Ветеран

Стэфан Алан

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ветеран (Стэфан Алан)

На дворе было девятое мая, солнце светила ярче обычного, было тепло. Казалось, в этот день все люди сияли, радовались жизни, и благодаря этому солнце становилось праздничным - заметил Сёма. Не припоминал он за свои четырнадцать малых лет, чтобы в этот день была плохая погода. Но у мальчишки не было настроения, родители подняли его с раннего утра, когда на дворе выходной. И заставили собираться в поездку.

- Давай дорогой, посмотри какой день, дедушка будит тебе очень рад – радостным голосом произнесла его мать, распахнув шторки, лучи втиснулись в его комнату.

- Я не хочу! Это так далеко. Может, в другой раз?

- Ты же знаешь, какой сегодня день и знаешь, что тебе не отвертеться – сказала она, стягивая одеяло.

- Да не хочу я быть там один, дед в праздник сидит у себя в комнате как обычно, и не выходит. Для него почему-то это не праздник вовсе.

- Ну, мы бы остались с радостью, но сможем с отцом подъехать только вечером – после ее слов, на лице Сёмы, появилось уныние.

- Работа как обычно?

- Как обычно - ответила она, скинув одеяло, чтобы он наверняка встал.

Он не стал долго валяться, поднялся и оделся, не теряя времени, так как мать подгоняла каждые пять минут, а это было чересчур, иногда очень раздражала своей назойливостью.

Уже через сорок минут, с момента как Сёма открыл глаза, он выходил из подъезда, где его ждал отец в машине. Под рукой был планшет, который он взял, чтобы ему не было скучно. Его подвезли до электрички, где он должен был пересесть, и отправится к деду.

***

Всю дорогу Сёма просидел почти один в вагоне, большая часть народа была на праздничной площади. Уткнувшись носом в планшет, и регулярно тыкая пальцами по сенсорному экрану. Покинув электричку своей станции, прошел километр по асфальтированной дороге, на восток по главной улице. И свернул на проселочную, пыльную тропу. И уже через пятнадцать минут, он был у дома деда. Сёма хорошо знал дорогу, так как проделывал этот путь не первый раз. До этого всегда ездил с родителями, и выучил все наизусть.

Подходя к калитке, начал лаять пес. Пока не увидел, и не учуял Сёму. После завилял хвостом.

- Привет, Малыш – произнес Сема, проходя через калитку, и теребя пса за ушами. Он своим шершавым языком начал облизывать его руку.

Оглянувшись во дворе, заглянул на огород и в конечном счете убедился, что деда нет на улице.

- Эх, как обычно сидит в своей комнате – слегка разочарованно, подумал мальчишка.

Он открыл дверь, ведущую в дом, она заскрипела. Она никогда не запиралась, только ночью, перед самым сном.

- Кто там? – раздался хриплый, прокуренный голос из глубины дома. В воздухе витал запах дыма. Сёме показалось, что тут все стены и мебель пропахли табаком.

- Дед, это Сёма – крикнул в ответ своим писклявым голосом мальчик, так громко, чтобы он его наверняка услышал.

Сёма услышал шорох, и скрип кровати исходящий оттуда же, следом шоркающие шаги деда.

- Мой дорогой внучок, дай я тебя обниму – он нагнулся, слегка кашляя, в правой руке дымила папироса – Ты чего один опять?

- Один, они, как обычно заняты работой – приуныл Сёма.

- Я вижу, ты расстроен, ну им нужно зарабатывать, чтобы у вас были деньги, и ты не в чем не нуждался.

- Да знаю я. С праздником тебя, спасибо за победу тебе дедушка. Хоть ты мне никогда не рассказываешь, но я знаю, что ты прошел большой путь на войне.

- Не нужно меня поздравлять, ты же знаешь, я этого не люблю.

Сёма пожал плечами – Ну все празднуют на площади - а на улицах, и дома почти никого.

- Они сами не знают что празднуют – ответил дед, развернувшись и направившись в свою комнату – Если голоден, бери в холодильнике что захочешь. Да Малыша накорми, ему всегда нравится, когда ты это делаешь. В сарае рыба сушеная висит, можешь брать, ездили недавно на рыбалку, наловили много, знаю, ты ее любишь – произнося последние слова, он окончательно скрылся в дальней комнате.

Сёма налил молока себе, взяв банку, поделился с Малышом. Он вилял хвостом и не отрываясь лакал его. После прошелся по огороду, забрался на кучу сена, немного попрыгал на нем. Ему нравился вид, который открывался на двор и огород с этой огромной кучи. Зацепив немного сена, пошел в сарай, подманив корову. Она всегда была не против пожевать, а для Сёмы был шанс погладить ее да потрогать большой мокрый нос. Но спустя час, немного наскучило. Были бы друзья в деревне, может он и пошел к ним, но, так как жил в городе, знакомых тут не было. Ведь приезжал не так часто. Да и сегодня все празднуют девятое мая на площади. Поэтому решил вернуться в дом.

