов стерлингов, на случайные любовные интрижки, на устоявшийся роман с Эдди, на выпивку; этот страх таился в ее заливистом смехе и в теперешней, ничем не омраченной жизни. В этой хрупкости заключалась и своеобразная сила. Она обогащала жизнь, позволяла наслаждаться ею, придавала ей остроту. И пока зазубрины характера удавалось сглаживать и сводить воедино, ничто ей не угрожало.

Иногда она задумывалась, а не возникает ли у кого-нибудь подозрений, нет ли кого-то, кто видит картину в целом. Нет. Может, двое ее ближайших друзей, Джейкоб и Масами, и замечали какие-то тени, смутные штрихи, но никогда о том не говорили, почти всегда удовлетворяясь обликом, который Сара создала для публики.

Сара улыбнулась и стряхнула с себя задумчивость. Повернувшись к мерцающему экрану компьютера, она взяла трубку и провернула сделку. Так, с этим покончено. На все ушло тридцать секунд. Заработано полмиллиона.

Деньги со скрежетом мчались по проводам, теряя память о своем происхождении в электронном лабиринте, который, стирая следы перемещений, сортировал купюры, укрывал, увязывал в пачки. Потом их можно будет извлечь из потока и вложить куда-нибудь еще. Антонио Фиери никогда не рисковал. Именно поэтому ему удалось подняться почти на самую верхушку мафии, ни разу при этом не оказавшись под следствием, не говоря уж о тюремном приговоре.

Ему было пятьдесят семь — невысокий мужчина, чья некогда мускулистая фигура оплыла теперь изрядным слоем жира. Лицо у него было почти совсем плоское, разве что короткий нос торчал да выпячивались на удивление полные губы. Волосы у него редели, а естественную их седину парикмахер раз в месяц перекрашивал в черный цвет. В темно-карих маленьких круглых глазках постоянно сохранялась настороженность, и в то же время чаще всего их освещала добродушная улыбка, в которой светилось подлинное удовлетворение хорошо выполненной работой.

Антонио был главным казначеем мафии. Он отмывал деньги, обращая особое внимание на наркодоллары, занимался вкладами и придумывал новые и относительно чистые способы заработка. К насилию он относился спокойно — так же, как к своим клиническим операциям на финансовых рынках. Ему по-настоящему нравился сам процесс делания денег из денег; из всех его проектов этот, последний, оставался непревзойденным.

Он отодвинул аппарат. На трубке остались отпечатки его пухлых пальцев. Произведя кое-какие подсчеты, он довольно улыбнулся. Семь миллионов за три часа. Легкие деньги. И чистые. Гораздо чище, чем шантаж, вымогательство, наркотики или убийство. Всего-навсего голос в трубке, цифры на экране да несколько закорючек на бумаге. И еще — быстрые деньги. Всего несколько секунд, а они уже перелетели в другое полушарие.

Представив себе, как фунты стерлингов, доллары, немецкие марки и йены несутся по небу, Фиери ухмыльнулся, и рот его широко растянулся, как на масках, которые надевают в Хеллоуин — День всех святых. Четыреста миллионов долларов. Интересно, если выложить в длину, скажем, десятидолларовыми купюрами, сколько получится? Пожалуй, расстояние от Рима до Нью-Йорка займет. Фиери улыбнулся, высвободил тело из кресла и как колобок покатился к холодильнику, стоявшему в углу кабинета. Четыреста миллионов долларов за десять месяцев. Он налил себе бокал шампанского и выпил за легкие деньги.

Знай Фиери, куда отправилось его послание, шампанское показалось бы ему дегтем.

В людном торговом зале одного из коммерческих банков Сити молодой человек, занимавшийся внешнеторговыми сделками, положил трубку и с трудом подавил желание подпрыгнуть от восторга. Еще три миллиона долларов на номерной счет. Четверть этой суммы — его доля. Становится все труднее и труднее, усмехнулся он про себя, тратить такие деньги так, чтобы это не бросалось в глаза.

Еще одна партия кокаина. Пятьдесят килограммов, спрятанных в подошвах туфель, пришедших контейнером из Италии. Перехваченный совместными усилиями таможенной службы ее величества и М16 груз направлялся в складские помещения одной торговой компании на востоке Англии. Водитель и приемщики груза были арестованы. Груз конфискован, скоро будет уничтожен, а пока идет допрос исполнителей. Фиона Дункан, председатель правления специальных уполномоченных при таможенной службе ее величества, передала все подробности по телефону. Джеймс Бартроп из M16 бесстрастно выслушал их.

Перехват — победа эфемерная. Поток наркотиков, переправляемых в эту страну, не иссякает, и выпавшее звено скоро будет заменено другим. Иное дело — обнаружить и уничтожить источник, порвать всю сеть; тогда действительно можно говорить об успехе. В этом и состояла одна из основных целей Бартропа. Действуя совместно с ФБР, американским агентством по борьбе с наркотиками и таможенными службами Англии и США, М16 играла теперь важную международную роль в этой области.

Значительную часть наркотиков, незаконно переправляемых в Соединенное Королевство, контролировали вступившие в зловещий союз наркобароны Южной Америки и мафия, действующая в качестве их европейского партнера. На Джеймса Бартропа постоянно давили, чтобы он нашел способ проникнуть в этот союз и раскинутые им сети и положил таким образом конец наркобизнесу в Соединенном Королевстве. Последний груз, полагал он, отправлен совместно колумбийцами и мафией. Возможно, хотя крайне маловероятно, это подтвердится в ходе допроса исполнителей. Бартроп знал, что они почти наверняка будут хранить мрачное молчание. Возможно, попытаются скостить себе тюремный срок, которого так и так не избежать, называя оптовиков и одиночных торговцев опиумом, образующих следующее звено общей цепи, но, если предположения его верны, они никогда не раскроют источник происхождения наркотиков, ибо это значит накликать на себя скорую и мучительную смерть.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.