Кри-Кри

Яхнина Евгения Иосифовна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Кри-Кри (Яхнина Евгения) ПОВЕСТЬ Рисунки В. БЕХТЕЕВА

Париж рабочих с его Коммуной всегда будут чествовать как славного предвестника нового общества. Его мученики навеки запечатлены в великом сердце рабочего класса.

Карл Маркс, «Гражданская война во Франции».

Глава первая

КАФЕ «ВЕСЕЛЫЙ СВЕРЧОК»

В скромном кафе, косившем название «Cri-Cri Joyeux», что в переводе на русский язык означает «Веселый сверчок», как всегда, царило оживление.

Казалось, не сгустились еще над Парижем мрачные тучи, еще не наступила на горло Коммуне страшная пята версальского врага.

А между тем версальские палачи овладели уже половиной города и подобрались к самому его сердцу.

Но это, повидимому, не смущало ни мадам Дидье, владелицу кафе, ни его посетителей. То были по большей части жители предместья Бельвиль, улиц Сен-Мор и Фонтен-о-Руа, на перекрестке которых помещалось кафе. Все посетители «Веселого сверчка» были хорошо знакомы и мадам Дидье и ее подручному Шарло Бантару.

Собственно говоря, мало кто знал настоящее имя мальчика. И в кафе и во всем районе он был известен под именем Кри-Кри — Сверчка.

Правда, Шарло мало походил на сверчка — этот высокий, крепкий четырнадцатилетний парень, с черными живыми глазами, вихром непокорных черных волос, ярким цветом лица, упорно сохранявшимся, несмотря на тяжелый труд в кафе.

Кри-Кри был в постоянном движении. Он всегда носился вихрем по кафе, с одного конца в другой, частенько выбегая на улицу или спускаясь в подвальное помещение, где находилась его каморка, в которой он спал. Никто, кажется, не видел его в сидячем положении, зато все знали, что прыгать и бегать он мастер.

Мадам Дидье была скупа и мелочна. Кри-Кри работал хорошо, она не могла на него пожаловаться, но на всякий случай держала его в ежовых рукавицах.

— Он ловок и расторопен, — говорила мадам Дидье своей подруге, мадам Либу, — но, к сожалению, очень ветреный! — При этом она закатывала глаза и всплескивала короткими руками, слишком короткими даже для ее маленькой фигурки.

То и дело в кафе раздавался ее повелительный окрик:

— Кри-Кри, сюда!

— Кри-Кри, подай чистый стакан!

— Кри-Кри, неси вино!

Кри-Кри всюду поспевал. А иной раз, улучив свободную минутку, он вскакивал на табурет и, отбивая каблуками такт, размахивая руками с таким видом, будто аккомпанировал себе пел «Карманьолу», к великому удовольствию посетителей:

Сам карлик Тьер [1] начал Грозить Нас всех в Париже Перебить… Но дело сорвалось У них. Отпляшем карманьолу Под гром пальбы!..

И гости дружно подхватывали:

Отпляшем карманьолу Под гром пальбы!..

Сегодня все у Кри-Кри шло, как обычно. Он подавал, пел, острил, а когда представлялась возможность, жонглировал тарелками. Ах, как тетушка Дидье опасалась при этом за свою посуду! Но ей приходилось терпеть, так как этот номер Кри-Кри пользовался неизменным успехом у публики. Выделывая свои обычные штуки, мальчик все время поглядывал на башенные часы на площади. Он решил, что сегодня непременно воспользуется правами, предоставленными Коммуной малолетним наемным рабочим. Сегодня он не останется в кафе после установленного времени. Пусть тетка Дидье злится, пусть лебезит, напоминая ему о том, что она бедная, беззащитная вдова, которую легко обидеть.

— Кри-Кри, — прервал его размышления скрипучий голос хозяйки, — ты опять зеваешь! Получи с гражданина, как его там… постоянно забываю фамилию этого поэта… Ты знаешь?

