Розовая книга сказок

Автор неизвестен

Жанр: Сказки  Детские    1994 год   Автор: Автор неизвестен   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Розовая книга сказок (Автор неизвестен)

В стародавние времена, когда на свете. ещё были феи, жила-была маленькая девочка, да такая хорошенькая, такая пригожая, что все, звали её Снежинкой.

У Снежинки не осталось никого на свете, кроме старой-престарой бабушки, которую звали госпожа Метелица, и жили они в маленькой избушке, сложенной из торфа и крытой камышом, на опушке бескрайнею леса. С одной стороны хижину закрывали от северного ветра деревья-великаны, полуденное солнце своими веселыми лучами согревало хижину спереди. Под крышей строили гнёзда ласточки, а у крыльца густо росли маргаритки. Но не было в тех краях домика, беднее хижины Снежинки и, её бабушки. Единственными приличным предметом, обстановки у них было массивное кресло на колесиках с чёрной бархатной подушкой и тёмной дубовой спинкой, украшенной чудесными резными цветами и оленями.

Однажды солнечным весенним утром бабушка поднялась, надела накидку, набросила серый капюшон и сказала: — "Дитя моё, я отправляюсь в длительное путешествие и не могу взять тебя, с собой, но куры, будут нестись для тебя, в кадке много ячменя, а поскольку ты всегда была хорошей девочкой, я скажу тебе, что делать, когда ты почувствуешь себя одиноко. Положишь тогда тихонечко головку на подушку кресла и скажешь: — бабушкино кресло, расскажи мне сказку!" Это кресло было изготовлено одной искусной феей ещё во дин моей молодости."

Скакав все это, госпожа метелица отправилась в дальнюю дорогу. Снежинка, как всегда, ухаживала за курами, смотрела за котёнком, пекла себе, ячменные лепешки, но под вечер ей становилось одиноко. Тогда Снежинка вспоминала бабушкины слова, тихонечко прикладывалась головкой к подушке и говорила, "бабушкино кресло, расскажи мне сказку".

И стоило ей только произнести эти слова, как ясный голос из-под бархатной подушки начинал рассказывать ей замечательную сказку.

Феина Ножка

Давным-давно, далеко далеко в западной стороне был город под названием Топтенбург. Было в том городе семь ветряных мельниц, королевский дворец, рыночная площадь, тюрьма и всё прочее, что и должно быть в столице королевства. Со всех сторон город окружал лес, да такой древний и дремучий, что ни один житель Топтенбурга нс имел представления, насколько далеко он тянется, а учёные люди считали, что лес этот достигает края света.

И для такого суждения имелись веские причины. Во-первых, всем было известно, что лес с незапамятных времён населён феями, и ни один охотник не смел входить в его пределы. Во-вторых, жители Топтенбурга были никудышными путешественниками: ведь у здешних мужчин, женщин и детей были такие большие ступни, что с ними не очень-то удобно было преодолевать большие расстояния. Не могу сказать, в чём тут крылась причина толи в местной природе, то ли в самих людях, но большие ступни были там в моде со столь давних времён, что никто и не помнил, с каких именно; и чем знатнее была семья человека, тем больше были у него ступни. Поэтому каждый, кто был хоть чуточку знатнее пастухов и прочих простолюдинов, лелеял надежду увеличить размер ступней за счёт благородства; и настолько они преуспели в своих ступнях, что башмаки уважаемого человека могли запросто заменить корзину.

Был в Топтенбурге и свой собственный король по имени Железноход.

Его род был очень старинным и весьма большеногим. Его супруга, королева Железнопятка, была первой красавицей Топтенбурга. Туфельки её королевского величества, размером никак не уступали рыбацкой лодке. Шестеро её детей унаследовали, судя по всему, её красоту. И всё шло благополучно, пока на свет не появился седьмой сын.

Долго во дворце никто не мог понять, что случилось почему у фрейлин такой изумлённый вид, чем так озабочен король, пока не прошёл слух, что седьмой ребёнок королевы родился с такими крошечными ступнями, что их можно было срав нить только с ножками фей.

Во дворце собрались все королевские родственники, чтобы разделить горе короля и королевы. А дабы королева расстраивалась поменьше, маленького принца тайно отослали на дальние пастбища, чтобы он рос там среди пастухов. Со всей округи сходились люди посмотреть на маленького принца и выразить сочувствие несчастному ребёнку с таки ми уродливыми, крошечными ножками.

