Артемий Семенович Бервенковский

Толстой Алексей Константинович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Артемий Семенович Бервенковский (Толстой Алексей)

Толстой А. К.

АРТЕМИЙ СЕМЕНОВИЧ БЕРВЕНКОВСКИЙ

Т 52 Избранное. Сатирические и юмористические стихотворения. Проза.

Письма. Приложения. Воспоминания современников / Сост. М. М. Романихи-

ной; Вступ. ст. и прим. И. И. Подольской.- М.: Правда, 1986.- 464 с.

А. К. Толстой (1817-1875)-писатель яркого и многогранного дарования, ос-

тавивший заметный след в русской литературе. Цель нашего сборника - пред-

ставить А. К. Толстого как сатирика и юмориста. Кроме сатирических и юмо-

ристических произведений писателя, в книгу включены его фантастические

рассказы, отмеченные романтической иронией и мягким юмором, рассказ

«Артемий Семенович Бервенковский», написанный в духе «натуральной про-

зы», избранные письма. В качестве приложения дается раздел «Воспомина-

ния современников об А. К. Толстом».

АРТЕМИЙ СЕМЕНОВИЧ БЕРВЕНКОВСКИЙ

Я вспомнил, как двадцать лет тому назад, когда я спешил по большой доро-

ге в Кириллов, передняя ось моей брички переломилась, и я принужден был

остановиться. Оглядываясь во все стороны, в надежде найти какое-нибудь

пристанище, увидел я верстах в двух от дороги какое-то странное здание, по-

хожее на ветряную мельницу, но необыкновенно сложного механизма. Я нап-

равил к нему шаги и вскоре очутился перед красивым господским домом со

многими флигелями и пространным садом; тут же показалось мне скрытое

доселе высоким холмом красивое село. Странное здание непонятной архитек-

туры находилось на самом холме, в близком расстоянии от дома. Старый дво-

рецкий, стоявший у входа, сказал мне, что имение это принадлежит Артемию

Семеновичу Бервенковскому. Просьба моя - послать людей для починки

брички - тотчас была исполнена; но когда я спросил: нет ли в селе постоялого

дома, где бы мне остановиться, дворецкий всплеснул руками.

- Батюшки!
- вскричал он,- да господский-то дом на что? Да Артемий Се-

менович меня изволит прогнать вподзатыльцы, если я вас теперь отсюда вы-

пущу. Нет, сударь, извините, а уж вы у нас должны денька два погостить.

- Как,- спросил я, удивленный таким радушным приемом,- да ты меня, вер-

но, за кого-нибудь другого принимаешь?

- Как за другого?
- сказал старик, и морщины его лица несколько сглади-

лись под добродушной улыбкой.- Да за кого ж другого мне вас принимать, су-

дарь: ведь вы, верно, проезжий?

- Именно проезжий.

- Так уж не прогневайтесь, а у нас такой обычай: извольте недельку здесь

прожить, а потом, пожалуй, ступайте себе с богом!

Я попросил, чтоб обо мне доложили хозяину.

- Вот-та!
- сказал дворецкий,- что ж тут докладывать! Ступайте себе в гос-

тиную; только теперь Артемий Семенович изволят гулять нагишом, так не

угодно ли отдохнуть на диване или чего-нибудь покушать? Они скоро воро-

тятся.

- Артемий Семенович гуляет нагишом?
- спросил я.

- Точно так,- отвечал хладнокровно дворецкий. Я невольно засмеялся; но

дворецкий продолжал, как будто ничего не замечая:

- Теперь четверть шестого. До шести часов Артемий Семенович будет гу-

лять; от шести до половины седьмого они изволят кричать; а потом,- приба-

вил дворецкий с тяжелым вздохом,- они будут заниматься механикой.

- Как?
- спросил я с возрастающим любопытством,- Артемий Семенович

кричит всякий день от шести часов до половины седьмого: ровно полчаса?

- Не всегда, сударь; иногда они изволят кричать целый час, но только в сы-

рую погоду.

- Но разве,- спросил я, несколько запинаясь,- Артемий Семенович немно-

го… того?
- Я повертел пальцем над головою.

- Что вы, что вы, батюшка! бойтесь бога! что вы это говорите… еще этого

нам недоставало!…- И на глазах старика навернулись слезы.

