Алешка, Аленка и Баран-Бурундук (история третья)

Качан Эдуард Николаевич

Серия: Приключения Алешки и Аленки [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Алешка, Аленка и Баран-Бурундук (история третья).

1.

Август в этом году выдался жарким, но Алешка с Аленкой от этого не страдали.

Впервые за последние годы вся их большая семья смогла выбраться на море. На целых две недели жаркий и пыльный Городок был забыт. Сейчас все – и папа, и мама, и Алешка, и Аленка, и даже маленький Сеня – могли наслаждаться теплыми волнами Черного моря и желтыми пляжами Феодосии.

Надо сказать, что семья выбрала очень удачное жилье – они снимали маленький домик в маленьком дворике, и располагался этот дворик метрах в тридцати от моря. Квартирная хозяйка жила в том же дворе, но в другом домике, и делала все, чтобы отдыхающие могли чувствовать себя как дома. Она позволяла детям бегать по двору, лазить по деревьям, прыгать, кричать, играться со всеми своими кошками (коих у нее было восемь). Единственное, что не позволялось – выпускать со двора собаку.

Собаку звали Тайсон, и была она породы «боксер». Короткошерстый, мордатый, и очень добродушный пес позволял гладить себя всем желающим, позволял маленькому Сене дергать себя за остатки коротко обрезанных ушей… Более того – он позволял малышу даже таскать кости со своей миски! И лишь в одном у пса был недостаток – он очень любил гулять по улице. Поэтому детям строго настрого запрещалось открывать без взрослых калитку. В этом случае Тайсона было не удержать – он прорывался в малюсенькую щель между калиткой и забором, и потом мог бегать по округе часами напролет. Тогда пса полагалось ловить, а это было очень не просто!

Но кроме свободолюбивого Тайсона, неприятностей семье никто не доставлял, и каждый мог отдохнуть так, как ему хотелось.

Алешка и Аленка отдыхали просто – они купались, купались и купались! Они бы вообще не вылезали из воды, если бы не папа с мамой. Родители считали, что дети должны не только купаться, но и греться на солнце! Валяться на пляже было не так интересно, как плескаться в море, но песок был теплый, ракушки и обточенные морем камушки – красивые, а шелест набегающих волн такой убаюкивающий, что дети ощущали себя счастливыми даже на берегу.

Папа впервые в жизни имел возможность порыбачить не на узкой грязной речушке, а в настоящем море. Он купил очень блестящую и очень дорогую удочку, каждый вечер копал свежих червей, а на рассвете бегал на пирс, для того, чтобы часами смотреть на неподвижный поплавок. Пирс был расположен так, что папа всегда становился правым боком к востоку, а левым к западу. Поскольку солнце всегда всходит с восточной стороны, папа сильно загорел, но загорел неравномерно. Правая сторона его лица стала очень темной, красно-коричневой, а левая осталась такой же светлой, как и была. Папино разноцветное лицо очень смешило и маму, и старших детей, но папа не обращал внимания на такие мелочи. Каждый день он приносил к завтраку две-три рыбешки, а потом наблюдал, как мама торжественно жарила их. В общем, успехи папы-рыболова были не большие, но папа все равно рыбачил – это приносило ему радость.

У мамы тоже было свое развлечение – она плавала на надувном матрасе. Правда, по утрам она была чрезвычайно занята – нужно было разбудить Алешку, Аленку и Сеню, дождаться папу, изжарить рыбу, приготовить на завтрак еще что-нибудь… Затем следовало отвести всю семью к морю.

На море семья выбиралась после завтрака - к началу десятого. После этого заботу о детях принимал на себя папа.

Старших детей пускали в море, и именно папа следил за тем, чтобы они не купались слишком долго, и чтобы не утонули – Аленке, которая плавала плохо, запрещалось заходить далеко в море, а Алешке, который плавал средненько, запрещалось далеко в море заплывать. Сеня воды боялся и в море не лез. Малышу недавно исполнился год, он лишь два месяца назад научился ходить, и теперь с утра до вечера то и делал, что лез в какую-нибудь шкоду. Так что папе не было с ним скучно и на берегу.

А мама плавала на надувном матрасе. Это было ее время отдыха – от завтрака и до обеда. После обеда купался уже папа, а мама приглядывала за детьми, но до обеда ее старались не тревожить.

