Слуги правосудия

Леки Энн

Серия: Империя Радч [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Слуги правосудия (Леки Энн)

ГЛАВА 1

Тело, обнаженное, землистого цвета, лежит лицом вниз, снег вокруг забрызган кровью. Минус пятнадцать градусов по Цельсию, и буран прошел лишь несколько часов назад. Снежная гладь уходит вдаль в тусклом утреннем свете, и только несколько следов ведут в ближайшее строение из ледяных блоков. Бар. Или то, что сходит за него в этом городишке.

Есть что-то тревожно знакомое в этой вытянутой руке, в линии тела от плеча к бедру. Но вряд ли я знаю этого человека. Я здесь никого не знаю. Это — ледяная дыра на холодной и удаленной планете, которая вообще не соответствует представлениям радчааи о цивилизации. Я оказалась здесь, на этой планете, в этом городишке, только из-за неотложного личного дела. Тела на улице не имеют ко мне никакого отношения.

Иногда я не знаю, почему делаю то, что делаю. Прошло уже столько времени, а я так и не привыкла, что не получаю приказов, чтобы непрестанно им следовать. Поэтому не могу вам объяснить, почему я остановилась и приподняла ногой обнаженное плечо, чтобы увидеть лицо этого человека.

Обмороженную, в крови и синяках, я ее узнала. Ее звали Сеиварден Вендааи, и давным-давно она была одним из моих офицеров, молодым лейтенантом, которая со временем получила повышение и стала командовать другим кораблем. Я думала, она мертва уже тысячу лет, но она здесь, и это неоспоримо. Я присела на корточки и попыталась нащупать пульс, уловить малейшие признаки дыхания.

Еще жива.

Сеиварден Вендааи больше не моя забота и не моя ответственность. И она никогда не входила в круг моих любимых офицеров. Разумеется, я повиновалась ее приказам, и она никогда не превышала полномочий с вспомогательными компонентами, не причиняла вреда моим сегментам (как поступали некоторые офицеры). У меня не было повода думать о ней плохо. Напротив, она отличалась прекрасными манерами образованного человека из хорошей семьи. Конечно, не по отношению ко мне — я была не человеком, а единицей оборудования, частью корабля. Но я никогда не испытывала к ней особой привязанности.

Я поднялась и вошла в бар. Здесь темно, белизна ледяных стен уже давно скрылась под сажей или чем-то похуже. Пахло алкоголем и блевотиной. За высокой стойкой — коротышка из местных: толстая, бледная, с широко расставленными глазами. У грязного стола развалились на стульях три посетителя. Несмотря на холод, на них только брюки и стеганые рубашки: в это полушарие Нильта пришла весна и они наслаждались потеплением. Делают вид, что не видят меня, хотя наверняка заметили еще на улице и понимают, почему я зашла. Вероятно, кто-то из них замешан в случившемся с Сеиварден: она пробыла там недолго — иначе была бы уже мертва.

— Я арендую сани, — сказала я, — и куплю комплект от гипотермии.

Одна из посетителей позади меня усмехнулась и с насмешкой произнесла:

— А ты крута, малышка, как я погляжу.

Я повернулась, чтобы посмотреть на нее, вглядеться в ее лицо. Ростом выше, чем большинство нильтиан, но, как и все они, толстая и бледная. Массой превосходит меня, но я выше, к тому же я значительно сильнее, чем кажусь на вид. Она не осознаёт, с чем играет. Это, вероятно, мужчина, если судить по узору, напоминающему угловатый лабиринт, которым простегана рубашка. Я не вполне уверена. Это не имело бы значения, будь я в пространстве Радча. Радчааи не слишком озабочены проблемой пола, и в языке, на котором они говорят, — моем первом языке — род вообще не находит отражения. Язык, на котором мы говорили сейчас, имеет категорию рода, и я могу нажить неприятности, используя неверные формы. Делу отнюдь не помогало то, что ориентиры, по которым можно определить пол, от места к месту разнились, подчас кардинально, и очень редко были мне хоть немного понятны.

Я решила промолчать. Через пару секунд она внезапно обнаружила нечто интересное на столешнице. Я могла бы убить ее на месте без особых усилий. Мысль мне понравилась. Но сейчас моя первоочередная задача — Сеиварден. Я вновь повернулась к коротышке за стойкой бара.

