К + К + К

Мушинский Олег

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

К + К + К

Вместо пролога

Словосочетание 'хронический неудачник', как правило, совершенно не отражает истинную суть вещей.

Возьмём к примеру обычного неудачника. Вот он вышел из дому за хлебом в магазин и на перекрестке его переехал самосвал. Всё просто и понятно - бедолаге не повезло. Удачливый человек - это когда наоборот. Увернулся от самосвала, поймал выпавшую из кузова высокотехнологичную хрень, вернул ее владельцу и получил премию. На нее купил весь магазин, включая помещение и длинноногую секретаршу бывшего хозяина. Это называется - повезло. Обычный человек - где-то между ними. В смысле, ни премии, ни самосвала в его жизни нет и не предвидится.

И, тем не менее, грань между удачей и невезением проходит не здесь. Она незримой нитью лежит под ногами того, кого мы по ошибке называем хроническим неудачником.

Да, ему всегда не везет. Магазин всегда закрыт, а на перекрестке уже рычит моторами целая колонна самосвалов. Мир вокруг сошел с ума. Госпожа Неудача лично дирижирует оркестром и тот - в который раз!
- наяривает 'Реквием', а неудачник всё еще жив. Он увернется от самосвалов и прибежит к закрытому магазину; ему будет некуда возвращаться вечером, потому что дом рухнул еще утром; одного его дня обычному неудачнику хватит на сто смертей и еще останется, а этот всё суетится, куда-то спешит, пусть и вечно не успевает, но каждый вечер в его авоське будет лежать хлеб, а утром он опять пойдет через любимый перекресток и - чёрт побери!
- опять уцелеет.

Какой же он после этого неудачник?

Глава 1

Кирилл умудрился проспать конец света.

Ладно, самое-самое начало пропустили многие. Конец света пришелся на ночную сторону Земли и продвигался дальше рука об руку с темнотой. Соответственно, у кого-то были целых сутки в запасе, кому-то, наоборот, не повезло.

Ровно в полночь на первое августа над городом вспыхнуло северное сияние. Явление и без того этим широтам не свойственное, оно сверх того отличалось ядовито-зеленым цветом. Из него сплошным потоком хлынули метеориты. Некоторые с грохотом взрывались прямо в полете. Это было похоже на салют, но вместо звезд в небе расплывались зеленые кляксы. Они ярко сияли и быстро таяли.

Внизу это больше походило на бомбардировку. На улицах гремели взрывы. С грохотом рушились здания. Это вытряхнуло из постелей самых последних сонь, причем многих в самом буквальном значении этого слова. Места падений метеоритов тотчас затягивал туман и те, кому не повезло оказаться в нём, падали замертво. Хотя, забегая чуть вперед, они еще легко отделались.

Метеориты падали всего час. Затем небо вновь почернело и разрушенный город освещало только пламя пожаров. По руинам ползали выжившие. Мимо них проносились машины МЧС, попусту завывая сиренами, а во мраке на свет неспешно брели мертвецы.

Те, кто погиб при бомбардировке, поднялись первыми. Недовольно заворчав, будто разбуженные псы, они зашевелились и потянулись к живым, с одинаковым равнодушием пожирая людей и животных. Покусанные ими несчастные недолго валялись без дела. Не проходило и часа, как мертвые тела поднимались и присоединялись к охоте на живых. Последних становилось всё меньше, а к мертвецам со всех сторон целыми колоннами маршировало подкрепление.

И вот пока все нормальные люди метались в панике, взывали к небесам или яростно дрались за свою жизнь, Кирилл спокойно спал в подсобке на коробках с печеньем. Присел чуть-чуть передохнуть - заказов за день выдалось очень много - и сам не заметил, как задремал.

Проснулся он далеко за полдень. В наушниках стояла тишина. Мобильник полностью разрядился. Въедливый менеджер, бдительно следивший за сотрудниками, был съеден еще рано утром, и разбудить задремавшего курьера оказалось некому.

Трое выживших сотрудников фирмы забаррикадировалась на первом этаже, в отделении почты. Им не повезло. Мертвецы быстро обнаружили спрятавшуюся 'еду' и теперь спокойно, без суеты выламывали дверь. Там уже образовалась щель и бывший коллега, а ныне зомби в красной безрукавке с логотипом фирмы на спине пропихивал в эту щель коробку с пиццей. Живые от такого навязчивого сервиса пришли в ужас. Они громко кричали, взывая о помощи, но шум лишь привлекал новых мертвецов. В холле уже собралась целая толпа.

Подсобка располагалась на втором этаже, Кирилл не шумел и, как следствие, его никто не побеспокоил.

- Ну я спать, - удивленно протянул он, и с этим сложно было не согласиться.

Часы на полке показывали без пяти час. Со словами:

- Ёшкин кот, теперь точно уволят!

Кирилл вскочил на ноги. Машинально и быстро привел себя в порядок: причесал пятерней волосы и одернул рубашку. На уголке стеллажа висела красная форменная безрукавка. Уже на ходу Кирилл торопливо накинул ее на себя. По правде говоря, и в одной рубашке было жарко, но нарушение формы одежды - не лучшее начало для разговора на тему 'может, не будем в этот раз меня увольнять?'

Выскользнув из подсобки, Кирилл запер дверь на два оборота и почти бегом припустил по коридору. Вокруг было непривычно тихо. Только на улице хрипло верещала сирена. Наверное, аккумулятор уже совсем выдохся. Потом что-то глухо бабахнуло. Кирилл повернул голову и увидел за окном столб дыма. Вдали поднимались еще два. Кирилл не сразу сообразил, что он их видит, потому как дома напротив больше нет. Эта мысль догнала его уже у лестницы.

- Ни хрена себе, - тихо сказал Кирилл.

За окном половина города лежала в руинах, а вторая выглядела так, будто всю ночь насмерть рубилась с первой. По проспекту брела толпа, совершенно равнодушная к разгрому вокруг. Все люди в ней были одеты кое-как и наспех. Многие шли босиком, в одном нижнем белье, а то и без него. По тротуару вышагивала статная блондинка в короткой маечке на босу грудь, и тянула за собой на поводке дохлую болонку.

Внизу, на стоянке перед торговым комплексом, меж машин метался полуголый мужик. Его ловили какие-то пловцы - все как один в плавках и купальных шапочках - но ловили очень вяло, без огонька. Мужик отбивался от них палкой, и наверняка удрал бы, но тут с крыши грузовика на него прыгнул парень в кожанке. Они оба покатились по асфальту. Остальные навалились сверху.

Мужик орал громче сирены, а остальные молча жрали его. Один оторвал себе руку. Отпихнув соседей, он вывалился из кучи-малы и стал спокойно отгрызать пальцы. Кирилл услышал мерное чавканье. Какое-то время он ошалело глядел вниз, пытаясь осознать свихнувшуюся реальность, но осознал только то, что со второго этажа за стеклопакетом он это чавканье по идее слышать бы не должен. И вообще, звук доносился сзади.

Кирилл медленно повернулся. На лестничной площадке сидел охранник Гена и спокойно пожирал лежавшую там же уборщицу, бабу Нюру. Та не шевелилась. Вся площадка была залита кровью. Ее или Гены - не разобрать. Оба были заляпаны ею по самые уши. У Гены, кстати, сохранилось только одно. Левое.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.