Дезертир

Гиренко Геннадий

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Дезертир (Гиренко Геннадий)

Согласитесь: во Вселенной царствуют чувства. Материя, конечно же, тоже, но что она без чувств? Относимся мы к ней с пренебрежением или застываем от страха, обходим стороной из уважения или же пренебрежительно рвёмся напролом. Чувства определяют наше отношение к бытию. И так уж случилось, что мастер-сержант Стив Хопкинс из-за этих чувств и умудрился вляпаться в переплёт, необдуманно пообещав любимой вернуть разрушенный его же правительством мир. И пошло-поехало. Пришлось дезертировать из армии, отправиться к чёрту на кулички, чтобы докопаться до сути случившегося, в чём ему в той или иной степени помогали три его пассии, воспылавшие к нему этими чувствами; Первая – любовь его жизни и непосредственная виновница приключений, жительница уничтоженной планеты, прекрасная Лия. Вторая – капрал его отделения, лихая Мэган Фокс. И третья – как бы это странно ни звучало, – его собственная бортовая интеллектуальная система, а проще говоря – Ангел. Что из всего этого получилось, читайте в главах этой книги. Ведь мало вернуть к жизни целую планету, надо ещё каким-то образом извлечь из всего этого выгоду. Так сказать, чтобы всё было в шоколаде. Вы скажете: «Фу-у! Он же липкий и маркий!» Напротив – он вкусный. А липкое и маркое – это нечто иное. Надеюсь, таковой не покажется данная книга. Желаю вдосталь поплакать и посмеяться вместе с моими героями.

Пролог

Кто сказал, что космос безжизненный? А вы бывали в космосе? Нет? Ну, тогда спросите у любого, кто только что вернулся, и он вам ответит…

Космос – он как аквариум, занимающий всю стену вашей комнаты.

Разве в нём нет жизни? Посмотрите. Вот серебристая полосатая стайка данюшек, подобно рою метеоритов, пронеслась из одного конца аквариума в другой. А вот, пыхтя и важно переваливаясь с бока на бок, прошествовал астероид. Ему, как лицу значительному, не стоит обращать внимания на такую мелюзгу. А кто это затаился под камушком? Сомик? Но это же планетоид, как малое дитя, выглядывает из-за своего старшего и огромного собрата. Он такой крохотный, что его почти не видно за исполинским телом планеты, которая, словно рыба-луна, всплыла к поверхности из холодных глубин космоса.

Эй! Не смей прикасаться! Ещё ужалит! Это же медуза – несётся, раскинув в стороны свой длинный кометный хвост, неспешно завершая круг вокруг далёкого светила. А ей вельможно уступает дорогу коварная и опасная рыба фугу, блуждающей планетой скользящая в космическом эфире.

Кто сказал, что в космосе нет звуков? Прислушайтесь! В нём больше звуков, чем вы можете себе представить. Он, подобно автостраде в часы пик, полон воя и скрежета пересекающих его безбрежное пространство транспортных средств, несущих в себе крохотные мирки с оазисами жизни.

Отовсюду слышится писк, треск, далёкое щебетание. Там, за туманностью пышных водорослей, неустанно трещит сверхновая, а там пыхтит, раздуваясь до неимоверных размеров, ужасный красный карлик. Космос, как никакое другое место, полон звуков, движения, жизни. Надо только это увидеть, услышать, почувствовать. Вселенский эфир – как первородный бульон, зародивший на нашей планете первые зачатки жизни, приютивший в себе и лелеющий намного больше форм, чем мы можем себе вообразить.

Но оставим в покое аквариум. Если он – Вселенная, то что находится по другую грань хрупкого стекла? Какой мир? А если аквариум круглый и пустотелый внутри? Как нам пробиться через хрупкое, с виду неприступное стекло?

– Ага… – скажете вы. – Уже давно пробились!

…И правда. Давно. Так, о чём это я? Ах, да…

Глава 1

Звук, с которым боевой крейсер Сил Урегулирования Конфликтных Ситуаций вынырнул из гиперпространства, по обыкновению получился донельзя неприличным и звонким. Конечно, можно сказать, что он сильно похож на звук рвущейся материи. Но сказать такое – это всё равно что плюнуть на голову. Что есть, то есть. Из песни слов не выкинешь.