«Чудак же твой барин!» - подумал я.

Мы вошли в гостиную. Дворецкий меня оставил и побежал за чаем, а я по-

дошел к окну. Оно отворялось в сад. Не прошло пяти минут, как мимо окна

пробежал человек средних лет, которого вся одежда заключалась в парике и в

башмаках; у него, сверх того, были часы на золотой цепочке. Увидев меня, он

мне дружески кивнул головою и сделал рукою успокоительный знак, как буд-

то говоря: не беспокойтесь, любезный друг, я скоро возвращусь.

Он исчез между деревьями; но через несколько времени явился с противо-

положной стороны, прикрывая этот раз наготу свою большим подсолнечни-

ком. Он вторично пробежал мимо окна, кивнул мне головою и скрылся. Явле-

ние это повторялось довольно часто. Наконец Артемий Семенович остано-

вился, посмотрел на часы и стал кричать самым ужасным голосом. Я думал,

что весь дом сбежится на его крик, и сам не мог утерпеть, чтоб не двинуться

вперед, спеша к нему на помощь; но Артемий Семенович сделал известный

уже мне успокоительный знак рукою и продолжал кричать. Иногда он пос-

матривал на часы и наконец замолчал, почти выбившись из сил. Кряхтя и за-

пыхаясь, вошел он в комнату, бросился в мои объятия и крепко прижал меня

к сердцу.

- Извините,- сказал он,- извините, почтеннейший, что заставил вас так дол-

го дожидаться! Не угодно ли вам чаю или не прикажете ли чего другого? Ух,

уморился! Трепетинский!
- продолжал он, обращаясь к вошедшему с подно-

сом дворецкому,- давай скорей чаю! Что ж это ты, братец, голодом моришь

дорогого гостя! Ух, устал! Ух, боже мой!… Не сердитесь, почтеннейший, дай-

те дух перевести!

- Несу, сударь, несу!
- отвечал Трепетинский, ставя на стол поднос с чай-

ным прибором,- несу, батюшка, несу, несу!

Между тем Артемий Семенович осыпал меня учтивостями и расположился

возле меня на диване. Он был высокого роста, хорошо сложен и глаза имел

быстрые и умные.

- Представьте себе, почтенный друг,- сказал он, скрестив одну ногу на дру-

гую и облокотясь на подушки дивана,- представьте себе, что я этак каждый

день осужден утомляться! Боже мой! что за жизнь, что за жизнь, как подума-

ешь…

- Но позвольте спросить,- заметил я,- для чего вы…

- Для чего? Для здоровья, почтеннейший, для здоровья! Человеку нужен

моцион, вольный воздух, регулярная жизнь. Сильный крик расширяет лег-

кие,- это всякий знает, но никто на это не обращает внимания. Когда вы у ме-

ня несколько поживете, мы будем вместе бегать в саду и кричать: вы увидите,

как это полезно.

- Покорно благодарю,- сказал я,- но мне никак нельзя остаться у вас долее

завтрашнего дня; я так спешу…

- Пустое, почтеннейший, пустое! Мне еще нужно обо многом с вами потол-

ковать. Вот, например, что вы скажете об этом?

Тут Артемий Семенович отворил большой шкаф и стал вынимать из него

какие-то запыленные модели, похожие на то необыкновенное здание, которое

я видел на холме возле дома. По мере того как он вынимал эти модели, он

ставил их на стол под ранжир и вскоре совсем его загромоздил.

- Что это такое?
- спросил я.

- А как бы вы думали?
- сказал Артемий Семенович.

- Мельница?

- Как бы не так!

Тут вошел Трепетинский с какими-то наливками; увидел модели, вздохнул

и печально покачал головою.

- Это, сударь мой,- продолжал с довольным видом Артемий Семенович,-

это, сударь мой, коли вы слыхали, все разные перпетуум мобиле!

Я не мог утерпеть, чтоб не улыбнуться.

- Мне кажется,- сказал я,- что перпетуум мобиле значит вечное движение; а

модели ваши стоят неподвижно.

- Вот то-то и штука,- отвечал Артемий Семенович, нисколько не смешав-

шись,- они стоят неподвижно, потому что я еще не отыскал для них удобного

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.