Мари в вышине

Ледиг Аньес

Серия: Азбука-бестселлер [0]
Жанр: Современная проза  Проза    2015 год   Автор: Ледиг Аньес   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Мари в вышине (Ледиг Аньес)

ООО «Издательская Группа „Азбука-Аттикус“», 2015

Издательство АЗБУКА®

* * *

Моему Натаниэлю, который там, в вышине.

Маленькая звездочка, мерцающая в необъятности небес.

Бенжамину и Апполине, моим детям здесь, внизу.

Дети, такова жизнь…

Блистанье молнии… и снова мрак ночной!Взор Красоты, на миг мелькнувшей мне случайно!Быть может, в вечности мы свидимся с тобой;Быть может, никогда! и вот осталось тайной,Куда исчезла ты в безмолвье темноты.Тебя любил бы я – и это знала ты!Шарль Бодлер. Цветы зла (Перевод Эллиса)

1

Я вам не понравлюсь.

И по вполне понятным причинам. Я полицейский, одинокий бирюк, не внушающий симпатий. Одинокий-то одинокий, но меня неизменно сопровождает неразлучная парочка: персональный белоснежный ангел, который восседает на моем правом плече и изводит меня своим ханжеством и хорошими манерами, внушая, что я мог бы вести себя и поприветливей, и посердечней или хоть малость повежливей. С другого плеча ему по любому поводу перечит мой личный алый бес; он жужжит мне в ухо, что я совершенно прав, оставаясь мерзким типом, а все остальные и не заслуживают ничего лучшего, чем мои суровые взгляды и злобные выкрики. Око за око, зуб за зуб, такова жизнь. Было бы проще, если б я избавился от одного из них. Все равно от которого, лишь бы они перестали цапаться. У меня от них голова раскалывается.

Если верить результатам моих школьных экзаменов и первых любовных игрищ, я вполне развит интеллектуально и не отвратителен физически, но у меня нет желания быть приятным.

Просто полицейский, если на то пошло, хоть я и ненавижу эту работу. По крайней мере, жить можно, и на том спасибо. Но жить одиноким и не внушающим симпатии, с чем смириться труднее.

Одиночество – это причина антипатичности или ее следствие? Пресловутая многовековая дискуссия о яйце и курице. Но если б я удавил в зародыше, в яйце, собственную мрачность, прежде чем она всплыла на поверхность, то, возможно, оказался бы прелестным цыпленком. И тогда мне не пришлось бы, как сейчас, размышлять о жизни за рабочим столом, вперившись в пустоту.

Собачья жизнь!

Из грез меня вырывает авторучка. Фанни, дежурная, изо всех сил запустила ею в мою стеклянную дверь. Будь она персонажем мультика, сейчас ее глаза метали бы молнии. Вместо этого она размахивает руками, подавая мне какие-то знаки. Ни дать ни взять – сурдопереводчица с Третьего канала, которая маячит на экране в маленьком окошке во время дебатов в Национальной ассамблее. Эй, я-то не глухой! Телефон… звонит… у меня в кабинете?

Точно, ну надо же!

Придется тащить обратно эту авторучку. А куда деваться. Сами посудите, не станет же Фанни шевелить своей жирной задницей. Но это я про себя так думаю. С ней я своим мнением не делюсь, даже на языке жестов. Вот если б она прекратила с утра до вечера жрать орешки и ходила на работу пешком, ну, в крайнем случае, ездила на велосипеде… Она живет в трех улицах отсюда. Я точно знаю, на второй день после моего назначения сам видел, как она загружалась у своего дома в машину. На третий я ей намекнул, что лучше бы заказать контейнер орешков напрямую у китайцев, получила бы скидку. И смогла обзавестись велосипедом. В ответ она послала меня куда подальше.

Звонок был переведен на нее, раз уж я не отвечал. Я увидел, как она давит на кнопку на своем пульте с той же яростью, с какой жмут на телевизионный пульт, когда тот отказывается работать, и адресует мне новый залп молний. Я снял наконец трубку, выжав улыбку продавца кухонных гарнитуров.