Возвратился, тихо зашел внутрь, старался не шуметь, думая, что дед может отдыхать. Но тот сидел в своей темной комнате, свет был выключен, а шторы закрыты. Только сквозь слабую щель пробивалась полоса желтого света, и ложилась на ковер. Благодаря свету можно было разглядеть, как в воздухе витают множество пылинок. Дед сидел посреди комнаты, курил и смотрел в эту щель, погруженный в свои мысли, покачиваясь в кресле.

Сёма зашел во тьму, и сел на кровать возле деда. В руке горел красный огонек от самокрутки, и к потолку поднимался дым.

- Извини, не заметил, как ты вошел, а то бы уже давно затушил. Старая привычка не дает покоя – произнес дед туша сигарету о пепельницу – Уже набегался?

- Да. Дед, можно задать тебе вопрос?

- Ну конечно, задавай, чего спрашиваешь.

- Что случилось? Почему в этот день ты всегда сидишь в своей комнате, не открывая даже штор. Когда ветераны, воевавшие с тобой, сейчас празднуют победу со всеми.

- Не знаю, поймешь ли ты. В этот день на меня обрушиваются все те воспоминания о войне, с большей силой. Я будто вновь переживаю все заново, и думается об этом в одиночестве лучше. Победа то победой, но какой ценой мы ее получили Сёма. Что вот вам в школе говорят о победе?

- Ну что мы отбили войска фашистов, и выиграли войну не дав захватить эти земли.

- В войне все намного запутанней. Каждая сторона считает, что они сражаются за правое дело. Мир так устроен, этого не изменить, и виноваты в этом сами люди. Многие фашисты просто следовали приказам своего вождя, и ничего с этим не могли сделать. Находились те, которые отказывались, но их тут же убивали. У нас было точно так же, нас заставляли убивать, и мы с этим не могли ничего поделать. А убивали кого? Таких же молодых парней, которые жили в других странах, и говорили на другом языке. Но все мы люди, и ничем не отличаемся. Столько смертей, из-за чужой власти.

- Был у меня друг, еще в самом начале войны, который после первого боя отказался участвовать в войне, и убивать. Потому что среди так называемых врагов, были молодые мальчишки, в глазах которых только страх. Они даже оружие не могли держать нормально. Как сейчас помню, за его отказ, его вывели из строя и расстреляли при всех, преподнося это как поучительный урок.

Сёма затаив дыхание, вслушивался в слова деда, ему никогда не удавалось слышать подобного от него, и не от кого другого. Хоть мало что было понятно, но общую суть он смог уловить.

- Они сейчас выкрикивают, называя себя победителями. Вот ты Сёма, слышал, чтобы вам в школе, или еще где рассказывали о ветеранах, что ни будь плохое?

- Нет, только о фашистах. О вас говорили, что мы живем, так как сейчас, благодаря вам.

- Но ведь и среди нас, есть плохие люди. Если победили, еще не значит что мы хорошие. Мы также убивали и мирных не в чем не повинных жителей. Насиловали женщин, убивали безоружных, мародерствовали. Я тоже держал оружие, стрелял по приказу, и не горжусь этим, я не патриот – он говорил очень медленно, и голос его дрожал. Сделав небольшую паузу, под курил – Извини, что курю при тебе, не говори родителям.

- Ничего страшного дедушка.

- На парадах они демонстрируют военную мощь, танки, оружия и многое другое. Когда об этих машинах смерти лучше забыть. Самое страшное, что по приказу одного человека, все эти военные должны подчиниться и нападать на другую страну, и неважно, хочешь ты этого или нет. Никто не спросит о твоих взглядах на мир, о моральных принципах. А ведь мы все живем на одной земле, ну и что, что среди нас есть и узкоглазые, и с другим цветом кожи. Это не повод воевать, и кого-то принижать – Он достал старый потрепанный платок, и вытер глаза. Слез в темноте не было видно - Попался к нам в плен один парень, хорошо говорил на русском. Умолял, чтобы его не убивали. Он то и говорил, что его просто заставляли стрелять, если бы он этого не сделал, то его бы убили, за неподчинение. И он говорил правду, ведь у нас было то же самое. Мне было жалко, как и своих, так и их людей. Большая часть державших оружие делали это не по своей воли. Оружия становятся с каждым годом все мощнее, и я боюсь, что от него вновь кто-то пострадает, кому-то предстоит пережить то же, что пережили мы. Я не пожелаю такого никому. А с таким вооружением, люди поубивают друг друга, поубивают из-за денег, власти, и земель. В конечном итоге сотрут всех с лица земли. Поэтому мне очень тяжело Сёма.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.