Подлетыши

Максимов Анатолий Николаевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Подлетыши (Максимов Анатолий)

Глава первая

Илья Дегтярев пришел в училище электриков в такое время, когда ребята второго года обучения только что разъехались по стройкам на практику, а новичков поджидали с уборки колхозной картошки. Директор водил начинающего замполита по гулким мастерским, по классам и кабинетам. Оставшиеся в училище преподаватели и мастера, казалось Илье, не знали, куда девать себя от скуки в пустом, тихом здании.

Но вот в середине октября во двор вползло три автобуса. Из тесных дверей высыпались пестро одетые, долговязые, крикливые мальчишки, разбегались во все стороны: городские исчезали между кустами акации, посаженными вокруг двора вместо забора, приезжие — в двухэтажном общежитии. Из всех окон и дверей слышались бойкие голоса; куда ни глянешь — всюду подростки. Носятся по спортивной площадке, что-то тащат в мастерские и там гремят, стучат, о чем-то спорят и смеются…

Особенно хлопотно было ребятам в день выдачи им форменной одежды. Местные померили наспех, навязали узлы и унесли домой подгонять под свой рост. А мальчишки из общежития не чаяли, как быстрее нарядиться в форму, да не всем она оказалась впору. Столпились они у кладовой кастелянши, набились в комнату воспитательницы. Женщины ушивали им сорочки, передвигали пуговицы на пиджаках. И сами ребята пустили в ход ножницы, иглы.

Наконец мальчишки в меру подстриглись, переоделись в форму, многие впервые надели галстуки — и вроде бы повзрослели.

Начались занятия по расписанию.

Недели две к Дегтяреву никто не обращался за советом и помощью — ни преподаватели, ни ребята, словно был он среди них посторонним наблюдателем. Илья уж стал подумывать: и дальше ему быть спокойным на должности замполита. Даже не верилось ему, что он в техническом училище, где, по слухам, одни озорники-лихачи да хулиганы…

И вдруг заходит к Дегтяреву мастер Парков и сваливает на него заботу:

— Ну, так что, товарищ замполит, делать будем с вашим земляком Мороковым?.. — уперся о стол руками, с холодком глядя на светлый, густой ежик замполита, на молодое свежее лицо. И, наверно, думал: «С этаким девичьим обличьем быть замполитом!.. Заклюют наши ухари-чижи, не станут подчиняться мастеру». Паркову лет тридцать, выше среднего роста, коренаст, с белой вьющейся гривой, поперек широкого лба не то шрам, не то глубокая морщина придавала лицу выражение силы, самоуверенности. Дегтярев невольно испытывал перед мастером мальчишескую робость.

— Сидят-посиживают Мороков с Порошкиным в милиции…

— Как это в милиции?! — вырвалось у Ильи.

— В моей группе чтоб ноги их больше не было, — строго продолжал Вадим Павлович. — Я не мамка-нянька носы подтирать, я — мастер, ремеслу учу, так-то…

Дегтярев смущенно отодвинул от себя бумаги, будто мастер застал его за никчемным делом. За короткое время пребывания в училище Илья успел узнать, что Парков не считает своей обязанностью устраивать культпоходы и диспуты с подростками, не интересуется, читают ли они художественные книги, к родителям учеников не ходит.

— Мороков — бедовый парень, — почему-то виноватым голосом, точно о своем неслухе сыне или брате, сказал Илья. — Мать он за свою воспитательницу с пеленок не признавал, а отчимов — их было у него трое — в этом смысле тем более и в грош не ставил. Хотя, впрочем, одного из них, дядю Мишу, любил за доброту. День, бывало, Игорь в школе учился — неделю рыбачил, а то убегал в тайгу за кедровыми орехами… И что с ним делать?..

— Мороков и Порошкин еще в колхозе спелись, выкидывали номера, — не унимался мастер. — Один раз ночью, когда доярки шли с фермы, эти два чижа вылезли из кустов на высоких ходулях. Оглянулись бабенки, а за ними какие-то длинные тени вышагивают… Это не надо такое выдумать! В общем, присмотрелся я к дружкам и понял: за два года, кроме нервотрепки, от них ничего не жди…

— Да, заставит нас с вами мой землячок пить сердечные капли, падать в обморок, — согласился с мастером Илья.

