Женщина для утех (др перевод)

Клеланд Джон

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Женщина для утех (др перевод) (Клеланд Джон)

Фанни о себе

Чистая правда! Эта цель мерцает вдали, когда я сажусь писать свои воспоминания. Чистая правда без ненужных приукрашиваний и стыдливых умалчиваний. Я ни перед чем не остановлюсь, и ничто меня не устрашит, даже если кто-то и сочтет, что я не соблюдаю приличий. Ибо правда не бывает приличной или нет, прекрасной или безобразной. Правда — это только правда, не более того.

Именно поэтому, делясь своими необычными переживаниями, я не собираюсь ничего, абсолютно ничего, скрывать, не намерена ни о чем умалчивать. Вы узнаете все о моей жизни и о жизни таких, как я, женщин, о наших мыслях, чувствах и треволнениях, обо всем, чем живы пленницы сладострастия.

А если после прочтения моих мемуаров вы вздумаете меня осуждать — это ваше дело. Суд ваш не может меня задеть. Ведь моим судьей является только правда! Чистая правда!

Глава первая

Одинокая сирота в большом Лондоне

Меня зовут Френсис Хилл. Я родилась в маленькой деревушке в графстве Ланкашир недалеко от Ливерпуля. Мои родители были очень бедными и очень честными людьми. Нищета и честность почти всегда шагают по жизни рядом. Отец был крестьянином, но после того как его разбил паралич, тяжелую работу в поле пришлось оставить, и отец занялся плетением рыбацких сетей. Прокормить семью он уже не мог, поэтому мама вынуждена была пойти работать. Она воспитывала деревенских девочек, учила их читать, писать и шить.

Мои сестры и братья от нужды и болезней все умерли, когда мне не исполнилось еще и тринадцати лет. Выжила только я. Может быть, мне просто повезло, а возможно, исключительное здоровье и выносливость послужили тому причиной. Я была типичной деревенской девочкой. О грехе, злодеянии и преступлении я тогда и не ведала.

Мать моему воспитанию и образованию почти не уделяла внимания. Она была слишком занята работой. Да ей и не могло прийти в голову, что уже совсем скоро знание всей правды о жизни женщины мне будет необходимо как воздух. Росла я, по сути дела, сама по себе, как трава в поле.

Когда мне было пятнадцать лет, к нам в дом пришла беда, которая перевернула всю мою жизнь. В нашем графстве разразилась эпидемия черной оспы. За короткое время умер отец, а вслед за ним мать. Я тоже заболела, но, к счастью, быстро выздоровела и к тому же болезнь — что так важно для женщины — не оставила следов на моем лице.

Так я осталась одна. В деревне моей судьбой после смерти родителей никто не заинтересовался, и, быть может, я жила бы там и по сей день, если бы не Эстер Дэвис, женщина из Лондона, которой случилось на несколько дней приехать в гости к родственникам.

Эстер занялась мной. Уговорила переехать в Лондон, где меня наверняка ждут счастье и благополучие. Возбуждала мое воображение описаниями красот столицы. Жизнь королевской семьи, прекрасные людные улицы, чудесные дома и квартиры, дворцы аристократов, театры и опера, развлечения и другие удовольствия жизни в большом городе — все это могло стать моей судьбой — думала я под влиянием соблазнительных рассказов Эстер Дэвис.

В действительности же причины, по которым Эстер уговаривала меня перебраться в Лондон, были иные. Просто ей хотелось, чтобы я оплатила ее расходы на путешествие. Я же, по своей детской наивности, принимала каждое ее слово за чистую монету.

Не долго думая, распродала скромный семейный скарб, купила несколько платьиц, расплатилась с долгами и с восемнадцатью фунтами в кошельке навсегда покинула деревню.

В дилижансе, который вез нас в Лондон, Эстер продолжала искушать меня соблазнами новой жизни. Она рассказывала мне о таких, как я, деревенских девушках, которые поступили на службу в богатые дома, за короткое время повыходили замуж за молодых господ. Купаясь в золоте, они счастливо жили в великолепных дворцах, разъезжали в каретах на пышные балы и приемы, вращались в аристократическом обществе, и даже удавалось им получить дворянский титул и удостоиться милости самого короля, очарованного их красотой.