Король с королевой назвали его четырнадцатью именами сразу, первым из которых было Августин, но простые крестьяне не могли запомнить так много и называли его просто Феина Ножка. При дворе считалось дурным тоном вообще вспоминать о нём. Его никогда не поздравляли с днём рождения и не привозили во дворец даже на Рождество, потому что сам вид его был невыносим для королевы и её фрейлин. Раз в год к нему присылали самого низкого из слуг, чтобы тот узнал, как он поживает, и привёз ему охапку ношеной одежды от его старших братьев. А по мере того, как король старел и становился всё более раздражительным, прошёл слушок, будто он вообще подумывает отказаться он сына.

Так и рос Феина Ножка в хижине пастуха Шерстяная Складка. Наверное, деревенский воздух стал причиной того, что мальчик рос таким ладным и цветущим все соглашались в том, что мальчик мог бы стать очень красивым, если бы не крошечные ножки, на которых он тем не менее научился ходить, а со временем даже бегать и прыгать, что приводило всех в немалое изумление, поскольку дети в Топтенбурге такими вещами не занимались. Пастухи, однако, недолюбливали Феину Ножку. Старики считали, что он приносит несчастье, а дети отказывались с ним играть. Каждый день его отсылали на какое-нибудь отдалённое глухое пастбище присматривать за больными овцами.

Бедняжка Феина Ножка часто чувствовал себя одиноким и несчастным и не раз мечтал о том, чтобы ножки у него выросли. Лежал он как-то в жаркий летний день в тенёчке на поросшей мхом скале и наблюдал за овцами, пощипывавшими травку вокруг, как вдруг в его шляпу, лежавшую рядом, залетел дрозд, спасавшийся от огромного ястреба. Феина Ножка накрыл дрозда шляпой, криком вспугнул ястреба, и тот улетел.

— А теперь лети, бедный дрозд! — сказал мальчик поднимая шляпу, но вместо птицы оттуда выскочил маленький человечек в светло-коричневой одежке. А на вид тому человечку было лет сто.

— Благодарю за убежище, и будь уверен: я отплачу тебе добром. Позови меня, когда тебе придётся нелегко: меня зовут Дрозд-Весельчак.

И человечек исчез в мгновение ока.

Феина Ножка никому не рассказал об этом случае, потому что ножки у человечка были такими же маленькими, как у него самого, а в Топтенбурге это вряд ли пришлось бы кому-нибудь по вкусу.

Наступил Иванов день. В тот вечер все пастухи собрались отметить праздник, а Феина Ножка остался один со своими овцами, так как дети из деревни отказались танцевать с ним вокруг костра. Никогда в жизни мальчик ещё не чувствовал себя так одиноко, но он вспомнил про маленького человека, собрался с духом и позвал:

— Эй, Дрозд-Весельчак!

— Я здесь, — послышался тоненький голосочек, и перед ним появился тот самый человечек собственной персоной.

— Мне очень одиноко, и никто не хочет со мной играть, потому что у меня такие маленькие ножки, пожаловался мальчик.

— Тогда пойдём со мной: повеселишься у нас, — сказал человечек. Мы не обращаем внимания на то, у кого какие ноги. Но только одно условие: никогда и никому не говори о том, что увидишь и услышишь у нас, поскольку у нас не слишком-то тёплые отношения с жителями этой страны с тех пор, как у них вошли в моду большие ноги.

Маленький человечек повёл Феину Ножку вглубь леса по заросшей мхом тропинке мимо старых деревьев, обвитых плющом, пока они не услышали звуки музыки и не вышли на полянку, ярко, будто днём, освещенную луной, а в густой траве одновременно цвели цветы всех времён года. Было здесь множество маленьких мужчин и женщин, некоторые из них были в светло-коричневых одеждах, но гораздо больше в зелёных. Они танцевали вокруг родника с хрустально-прозрачной водой. А под разросшимися розовыми кустами, разбросанными по всей полянке, за маленькими столиками, уставленными чашками с молоком, блюдцами с мёдом и резными деревянными кувшинами с прозрачным красным вином, сидели весёлые компании. Человечек подвёл Феину Ножку к ближайшему столику, подал ему кувшин и сказал:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.