"Аргар" или Самая желанная

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

"АРГАР" или САМАЯ ЖЕЛАННАЯ

Аннотация: Земля, 2052 год.

Дочь ученого, живущую на протяжении 20 лет под землей, совет решил снарядить в экспедицию на поверхность. Ей выпала важная миссия узнать, стала ли пригодна почва к жизни, и можно ли дышать на поверхности не боясь отека легких. В итоге она узнала не только это, но и то, что подземных жителей Муравейника ожидал большой сюрприз. Голубая планета, которая не одно тысячелетие принадлежала людям, больше им не принадлежит...

Земля 2052 год.

- Внимание! Говорит глава Координационного центра Славянской Независимой Республики.

Механических голос, прозвучавший в динамиках, заставил меня оторвать голову от окуляра электронного микроскопа и расстроено вздохнуть. Сколько пафоса! Какая республика? Так, жалкая горсточка бывших политиков, олигархов и случайно затесавшиеся между ними ученые и работяги, которым эти политики и олигархи обязаны собственной жизнью.

Динамик захрипел, запищал, как будто к нему поднесли микрофон, потом звук выровнялся, и я услышала густой бас главы:

- Дорогие сограждане, сегодня двадцатая годовщина со дня страшной трагедии, изгнавшей человечество с лица Земли. Ровно два десятилетия назад наша голубая планета подверглась жестокой атаке из космоса. Целые континенты и океаны были сметены с лица Земли, а все живое буквально испепелила смертельная радиация...

- Интересно, кто ему речи пишет, - пробормотала я, протирая запотевший экран защитного костюма.

- Тише, Карина, - шикнул отец, бросив быстрый взгляд в сторону динамика, - тут везде камеры понатыканы. Хочешь, чтобы тебя признали разлагающим элементом?

Я резко передернула плечами, но промолчала, ведь отец был прав.

Наша лаборатория занималась изучением астероида, упавшего на Землю в 2032 году, и за ходом исследований велся тщательный надзор свыше. Образцом служил крошечный серо-зеленый камешек с разноцветными металлическими вкраплениями и огромным радиационным фоном. Это был единственный экземпляр небесного тела, погубившего человеческую цивилизацию, который достался Славянской республике. Его держали в специальном свинцовом сейфе, но даже через стенки толщиной в две мои руки просачивалось излучение. Правда, как выяснилось в ходе экспериментов, в малых дозах эта радиация не останавливала, а ускоряла деление живых клеток, и потому монстера, случайно затесавшаяся между колб и реторт, буквально за месяц из хиленького росточка превратилась в гигантскую лиану, листья которой достигали метра в поперечнике. Страшно даже подумать, что было бы с нами, если б мы зашли в лабораторию без защитных костюмов!

Глава правительства продолжал толкать речь, к которой я почти не прислушивалась. Мне гораздо интереснее было то, что лежало на предметном стекле. Только услышав "...почтим же память погибших минутой молчания", я выпрямилась. На мой взгляд, минута молчания была слабым утешением для тех, кто погиб из-за халатности своего правительства.

Запищал коммуникатор, я нажала кнопку громкой связи.

- Всему ученому составу лаборатории "С" срочно пройти в отсек для заседаний, - прозвучал манерный женский голос.

- Что на этот раз от нас понадобилось? Не хочу идти, я как раз только что-то новое обнаружила!
- на предметном стекле моего микроскопа лежали крошечные кубические кристаллы черного цвета, не дающие мне покоя.
- Пап, мы с тобой уже полтаблицы Менделеева нашли в нашем образце, но это нечто совершенно иное. Вещество неорганического происхождения... Я бы сказала, что это теллурид ртути, вот только...

- Колорадоит? Это невозможно, - отец заглянул в мой микроскоп. Он был отличным радиобиологом, можно сказать лучшим из оставшихся в живых, вот только слишком дотошным и недоверчивым.
- Идем, нельзя заставлять себя ждать.

- А моя работа?

- Она не убежит. Нам обоим не мешает прогуляться. Была бы мама, она б сказала, что мы здесь уже мхом поросли.

- Мамы здесь нет!
- жестко ответила я.
- Зато у этих тугодумов из совета очередная заморочка, а нам с тобой - очередная головная боль.

