Такая война

Роуд Макс

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Такая война (Роуд Макс)

Макс Роуд

ноябрь 2015

ТАКАЯ ВОЙНА

В эти августовские дни 1944 года в воздухе стояла непривычная тишина. Две огромные армии, непрерывно грызшие друг друга в течение многих недель, теперь остановились, чтобы перегруппироваться. Немцы медленно отступали из на запад, а русские, непрерывно терзавшие их всё новыми и новыми ударами, подводили свежие силы. Львовско-Сандомирская операция вот-вот должна была подойти к своей решающей фазе.

Черная ночь казалась спокойной и безмятежной, и экипаж танка Pz VI "Тигр» спал глубоким сном в чреве своей могучей машины. По данным разведки, в непосредственной близости не было русских частей, а значит, опасность невелика. Глубокая маскировка танка, абсолютно незаметного в стоге сена, также добавляла уверенности, и впервые за долгое время они отдыхали относительно спокойно. Командир, оберштурмфюрер Юрген Ройтер, исходя из маловероятности скорого появления противника и важности предстоящей задачи, на этот раз даже не выставил никого в караул. Усталый солдат — плохой солдат, а смерть... от судьбы не уйдёшь. Их батальон отступил, в то время как они остались в качестве заслона, а также для создания впечатления присутствия германских частей на данном плацдарме.

Экипаж далеко не в первый раз находился в подобной ситуации, успешно справляясь с самыми сложными задачами. Трое из них - сам Юрген, механик-водитель Марк Шафер и наводчик Франц Благник, были вместе с 1940 года. Их корпус тогда одним махом прошел всю Францию и Голландию, остановившись только в Дюнкерке. Начав войну на Pz III, они последовательно перешли на Pz IV, и теперь воевали на грозном «Тигре», числясь одним из лучших экипажей в своем батальоне. Только два раза, в самом начале 1942 года, а также летом 43-го, они были подбиты, но оба раза экипаж уцелел, несмотря на потерю машин. И вот теперь эти трое, а также заряжающий Йозеф Баум и стрелок-радист Гюнтер Хубервальд, должны были выполнить нелегкую задачу по мифической обороне дороги, проходящей возле опушки леса, близ которого они и стояли.

Прятаться было не надо, а наоборот, надо постараться навести как больше шума. Батальон узнает, что противник начал наступление и сможет лучше подготовиться. Камуфляж танка в стогу — лишь прикрытие, обеспечивающее на стоянке маскировку от самолётов или других неожиданностей. Если пойдут русские танки, то два-три выстрела ещё можно успеть произвести, но затем неподвижная цель стала бы для них лёгкой добычей. Успех танка в бою — манёвр, а манёвр - это чутьё командира, слаженная работа экипажа и мощь двигателя, дающего возможность быстрой смены позиции. Но это танки, а если по дороге пойдёт пехота или просто моторизованные части... что же, в бою даже против одного «Тигра» им не позавидуешь.

Ранним утром, Марк, проснувшийся первым, первым делом протёр запотевшее стекло своего смотрового прибора и посмотрел наружу: яркое утреннее солнце, уже поднявшееся в абсолютно безоблачном небе, залило своим светом природу, где сейчас ничто не напоминало о жестокой войне. Пустая дорога, лес, за которым приютилась маленькая деревенька, поля вокруг — всё это было видно хорошо и чётко. Движения, что было важнее всего, нигде не наблюдалось.

- Ребята, просыпаемся!
- оторвав взгляд от эпископа, Марк не спеша потянулся.
- Уже половина шестого!

- У тебя половина шестого?
- глубоко зевнув, спросил Гюнтер, сидевший рядом на месте стрелка-радиста.

- Нет, - Марк сделал вид, что не обратил внимания на его шутку.
- У всех!

- А у меня как раз нет!
- сверху раздался голос Франца.
- Не обобщай, друг - мои часы показывают на полдень!

Громкий зал хохота, раздавшегося со всех сторон, показал, что теперь весь экипаж проснулся. Вволю насмеявшись, командир протёр стекла вращающейся смотровой башенки и осмотрелся вокруг.

- Вокруг никого!
- сказал он.
- Только сзади на горизонте есть пыль.

- Там ведь наши?
- спросил Франц.