— Как не знать! Очень хорошо знаю: гражданин Лимож.

Кри-Кри подошел к красивому молодому человеку в бархатной куртке. Отвесив преувеличенно вежливый поклон и сделав вид, что обнажает при этом голову, Кри-Кри сказал:

— С вас получить, уважаемый гражданин. Мне очень неприятно вас беспокоить, но, как говорится о нашем кафе:

Нельзя пройти, чтоб не войти, Нельзя войти, чтобы не пить. Чтоб пить, надо заплатить.

Лимож, сидевший в небрежной позе и не обращавший до сих пор внимания на мальчика, вдруг заинтересовался им. Лицо поэта осветилось улыбкой, когда он сказал:

— Э, да ты тоже поэт! Чудесно! Получи! А вот это возьми себе!

Но протянутая ладонь Лиможа с блестящими серебряными монетками повисла в воздухе.

Кри-Кри гордо отпрянул от него и произнес с достоинством:

— Сын Коммуны, племянник члена Коммуны Жозефа Бантара, Шарло Бантар, по прозвищу Кри-Кри, подачек не берет!

— Дай пожать твою руку, маленький коммунар! — с жаром воскликнул Лимож, бросаясь к мальчику. От неловкого движения поэта бутылка с сельтерской закачалась и, упав, покатилась по столику.

Кри-Кри быстро подхватил ее. Но пронзительный голос тетушки Дидье уже вопрошал:

— Кри-Кри, несносное создание, что ты там разбил?!

Кри-Кри рассмеялся и крикнул ей:

— Что вы, мадам Дидье! Разве я бью когда-нибудь посуду? Хотя и говорится, что на всякой пирушке бывают разбитые кружки!

С этими словами Кри-Кри пошел за мадам Дидье, в точности копируя ее походку и жесты так, что посетители покатывались со смеху.

Тетушка Дидье недоуменно повернулась, но Кри-Кри в то же мгновенье принял невинный вид. Он повторил этот маневр дважды, к удовольствию посетителей «Веселого сверчка».

В это время в дверях кафе показалась пожилая сухощавая женщина с выцветшим лицом и тонкими бескровными губами. Голова ее была повязана черной шалью. В одной руке она держала сумку для провизии, в другой — корзинку с черным котом.

Тетушка Дидье радостно устремилась к своей лучшей подруге, приветствуя ее словами:

— Добро пожаловать, дорогая мадам Либу! — и тут же спросила выразительным шопотом: — Что слышно нового?

— Я полагаю, что безопаснее акции не продавать, — таким же таинственным шопотом ответила мадам Либу. — Один служащий банка сказал мне, что коммунары не собираются реквизировать банковские ценности и что банк сохранит их для законного версальского правительства…

— Ну, а если Коммуна удержится, — перебила подругу тетушка Дидье, — тогда у нас на руках останутся бумаги, потерявшие всякую ценность. Я бедная вдова, что я в этом понимаю?

Последние слова мадам Дидье произнесла своим обычным слезливым тоном.

Кри-Кри прервал их беседу. Тоном мадам Дидье он приветствовал гостью:

— Добро пожаловать, мадам Ибу! [2]

Виноторговец Дебри, добродушный толстяк, завсегдатай «Веселого сверчка», раскатисто захохотал:

— А ведь она и в самом деле смахивает на сову!

Мадам Либу вспыхнула:

— Сколько раз я говорила тебе, дрянной мальчишка, что моя фамилия Либу.

— Виноват, мадам Либу. К вашим услугам, мадам Либу, — запищал Кри-Кри, увиваясь возле старухи.

— Порцию кровяной колбасы! — крикнул вновь вошедший посетитель.

Кри-Кри поспешил на его зов, но по дороге потихоньку вытащил из корзинки мадам Либу кота. Высоко подняв его над головой, он побежал в другой конец кафе и, показывая его посетителям, стал выкрикивать нараспев:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.