- Такова наша участь!

Отец нажал красную кнопку на панели управления, и лабораторный стол мягко въехал в предназначенную для него нишу. Бесшумно опустился защитный экран из матового кварца, армированного тончайшими свинцовыми нитями. На магнитном замке вспыхнул и погас огонек.

- Иногда я думаю о том, что лучше бы тогда, когда все случилось, мы остались бы на поверхности, - пробормотала я, наблюдая за отцом.

- Не говори глупостей!
- он повысил голос.
- Давай, пошли уже, а то пришлют кого-нибудь за тобой, например Акихито.

- Нет, только не его!

Тяжелые двери лаборатории медленно разошлись, утопая в стенах. Отец снял защитную перчатку и приложил ладонь к экрану сенсорного замка. Тихо щелкнул зуммер - все, дверь в лабораторию была надежно заблокирована. Теперь следовало позаботиться о себе.

Мы сняли ядовито-желтые костюмы радиационной защиты и сбросили их в специальный коллектор для обеззараживания, а сами в обтягивающих синтетических трико разошлись по боксам с инфракрасным душем. Не знаю как у других, а в Славянском корпусе вода подавалась только два раза в сутки и строго пятнадцать литров на человека. Этого мало, чтобы принять ванну, но вот на душ вполне хватало. У нас же в лаборатории всегда был запас обеззараживающей жидкости, которой мы щедро поливали себя после работы.

Вымывшись и переодевшись в свою одежду, мы с отцом вышли в отделанный пластиком коридор, под низким потолком которого тянулись километры кабелей и коммуникационных труб. Под ногами мягко пружинило виниловое покрытие.

- Пап, а как ты думаешь, мы вообще когда-нибудь выберемся отсюда?
- озвучила я свою самую сокровенную мечту.
- Я уже не помню, как выглядит небо. Это меня пугает.

- Не думай об этом. Если на поверхности радиация такая же, как у нашего образца, то там и думать нечего - в таких условиях не выживет ни одно живое существо.

- А как же монстера?

- Исключение из правил только подтверждает правила.

Слайдер у меня на запястье завибрировал, привлекая внимание. На крошечном, размером со спичечную коробку, экране появилась ухмыляющаяся физиономия Акихито.

- Карина! Ты обещать позвонить и, видимо, забыть?
- произнес он с неприятным акцентом, от которого мне захотелось скривиться.
- Я приглашать тебя на свидание. Ты это помнить?

- Помнить, - нехотя ответила я.

- Наш группа вызывать в совет. Ваш тоже?

- Наш тоже.

- О-о! Это замечательный новость! Я быть радостный, когда увидеть тебя!

Я отключила слайдер и только сейчас обнаружила, что мой отец тихо давиться от смеха.

- Что?!
- я с вызовом уставилась на него.
- Достал он меня!

- Не нервничай, ты же знаешь, такие правила. Месяц как-нибудь переживешь, а с первого числа компьютер подберет тебе нового кандидата. Вдруг, он будет посимпатичнее.

- И поумнее!

Акихито мой ровесник, подданный бывшего Евросоюза со сложной японской родословной, присланный в Славянский корпус в рамках обмена опытом. И надо же было такому случиться, чтобы банк генетических карт именно его подсунул мне в качестве идеального спутника жизни! Вот уже неделю этот так называемый жених мне проходу не дает. Не подумайте, я не расистка, но при виде его тщедушной фигурки с круглой головой и застывшей на лице лягушачьей улыбки, мне так и хочется поднять лозунг: "Славянские женщины только для славян!" Странный тип, а от его масленого взгляда у меня каждый раз озноб по всему телу. Но что поделать?

За двадцать лет в нашем Муравейнике, как народ прозвал подземный ковчег, население существенно поуменьшилось: старшее поколение потихоньку вымирало, а вот молодежь отказывалась заводить детей. Да и какие дети в таких условиях, когда вместо неба над головой пятикилометровый пласт земли и потолок из титанового сплава, прикрытый пластиком? К тому же свободных девушек теперь в пять раз меньше чем мужчин, но обзаводиться семьей они не спешат. Вот и придумал наш Координационный центр программу по стимулированию семейных отношений, если можно так сказать.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.