Первый военный аэродром

Захаров Владимир Петрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Первый военный аэродром (Захаров Владимир)

Захаров Владимир Петрович

Первый военный аэродром

Взгляд в историю

С незапамятных времен человека манило небо. Миф об искусном ваятеле Дедале и его непослушном сыне Икаре поведали греческий географ Страбон и римский поэт Овидий. Что это? Сказка? Или за нею скрываются неизвестные человечеству попытки смельчаков оторваться от земли на искусственных крыльях? Как свидетельствуют документы, чаще всего это были крылья, изготовленные из птичьих перьев. В 1507 году такое приспособление испытывал шотландский аббат Дамиан.

В летописи времен Ивана Грозного упоминается о том, что смерд Никитка, боярского сына Лупатова холоп, якобы летал вокруг Александровской слободы. За дерзкий поступок над «бесовским летателем», холопом Никиткой, была учинена расправа.

В рукописи А. И. Сулакадзева «О воздушном летании в России с 906 лета по Р. X.» рассказывается о полете подьячего Крякутного. Автор описывает полет следующим образом: «1731 года в Рязани при воеводе подьячий Нерехтец Крякутной Фурвин зделал как мяч большой надул дымом поганым и вонючим, от него зделал петлю, сел в нее, и нечистая сила подняла его выше березы, и потом ударила его о колокольню, но он уцепился за веревку, чем звонят, и остался тако жив. [4]

Его выгнали из города, он ушел в Москву и хотели закопать живого в землю, или сжечь»{1}.

Некоторые исследователи, в частности историк Б. Н. Воробьев и ученый-палеограф В. Ф. Покровская, доказывают, что это сообщение выдумано Сулакадзевым. Подробности научного спора и аргументация исследователей приведены в статье Л. Резника «Поклонники Герострата»{2}. Но означает ли история с Крякутным, что на Руси не было попыток полетов на воздушных шарах? Ведь газонаполненные оболочки были известны во многих странах мира и применялись еще во времена монголо-татарского нашествия. 9 апреля 1241 года «огнедышащий дракон» поднимался ханским войском в бою при Легнице, а воздушные шары запускались в 1306 году в Бейпине на празднествах в честь китайского императора. И трудно поверить, что пытливый русский человек не делал уже в те годы попыток покорить небо.

Историю воздухоплавания часто описывают начиная с 5 июня 1783 года, когда братья Монгольфье подняли воздушный шар, наполненный горячим дымом. Он достиг двухкилометровой высоты и продержался в воздухе около 10 минут. Должностные лица города Видалон-лез-Анноне подписали протокол испытаний и направили материалы в Парижскую Академию наук. Много лет спустя воздухоплавание стало колыбелью авиации: исследования в этой области способствовали созданию летательных аппаратов тяжелое воздуха.

Считается, что первый в истории воздухоплавания полет людей на воздушном шаре, также построенном братьями Монгольфье, состоялся 21 ноября 1783 года. [5]

Его совершили молодой французский физик Пилатр де Розье и спортсмен-любитель маркиз д'Арланд. Они продержались в воздухе около 25 минут и за это время пролетели 9 км. А в декабре того же года французский профессор Ж. Шарль впервые наполнил оболочку шара водородом и пробыл в воздухе на высоте более 3 км вместе с одним из своих сотрудников 2,5 часа. Однако подлинными героями стали Бланшар и Джефри, совершившие в январе 1785 года перелет на аэростате через Ла-Манш, из Дувра в Кале.

Первый военный аэростат был поднят в 1793 году в революционной Франции, а еще через год Комитет общественного спасения создал Ученую комиссию с участием Карно, Бертолле и Лавуазье. Были также сформированы две роты военных воздухоплавателей, а в Медоне, близ Парижа, открыто Военно-воздухоплавательное училище.