— Как это заставит?! — на лбу мастера потемнела складка или шрам. — Что, хотите всучить мне этих чижей? Если будет по-вашему — я заявление на стол и бывайте. Я найду себе место, где надо учить, а не нянькаться.

Мастер быстро, твердым, решительным шагом вышел из кабинета. Илья опять придвинул к себе бумаги, но читать и писать расхотелось. «Однако же Парков мне нравится, — думал, — в нем есть что-то честное, прямое. Другой бы, наверно, не прочь иметь в своей группе односельчанина замполита, но этот…»

Илье вспомнился день приезда ребят из колхоза, Игорь Мороков, чумазый, весь какой-то мохнатый, подбежал к Дегтяреву.

— Илюха, ты ли это? — ловил его руку. — Вот таи встреча! Ну, теперь я живу!..

Мастера и преподаватели опешили, не знали, как и пресечь панибратское обращение подростка к замполиту. Первым нашелся старший мастер.

— Ты знаешь, с кем разговариваешь?..

— С Ильей… — Мороков, простодушно улыбаясь, шмыгнул утиным носом. — Да мы с ним из одной деревни Голубичной. Илюха свой парень, врубаетесь?

— Что такое «врубаетесь»? — напускно удивленно глядел вокруг старший мастер. — Товарищи педагоги, мастера, кто понимает язык Морокова? Переведите, пожалуйста.

— Это значит: вникаете, — весело пояснила молодая воспитательница Галина Андреевна. Она тоже вернулась из колхоза.

Старший мастер увел Морокова в свой кабинет. Через полчаса тот вышел во двор с удрученным видом, волоча свой рюкзачок. Укорил Дегтярева:

— Ты, оказывается, замполит… Что ж не сказал мне сразу?

Мороков опустился на лавку в сквере, бросил под ноги рюкзачок с пожитками. Сел и Дегтярев.

— Ну, заманал, замучил меня старший мастер, — жаловался подросток. — Понимаешь, начал он капать на мозги: какое я имею право называть тебя на «ты» да еще хлопать по плечу? Ничего не петрит… Ведь мы с тобой, Илюха, купались в одном заливе, по одной тропе ходили на Старую речку карасей ловить. Ты ему скажи, пусть от меня отколется.

Кажется, с рождения Игорь знал семейство Дегтяревых и всегда тянулся к нему. Потому что это семейство было необыкновенным. Все трое ребят с матерью играли на баяне, любили петь. Зимой даже выступали в клубе. К тому же еще Дегтяревы мечтали выстроить не то дворец, не то терем. Главной затейницей была мать. Большой макет дома стоял в палисаднике — весь резной, с колоннами и балкончиками, с овальными окнами. Каждый год ребята с матерью улучшали макет: перильца заменяли новыми, пускали деревянные кружева по карнизу… С весны до глубокой осени в чудном макете играли деревенские ребятишки. Но вот, лет семь назад, Дегтяревы взялись-таки строить дом и строят до сих пор.

Немало рыбы переловили и кедровых шишек собрали Игорь с Ильей. Но Илья при этом ставил своему подопечному одно условие: занятий в школе не пропускать. Мороков всегда чувствовал превосходство Дегтярева над собой. В тайге и на речке присутствие Ильи придавало Игорю больше уверенности в себе, и он почему-то верил, что без добычи не вернется домой. Вот и здесь, в училище, Морокову показалось, что и теперь ему, с таким опекуном, сам черт не брат…

— А ты помнишь, Игорь? — подхватил Илья, едва услышав о своем детстве. — Помнишь, как твою удочку потянуло на середину речки? Ты, в сапогах, в фуфайке, бултыхнулся спасать. Все думали, сазан или таймень поймался…

— А то нет, что ли, конечно, помню! — Мороков хлопнул ладонью по колену Дегтярева. На всякий случай опасливо глянул по сторонам, нет ли рядом старшего мастера. — Все помню. Стал я тонуть, захлебываться, и ты, Илюха, за мной — нырк! А когда достали удочку, на крючке трепыхался касатенок с мизинец! Вот угорали тогда, смеялись, помнишь? — И без всякого перехода обиженно добавил: — А мастер мне сейчас пригрозил: «Еще раз услышу, как тычешь Илье Степановичу, — на всем этаже полы заставлю мыть». И заставит, видать, сердитый дядька, шутить не любит. — Мороков взялся перевязывать на рюкзаке шнурок.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.