Поздно вечером мы прибыли в Лондон. Остановились на ночлег на постоялом дворе, и как же я была удивлена, когда Эстер, только войдя в комнату, заявила, обнимая и нежно целуя меня:

— Моя дорогая, мне необходимо срочно вернуться к моим занятиям, ты же сама должна позаботиться о какой-нибудь работе. В городе служанки из деревни ценятся на вес золота. Я уверена, что ты прекрасно устроишься. Я, впрочем, тоже постараюсь подыскать тебе подходящее место. Во всяком случае, завтра утром сними себе какой-нибудь угол и иди в контору по найму на работу. Желаю тебе счастья. Вот адрес.

Эстер небрежно нацарапала несколько слов на клочке бумаги, сунула мне его в руку и поспешно вышла, хлопнув дверью.

Остолбенев, стояла я посреди убогой комнатенки. Одна-одинешенька. Пятнадцатилетняя деревенская девчонка в большом враждебном городе — брошенная на произвол судьбы.

Куда обратиться и что делать дальше? Горькие слезы застилали мне глаза. Я не могла сдержать громкие отчаянные рыдания. Кто-то услышал мой плач, так как дверь вдруг отворилась. Я быстро утерла слезы и постаралась придать лицу спокойное выражение. В комнату вошел слуга, который перед этим помог мне забрать вещи из дилижанса.

— Могу ли я что-нибудь для вас сделать? — спросил он, бросив на меня изучающий взгляд.

— Нет! — выкрикнула я, давясь слезами.

— А дама, которая приехала с вами, не останется? — снова спросил он.

— Нет…

— Ах, понимаю. — Он криво усмехнулся. — Вы боитесь одиночества. Я бы мог, — сказал он, растягивая каждое слово, — подыскать вам какое-нибудь… подходящее общество…

— О нет, спасибо, — пробормотала я по своей тогдашней наивности. — Я не боюсь одиночества. Дело только в том, что мне негде сегодня переночевать.

— Это не беда, — он рассмеялся. — Вы можете здесь переночевать, всего за один шиллинг. Пожалуйста, поговорите с хозяйкой. Я думал, что у вас еще какие-то намерения.

Так я нашла крышу над головой на первую мою ночь в Лондоне.

Какой же будет следующая ночь? Этого я тогда не могла предугадать. Но уже скоро я узнала, что эта ночь будет совершенно иной — эта вторая ночь и все последующие.

Глава вторая

Мадам Браун и ее «дом»

Рано утром я поднялась с убогой постели. Ополоснулась, надела самое красивое из моих деревенских платьиц и пошла в контору по найму на работу.

Там уже ожидали приема несколько мужчин и женщин. У окна за конторкой сидела пожилая дама, скорее всего владелица конторы. Перебирая карточки с адресами, она что-то записывала в блокнот. Стул перед ней был свободен.

Никто, как мне показалось, не обратил внимания на мой приход. Я несмело стояла в дверях, стыдливо опустив глаза, исподтишка рассматривая комнату и сидящих в ней людей. Чтобы как-то обратить на себя внимание, я несколько раз сделала реверанс.

Дама из-за конторки заметила мои поклоны, подняла глаза, уставилась на меня, пытаясь, видимо, оценить мой вид, после чего резко и сухо бросила мне:

— Подойди ближе!

Я послушно подошла и сделала еще один реверанс.

— По какому делу?

— Прошу вас, госпожа… — я начала заикаться, — по делу, именно, о… работе, приехала я в Лондон и именно…

— Откуда приехала?

— Из деревни, госпожа.

— А родители где?

— Умерли, госпожа.

— А сестры, братья есть?

— Тоже умерли, госпожа. — Я зарыдала.

— Хм, — равнодушно пробормотала дама, уставившись на меня. — А родственники в столице у тебя есть?

— Нет…

— Может быть, знакомые?

— Тоже нет…

— Значит, ты на свете совсем одна?

— Да, госпожа. — Я печально опустила глаза.

— Какую ищешь работу? — спросила она, явно оживившись.

— Я могла бы быть служанкой у хороших господ. — Я начала поспешно перечислять свои добродетели. — Я послушна, трудолюбива, могу выполнять работу по дому, заниматься детьми, помогать по…

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.