Юрген кивнул:

- Да. Если до десяти ничего не изменится, то будем оттягиваться назад. Стоять здесь весь день не имеет смысла — это будет означать, что русские просто обошли нас с других сторон. Гюнтер, вызови штандартенфюрера!

Радист быстро связался со штабом, и Юрген, доложив обстановку, несколько минут выслушивал указания начальства, говоря лишь короткое «Есть!». Нет нужды говорить, что сейчас весь экипаж в волнении ждал результатов этих переговоров.

- Нам разрешили отход в девять часов, - наконец сказал командир, снимая наушники.
- Батальон отходит дальше, но точной информации о русских нет. «Рама», которую послали на разведку, не вернулась.

- Ещё не вернулась, или её сбили?
- уточнил Йозеф, сидевший рядом.

- Сбили.

- Это значит, что русские не так и далеко, командир.

Юрген усмехнулся:

- Само собой! Но когда они пойдут вперёд, никто не знает. Подождём, ребята. Ожидание противника — основная часть войны.

Он осторожно откинул крышку люка, медленно высунулся наружу, снова огляделся, внимательно прислушался, а затем, с удовольствием набрав полные лёгкие свежего воздуха, крикнул вниз:

- Выходим! У нас в машине такая вонища... Марк, я говорил тебе вчера, чтобы ты не жрал столько сырой капусты!

Все люки синхронно открылись и экипаж, спрыгнув с брони, тут же, не менее синхронно, принялся орошать траву мощными струями накопившейся за ночь жидкости, от которой поднимался лёгкой парок.

- Уф, хорошо!
- проговорил Франц, подпрыгивая в надежде стряхнуть последние капли.
- Птички поют вовсю, тепло — утро, как на Ривьере! У нас там воды сколько осталось? Мне надо не меньше литра, чтобы умыться. Руки-то вон какие грязные от масла. Вот дерьмо, а в темноте я этого и не заметил!

- Воды хватит, - ответил Марк, доставая серую канистру.
- Подставляйте котелки!

Умывшись, принялись за еду. Набор был неплохой — хлеб, огурцы, варёные яйца и большие банки американской говяжьей тушёнки, целый грузовик которой их часть захватила несколько дней назад. Для приготовления кофе развели небольшой костерок.

- Удивительно тихое утро сегодня, - медленно проговорил Гюнтер, вытягиваясь на траве рядом с куском брезента, заменявшим им стол.
- Говорят, что Виттман тоже радовался погоде перед последним боем.

- Сплюнь!
- Йозеф поморщился.
- Командир, ну что он такое говорит!

Юрген лишь пожал плечами:

- От смерти не уйдёшь, говори о ней или молчи. Кстати, сегодня ровно неделя, как он погиб. А что погода хорошая... так то была Франция, Нормандия. Мы здесь, между прочим, тоже не на севере, а к тому же сейчас лето. Так что, аналогии неуместны, господа. Ещё хочу напомнить, что мы здесь не по приказу, а потому, что кто-то должен был остаться. Мы лучшие, а это уже ответственность. Суждено умереть — умрём, если нет, то ещё повоюем. Но в любом случае, нашими действиями сотни парней будут спасены.

- Сколько у Виттмана было побед?
- спросил Марк.
- Сто тридцать?

- Сто тридцать восемь, - ответил Юрген.
- Шройф, Кариус и Книспель тоже совсем рядом, кстати. Но у них есть теперь преимущество перед Михаэлем — они пока живы.

- Наша «тридцатка» тоже много значит, - вмешался в разговор Гюнтер.
- И мы тоже пока живы, так что наши победы ещё впереди.

- Ключевое слово «пока», - отозвался Марк.
- Мне оно не нравится.

- С этой машинкой у нас мало соперников, - Гюнтер кивнул на танк.
- Двигатель «Майбах», пушка «Рейнметал», оптика «Цейсс», броня «Крупп», сборка «Хеншель». Как звучит, а!

Все согласно кивнули.

- А вот новые — дерьмо, - сказал Йозеф.
- Позавчера их полтора десятка русские перестреляли, как куропаток.

- Да, их перетяжелили, - согласился командир.
- Но также нельзя не учитывать, что парни на «Королевских Тиграх» попали в засаду. Я уверен, что эта машина после доводки себя ещё покажет.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.