История сохранила попытки освоения неба и в России. В ноябре 1783 года в Санкт-Петербурге у Эрмитажа был запущен в небо небольшой, наполненный газом баллон, а месяцев пять спустя состоялась публичная демонстрация подъема воздушного шара средней величины. Весной 1803 года итальянцы Терци и Басси выступили в Москве с большой развлекательной программой, включающей воздухоплавательный аттракцион. А 20 июня того же года французский парашютист Жак Гарнерен и его жена демонстративно поднялись над Петербургом на воздушном шаре до высоты 2 тыс. м и приземлились на Малой Охте. Через четыре недели они повторили полет.

Эти события сыграли важную роль в развитии русского военного воздухоплавания. Александр I и его генералитет решили тайно выяснить возможность использования аэростатов в военных целях. 18 июля 1803 года в полет вместе с Гарнереном отправился генерал С. Л. Львов. Они поднялись до высоты 3 тыс. м и опустились [6] в районе Красного Села. Результаты вполне удовлетворили военного представителя.

Заслуживают внимания попытки русских ученых использовать воздушные шары в своей работе. Поводом для первого полета с научными целями послужили «высотные исследования» фламандца Э. Робертсона, проведенные в Гамбурге. Полученные им результаты вызвали сомнения в Петербургской Академии наук, и на ее заседании в мае 1804 года было решено проверить полученные Робертсоном данные о земном магнетизме, пригласив его совершить по случаю прибытия в Петербург воздушное путешествие вместо с одним из членов академии. Были выделены необходимые средства, заключен договор с Робертсоном, разработана программа исследований. В качестве пассажира и наблюдателя готовился академик по кафедре химии Яков Дмитриевич Захаров.

30 июня 1804 года в саду 1-го кадетского корпуса оболочку наполнили водородом, снарядили гондолу, и в 19 часов 15 минут исследователи поднялись в воздух. На высоте 250 м Я. Д. Захаров исследовал состояние своего организма, проверил остроту зрения и слуха, затем ставил опыты по земному магнетизму. Исследования проводились в течение одного часа на разных высотах. Результаты превзошли все ожидания: аэростат достиг рекордной высоты — 2550 м, полет продолжался 3 часа 45 минут. Исследователи плавно опустились в 12 верстах от Гатчины.

Хотя сам факт «плавания» на аэростате с научной целью имел для России большое значение, Захаров оценивал результаты исследований в своем «Рапорте о полете» осторожно, делая лишь самые общие выводы. Он сетовал, что условия полета не позволяют «выводить никаких положительных заключений», прежде всего относительно ослабления земного магнетизма на малых высотах. Резюме было весьма скромным: самый значительный [7] результат по основному пункту программы исследований состоял «в кажущемся подтверждении ослабления земного магнетизма по мере удаления от поверхности земли»{3}. Тем не менее генерал-лейтенант артиллерии К. И. Константинов писал, что рапорт Захарова весьма замечателен прекрасным изложением предпринятых воздухоплавателем изысканий. Отмечалось также, что до этого ни одно ученое общество и ни один ученый не предпринимали попыток научных наблюдений с аэростатов. Робертсон не был ни профессиональным ученым, ни специалистом в той области знаний, к которой относились его опыты. Его полет был самодеятельным и не имел отношения к академическим программам. Только после опытов, проведенных академиком Захаровым, по настоянию Лапласа Парижская Академия наук 20 августа 1804 года санкционировала полет видных ученых Био и Гей-Люссака, которые поднялись до высоты 6400 м и провели опыты по магнетизму. Этим было подтверждено, что осторожная оценка результатов исследований академика Захарова имеет глубокую научную основу.

Большое значение имели исследования Захарова в области метеорологии. На торжествах по случаю 100-летия со дня первого в мире научного полета академика Захарова выдающийся ученый-химик Д. И. Менделеев напомнил, что первое «чисто метеорологическое поднятие» совершено русским ученым из Петербурга. Сам Д. И. Менделеев также совершил подъем на воздушном шаре 19 августа 1887 года для наблюдения за солнечным затмением, причем один — без пилота, хотя до этого не летал даже в качестве пассажира. На военном аэростате Дмитрий Иванович в свободном полете достиг высоты около 3350 м и через 3 часа 36 минут [8] удачно опустился, выполнив все намеченные исследования.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.