Неуклюже сутулясь, она сказала — так, будто нас и не прерывали:

— Что это за место, по-твоему?

— Такое, — ответила я, чувствуя себя в безопасности на языковой территории, которая не требовала обозначения рода, — где мне дадут в аренду сани и продадут комплект от гипотермии. Сколько?

— Две сотни шенов. — По крайней мере, вдвое больше обычной цены, можно не сомневаться. — За сани. Снаружи, позади дома. Тебе придется взять их самой. И еще сотня за комплект.

— Полный, — уточнила я. — Неиспользованный.

Она вытащила один из-под стойки, упаковка выглядела неповрежденной.

— За твоим приятелем должок, кстати.

Может быть, ложь. А может, и нет. В любом случае сумма будет взята с потолка.

— Сколько?

— Триста пятьдесят.

Можно попробовать избежать указания на пол бармена. Или попытаться отгадать. В худшем случае вероятность была пятьдесят на пятьдесят.

— А ты доверчивый, — сказала я, предположив, что передо мной мужчина, — дал в долг такому бедолаге. — Я знала, что Сеиварден мужского пола, так что это было легко. Бармен промолчал. — Шестьсот пятьдесят покрывают все?

— Да, — ответил бармен. — В значительной степени.

— Нет, все — целиком и полностью. Мы договоримся сейчас. И если кто-то потом пойдет за мной и потребует большего или попытается меня ограбить, то умрет.

Тишина. Затем кто-то у меня за спиной сплюнул.

— Радчаайская мразь.

— Я — не радчааи. — И это правда. Нужно быть человеком, чтобы считаться радчааи.

Он — да, — сказал бармен, слегка поведя плечом в сторону двери. — Акцента у тебя нет, но смердишь ты, как радчааи.

— Смердит пойло, которым ты потчуешь посетителей.

Сзади послышались негодующие возгласы. Я полезла в карман, вытащила несколько банкнот и бросила их на стойку.

— Сдачу оставь себе. — Я повернулась, собираясь уйти.

— Лучше, чтоб твои деньги были настоящими.

— Лучше, чтоб твои сани оказались там, где ты сказал. — И я вышла.

Сначала — комплект от гипотермии. Я перевернула Сеиварден. Затем сорвала печать с упаковки, отсоединила трубку от платы и вставила в окровавленный, полузамерзший рот. Как только индикатор на плате загорелся зеленым, я развернула тонкое одеяло, убедилась в том, что оно заряжено, обернула вокруг нее и включила. Затем отправилась за таверну, чтобы взять сани.

Никто меня не поджидал, повезло. Мне пока еще не хотелось оставлять за собой груду тел, я здесь не для того, чтобы причинять неприятности. Притащив сани, положила на них Сеиварден и подумала, не накрыть ли ее еще своей курткой, но в конце концов решила, что вряд ли так будет сильно теплее, чем с одним гипотермическим одеялом. Включив питание саней, я уехала.

Я сняла комнату на окраине города, одну из дюжины двухметровых клетушек из сборного серо-зеленого пластика. Никакого постельного белья, одеяла — за отдельную плату, так же как и обогрев. Я уплатила — я уже растратила достаточно несуразную сумму, вызволяя Сеиварден из снега.

Я постаралась смыть с нее кровь, проверила пульс (все еще есть) и температуру (поднимается). Когда-то я узнала бы, даже не задумываясь, ее внутреннюю температуру, частоту сердечных сокращений, содержание кислорода в крови, уровень гормонов. Я увидела бы любое повреждение, просто пожелав этого. Сейчас я слепа. Ее явно избили — лицо опухло, туловище в кровоподтеках.

В комплект от гипотермии входил самый простой восстановитель, но всего один и только для оказания первой помощи. У Сеиварден могли быть внутренние повреждения или серьезная травма головы, а я могу справиться лишь с порезами или растяжением связок. Если повезет, то мне придется иметь дело только с переохлаждением и синяками. Но у меня не слишком много медицинских знаний, теперь — нет. Я могла поставить лишь диагноз самого общего характера.

Я вставила ей в горло другую трубку. Потрогала снова, кожа больше не казалась холодной и влажной. Цвет, если не считать синяков, возвращался к более естественному смуглому. Я принесла контейнер со снегом, чтобы растаял, и поставила в угол, где, я надеялась, она не опрокинет его, если проснется, а затем вышла, заперев дверь.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.