Посиделки в межпланетной таверне "Форма сущности"

Зеличёнок Альберт Бенцианович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

А. Зеличенок

П О С И Д Е Л К И В М Е Ж П Л А Н Е Т Н О Й Т А В Е Р Н Е

"Ф О Р М А С У Щ Н О С Т И"

Хаотический роман

Посвящается Лёнушке с любовью

Не на Краю Вселенной - ибо у вселенной нет края; не в Центре Вселенной - тоже довольно расплывчатое понятие; не в Конце и не в Начале Времен - так уж вышло; нет, все происходило совсем в другом районе Описываемого Бытия. Представьте себе сравнительно небольшую

- не более полупарсека в диаметре - и, к примеру, яйцеобразную - хотя последнее вовсе не обязательно - замкнутую (берегитесь, кла устрофобы!) капсулу пространства. Представили? Ну, вот я и запер вас в ареале повествования. Вокруг - как я уже говорил, примерно на четверть парсека в каждую сторону - действительность клубится и завихряется, концентрируясь в образах самых причудливых предме тов. Что с вами? Ах, вы попытались сесть? Коленки ослабли? Извини те, не успел предупредить: здесь надо быть чрезвычайно осторожным, все так зыбко, неустойчиво, ненадежно. Что поделаешь - плоды чис того разума, не фиксируются сразу. Да и потом тоже может не слу читься. Мы ведь с вами не Боги, не правда ли? Я, во всяком случае, точно нет. Но мы отвлеклись от сути происходящего. Возможно, я вас удивлю, но у происходящего нет сути. Не возникла пока. Придет ся подождать. Да, кстати, о кресле, которое вы столь неосмотри тельно намеревались занять. Приглядитесь. Ясно? Нет? Тогда поз вольте представить: Пойдра-Вух, эпизодический персонаж. Забежал вперед, раньше всех. Позже мы познакомимся с ним поподробнее. А может быть, и нет, это как получится. Но уж тогда в следующий раз

- непременно, я ему пообещал. А иначе он ни за что не отстанет. Да, я забыл спросить: возможно, вы приверженец реалистическо-

го театра? Тогда мысленно нарисуйте внушительное здание с колонна ми, что-нибудь этакое поампиристей, билетерши все в джерси и пер маненте, фойе все в золоте и зеркалах, дамы все в вечерних плать ях, то есть дамы частично в вечерних платьях... нет, так непонят но. Короче, все дамы частично в изысканных туалетах... частично снаружи. Лучше пройдем в зал. Там все сплошь в бархате: Бархатные кресла, бархатные голоса актеров, бархатный занавес с непременной чайкой на нем - как бы скромно, но чтобы зритель сразу понял, куда попал, и знал свое место. Кстати, насчет места: что-то с ним опять не так. Видимо, воображение вас подводит. Или подсознание? Тут обстановка сразу реагирует. Интересно, что получится? "Театр начи нается с виселицы"? Или "спасибо товарищу Фрейду за наше несчаст ное детство"? А может, "вперед, к вершинам мазохизма!"? Как сказал неизвестный поэт:

- Если есть на зубе пятна,

Значит, кариес пришел.

Вам, конечно, неприятно,

Но дантисту хорошо!

Посмотрите-ка на вон ту даму. Нет, не на блондинку с волосатой ла пой на шее (это не декор, это партнер - спутников надо осмотри тельнее выбирать), а на блондинку с зелеными пятнами на плечах; одно нам подмигивает, между прочим. Теперь оглядитесь. Щупальца, клыки, жгутики, присоски, рожки и ножки. Ножки, собственно, и раньше были, они придают атмосфере необходимый аромат порочности. А чайка-то, чайка! Какие у нее в клюве зубки обнаружились! Да не жалейте его, не надо, это же критик. Таких мы, писатели, допускаем в свои произведения только в качестве сырья. На фарш! А в общем, неплохая обстановочка. Мне нравится. Может, еще что-нибудь постро им? Готический-преготический замок с глубокими подземельями и нес носными привидениями, обладателями мрачных тайн, интересных только им да автору? Или далекую планету с космодромом на две перманентно убивающие друг друга (или враг врага?) персоны, одна из которых до невообразимости чужда нам, землянам, зато другая до отвращения своя, местная? Или джунгли, населенные тиграми, кобрами и тарзана ми? Или колледж с совместной сауной, битком набитой веселыми прик лючениями? На мой вкус? Ну что ж, тогда стартуем от печки, и для начала позвольте вам представить Место Действия. Оглянитесь вок руг. Вы увидите (смотрите выше) самую пластичную сцену в мире. Де корации появляются, воплощаются, изменяются и исчезают по воле ав тора и читателя. Мы с вами находимся в Месте, где Ничто переходит в Нечто. Поскольку мы сюда попали, то у нас есть право называть окружающее интимно и фамильярно - Место. Отсюда нет исхода. Веч ность осталась позади, и Вечность ждет впереди, но здесь - тихая гавань, и Время с его пресловутым Ходом не допущено в сии края.