У мамы был отличный матрас – сверкающий, розовый. Она доплывала на нем до самых буев, и там подолгу качалась на волнах. Это было так здорово – часами покачиваться на волнах, и смотреть в небо, видя проплывающие над тобой редкие облака и пролетающих чаек!

- Папа, а мне можно на матрасе? – спрашивал Алешка в первые дни.

- И мне, и мне!!! – кричала Аленка.

- Нельзя, - отвечал папа. – На матрасе может плавать только тот, кто хорошо плавает без него. Матрас может унести волнами далеко в море, или он просто перевернется… Да мало ли, что еще может случиться! Море есть море, и шутить с ним нельзя! Ваша мама отлично плавает, и в случае чего легко доплывет до берега, даже если окажется за буем. А что будет с тобой, Аленка, если ты отплывешь далеко, а матрас перевернется? Мы можем не успеть тебя вытащить!

- Пап, а я хорошо плаваю! – вставил Алешка.

- Хорошо?! – папа усмехнулся. – Вот если бы ты свободно проплывал метров пятьсот, это называлось бы «хорошо»! А так – ты плаваешь чуть-чуть, именно поэтому мы с мамой и не разрешаем тебе заплывать далеко в море. Если б тебе позволили, ты попытался бы доплыть до Турции, и, конечно, утонул. Плавай вдоль берега, сынок! Проплывешь от пирса вот до той косы – купим тебе матрас!

После этого разговора Алешка и Аленка начали усиленно упражняться в плавании. Было ясно, что за две недели они не смогут научиться плавать так, чтобы одолеть расстояние, которое обозначил папа. Но была надежда доплыть от пирса до косы на следующий год, и получить в подарок матрас. Может, не такой красивый, как у мамы, но зато - свой собственный!

В общем, время текло весело. Кроме моря, морских камешков и ракушек был еще тир – вся семья ходила стрелять туда по вечерам. В тире стреляли по банкам из-под кофе и малюсеньким пластиковым фигуркам всяких зверушек. Как ни странно, лучше всех стреляли мама и Аленка – если папа и Алешка всегда попадали по банкам, а по зверушкам промахивались, то мама и Аленка попадали и по зверушкам.

- Женщины хорошо стреляют, - утешал папа Алешку. – У них руки слабее, и это почему-то помогает им стрелять лучше мужчин. А почему так – я и сам не понимаю!

- Не расстраивайся, - говорила брату Аленка. – Зато ты умеешь плавать, а я почти не умею.

Алешка кивал, но все-таки мечтал научиться стрелять лучше сестры.

В общем, все было почти безоблачно, пока однажды утром не случился скандал.

Тем утром мама разбудила Алешку и Аленку не привычным ласковым: «Вставайте сони, солнце скоро сядет, а вы еще не купались!», а по-другому.

- Дети, кто ходил ночью на кухню? – сказала мама строго.

Алешка и Аленка приподнялись на своих кроватях, не понимая.

- На какую кухню, мама? – пролепетала Аленка.

- Здесь кухня одна! – ответила мама. – И я хочу знать, кто из вас все это натворил!

- Натворил – что? – не понял Алешка.

- Пойдемте, я освежу вашу память!

Они пошли на кухню.

Там и впрямь было на что посмотреть - дверца холодильника оказалась открытой. Тот, кто ее открыл, не тронул молоко и колбасу, но съел весь виноград и все персики – косточки от персиков валялись на столе и на полу.

Мама подняла одну косточку с пола и внимательно осмотрела ее, словно пыталась определить, кто же все-таки съел персик.

- Я хочу знать – вы сделали это вдвоем? – спросила она.
- Или у нас в семье не доедает кто-то один?! Причем – сильно недоедает, ведь он съел то, что было куплено вчера вечером на пятерых!

Алешка и Аленка переглянулись.

- Мам, я персики не ела! – сказала Аленка.

- И я не ел! – сказал Алешка. – Может, это Сеня?
- предположил он.

- Сеня всю ночь спал, - отмахнулась мама. – К тому же он не смог бы открыть дверь в кухню, не смог бы открыть холодильник, а если бы и открыл, то не дотянулся бы до верхней полки! И даже если б ему в руки попали персики, то он не смог бы съесть их все! Хотя наверняка каждый из них надкусил бы!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.