Крейсер был огромный. Скорее похожий на вооружённый до зубов планетоид размерами в несколько городов или же на один из приличных мегаполисов, что разрослись на пригодных для жизни планетах, как грибы после дождя.

Из-за его размеров любому гражданскому лицу, увидевшему подобное творение человеческих рук, непременно захочется почесать затылок, присвистнуть и убраться куда подальше, чтобы не накликать на свою голову какую-нибудь новую беду.

Материя, расступившаяся перед подобным мастодонтом, ещё какое-то время посопротивлялась, пытаясь протуберанцами разорванного пространства ухватить его за задницу и силком затолкать обратно в другое измерение, но вскоре сдалась, поняв всю тщетность усилий, а уже через несколько секунд, с точно такими же звуками по его бокам, выплыли в реальную Вселенную его неразлучные друзья – корабли сопровождения. Боевая флотилия, словно стая косаток, выплывала в мир, где всё знакомо, всё на своих местах и не таит в себе непредвиденных сюрпризов.

Вспыхнули опознавательные баннеры боевых соединений. Расцвели иллюминацией праздничных огней контуры кораблей, а перед носом основного флагмана, мигнув несколько раз, засияло голографическое изображение с портретом последнего президента Совета Федерации Содружества Разумных Миров.

Его ушастая физиономия радостно взирала на приближавшуюся из черноты космического пространства планету, неся в себе мир и благоденствие осчастливленному его появлением арианскому народу.

Корабли перестроились в парадный строй. Флагман в центре, остальные – согласно табели о рангах: кто по бокам, а кто позади. Со стапелей сорвались в бешеном аллюре космические истребители, выполняя залихватский манёвр и выстраиваясь в ровные клинья. Всё чин чином, по-военному чётко, без суеты и ненужной суматохи.

Но уже после первого десятка минут что-то у них пошло не так. Кто-то что-то напутал, вероятно, допустив небольшую погрешность в координатах точки выхода, или, быть может, по какой-то другой причине: «Со стороны всё выглядело незначительно», если не считать того, что портрет президента дрогнул, немного исказился, а выражение его лица приобрело довольно-таки злобный вид, тем самым перепугав до чёртиков всё население приближавшейся планеты.

Доселе чёткий строй несколько смешался, но надо отдать должное опыту пилотов: они быстро восстановили былой порядок и дружной стайкой проследовали дальше – в надежде, что никто из начальства не заметит допущенной ими ошибки.

Кого-то за это непременно расстреляют.

Стив Хопкинс понял, что что-то пошло не так, по тому, как от него по столу попыталась убежать чашка с кофе. Мирок, в котором он сейчас находился, накренился примерно градусов на тридцать. Силы тяготения поменяли полярность, и ему пришлось одной рукой ухватиться за первую попавшуюся опору, а другой – придерживать злополучную чашку. Убирать после себя всё равно пришлось бы ему. А то, что он мастер-сержант, никаких привилегий в себе не несло. Во всяком случае, в свободное от службы время.

Ему ещё повезло. Капрал Блюм, мявший до этого щёки на втором ярусе, – тот вообще едва не свалился. Глаза испуганные. Лупает ими по сторонам. А когда врубился, что произошло, его белозубая улыбка осветила темнокожее лицо. Радуется небось, что успел вовремя закогтиться!

Стив прислушался. Он выжидал. Вот сейчас завоет аварийная сирена, и его отпуск – в который уже раз – накроется медным тазом. Но нет, всё спокойно. Крейсер выровнялся, продолжая свой неторопливый бег.

Капрал Мэган Фокс плюхнулась на стул, стоявший рядом с ним, и, склонившись, чтобы видеть его лицо, удивлённо, набитым жвачкой ртом спросила:

– Ну, и что это было?

Стив пожал плечами.

– А то ты сама не знаешь! – буркнул он, кривя лицо.

Мэг кивнула, словно такой ответ мог её удовлетворить. Как ни в чём не бывало, она отвернулась и продолжила трёп с сержантом Йомингом по поводу того, как ей лучше спустить получку, накопленную за последнюю многомесячную операцию.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.