Для удобства путников, угодивших в Место и ставших его плен никами, тут неведомо когда и кем выстроена и превосходно функцио нирует знаменитая харчевня "Форма Сущности". Безвестный архитектор неслучайно исполнил ее в виде гигантской пивной кружки, то есть бутылки... кровати... окорока, так что все подлетающие, подходящие и возникающие из подпространства сразу понимают, куда попали. У входа гостей встречает неизменный кабатчик Жирный Гарри; соблазни тельно покачивая стремящимися вырваться из декольте крупными мо лочными железами и сладострастно вертя округлыми ягодицами под ультраминиюбкой (о прочих достоинствах умолчу, остерегаясь штам пов), она самолично, многообещающе улыбаясь, проводит их к свобод ному столику. Таковых здесь, увы, немало, ибо новички в харчевню прибывают нечасто, а старожилы время от времени - незнамо как и куда - все-таки исчезают. Как следствие, хозяин, который навечно привязан судьбой к своему заведению и потому имеет за душой совсем не большой запас баек, редко находит для них слушателей, и, хоть его и прозвали Болтливым Беном, поболтать ему, в сущности, не с кем. Хорошо еще, что его кличка - Немой Нэд - адекватно отражает реальность, и он предпочитает слушать других, нежели говорить сам. Вот и сейчас он пристроился к шумной компании, которая, соединив вместе три стола, оккупировала дальний правый угол зала. Здесь вливается в глотки грандиозное количество спиртного, кислотного и формальдегидного, здесь отравляют воздух чудовищные сочетания вредных для здоровья дымов, здесь громче всего визжат разнопланет ные девушки, выволакивая из-под подолов и из-за корсажей бесстыжие ладони, присоски и щупальца, здесь рассказывают самые интересные истории. Вот и курдыбится всеми чавками И-У-Крх, хитро всматрива ясь в каждого оратора тремя двухзрачковыми глазками, фиксируя бай ки на гранях головного суперзапоминателя и отрываясь лишь по необ ходимости в ответ на крики:

- Василий Петроффитш! Три пинты эля и бычий цепень на закус ку!

Или:

- Ка-Тся, душечка! Дай же мне поерошить твой мех на спинке!

А между тем восседавший сразу на трех стульях (интересно, а как бы вы устроились, если бы у вас были четыре ягодицы общей пло щадью три с половиной квадратных метра и два хвоста) розовый дра кон влил в себя бочонок "Фиделя Кастро" (смесь гематогена, расп лавленного тринитротолуола и жигулевского пива в равных долях), вытянул под столом нижние конечности, а верхними смял пышные формы двух ближайших красоток (бело-розовой Сью из Иллинойса-на-Терре и фиолетово-зеленой Хатци из Пирры, городка, расположенного на единственной планете двойной системы Бон-Шанс) и начал:

- Люблю самок гуманоидов! Девочки, вы когда-нибудь пробовали секс втроем в воздухе во время мертвой петли с правосторонним вра щением? А позу Андромахи? Тоже нет? Тогда вас ждет незабываемая ночь! Но я отвлекся. Простите, друзья и подруги по несчастью, я знаю, что пришла очередь моего рассказа, который я озаглавлю так:

Поход Левого Полусреднего от Чаши Святого Грааля с прологом и эпилогом, но без хэппи-энда.

Родился я примерно 989 лет 7 месяцев 13 дней 8 часов 5 минут назад (считая до попадания в Место). Мы, драконы, хорошо умеем считать и любим точность. Наша голубовато-зеленая планета, Штру дель-С-Изюмом, довольно быстро, но не теряя достоинства, вертелась как вокруг своей оси, так и вокруг желтого карлика Мао. Полагаю, что, если там не произошло мировой революции, то она и до сих пор пребывает на прежней орбите. Мри родители были тогда еще молоды. Отцу едва пробил 731 год, а матери не исполнилось и пятисот. Оба они были благородного происхождения, из древних и прославленных, но не обедневших родов. Отец принадлежал к клану Вонючих Ядозубов, прозванных так окрестным населением за свою щедрость и высокие ду шевные качества. Его предок, Струкодил Плюворылый, принял посиль ное участие в битве девятнадцати воинств у зловещей горы Два С По ловиной Кариесных Зуба. Правда, вначале он в семейных традициях проспал дебют генерального сражения, но затем, появившись на поле боя во всей грозной силе, запугал и рассеял (по ошибке, конечно, так как всегда отличался плохим бинокулярным зрением после хорошей выпивки) главные силы собственных союзников. В результате битва была проиграна, зато в дальнейшем история планеты пошла именно тем блистательным путем, который и привел нас к нынешнему процветанию. Представить страшно, что было бы, если бы мой прапрадедушка обла дал более крепким сном... или острым зрением. Нет, его вклад в развитие цивилизации и прогресс культуры явно недооценены хронис тами. Кстати, именно в честь Струкодила я и назван Левым (считает ся, что я похож на его левую голову, если смотреть анфас). А мое второе имя посвящено маминому дяде Головастику, в которого она бы ла тайно влюблена в детстве и который играл полузащитником в уни верситетской команде по капитболу. Другой мой пращур по отцовской линии, Каллипиг Зудоносый, слыл покровителем изящных искусств, да и сам не чурался муз. Именно его гений украсил главный пик Штруде ля следующим четверостишием:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.