– Лейтенант, мы его засекли! Маленькая ферма на холмах над деревней. Называется Верхолесье. Старшина Готье знает.

– Отлично, оставайтесь на месте, в укрытии, до нового приказа. Сейчас прибудем с подкреплением.

Наконец-то хоть немного действия. Три недели, как я здесь, и ничего бодрящего. Этот перевод в Ариеж совершенно меня не вдохновлял, но мне было нужно повышение. Позарез. Банкир начал нарезать круги в небе – древний рефлекс стервятника, который видит, что львица сейчас вцепится в круп теряющей последние силы зебры. В моем случае в круп мне готова была вцепиться помощница по хозяйству, которую я нанял для Мадлен. Ну, можно и так сказать, ясно?! Она была уже не очень молода, скорее страшненькая, говорила громко – привычка, приобретенная благодаря общению со стариками, с которыми ей приходилось возиться. Но к ним она относилась по-доброму. Уже неплохо.

Таким образом, счет мой балансировал на грани дозволенной задолженности. Богачом я никогда не был, но тут уже меня затягивало в Падирак! [1] Мне светили банковские санкции.

Почему меня это назначение не вдохновляет? Потому что я городской парень, ни к чему другому не привык, и в Ариеже мне будет скучно. Единственный плюс – смогу пошляться вокруг катарских замков на своем горном велосипеде и с альбомом для зарисовок. Всего и радостей. Что до остального, меня в бригаде предупредили: В твоем районе одни крестьяне. Супер! Привет, друзья-навозники, а вот и я…

После доброго часа, проведенного в дороге, мы проезжаем через деревню и сворачиваем к вышеозначенной ферме. Готье описывает мне положение вещей. Он в курсе, он же местный. Все хозяйство ведет одинокая женщина. По его словам, она не сообщница, это точно. Я замечаю, что, если мы обнаружим там разыскиваемого Мартена, неприятностей хозяйке фермы все равно не миновать. Он уточняет, что характер у нее еще тот.

– Это что-либо меняет в необходимых процессуальных действиях?

Вместо ответа неопределенная улыбка скользит по его губам, пока он продолжает разглядывать пейзаж. Ну не спасую же я еще и перед старухой-фермершей?!

Мы останавливаемся чуть ниже, у большого каменного здания.

– Рассредоточьтесь вокруг строений. И без глупостей, парни.

Под моим началом восемь человек. Для меня это в новинку. Но повышение есть повышение. Проба пера, и теперь подчиненные выжидают, куда я выверну. Пока стрелка где-то на середине…

Мы с Готье выдвигаемся к большому двору, с трех сторон окруженному постройками, расположенными в форме подковы. Нас сопровождают два жандарма. Остальным приказано оцепить ферму и обшарить каждый уголок. Наша задача – задержать пресловутую норовистую фермершу.

В конце дороги деревянная табличка с надписью: «Собака с придурью».

– Собака с придурью – это как? – спрашиваю я у Готье.

– Сегодня она обнюхивает вам ширинку, виляя хвостом, а назавтра может вцепиться в яйца.

– Это шутка?

– Нет, зарисовка. Она не злая, просто стережет ферму.

Час от часу не легче! Фермерша с характером, собака с придурью. А коровы у нее что, шизофренички?!

Мы медленно продвигаемся по двору.

– А что это за шум?

– Доильный аппарат, лейтенант. Сейчас пять часов пополудни. Она, наверное, там.

– Как ее зовут?

– Мари Берже.

– Вы с ней знакомы?

– Как сказать… Я сам из соседней деревни. У нее репутация…

Репутация? Какая репутация?

У него не остается времени ответить. Фермерша с репутацией и характером уже вышла из дома, привлеченная отчаянным лаем своей придурковатой собаки, который доносится из помещения для дойки.

Вот это да, слов нет!

Я-то думал увидеть крепко сбитую пожилую крестьянку с платком на голове, в цветастой юбке и сапогах. И с торчащими на подбородке волосками. А ей лет тридцать, она в синем рабочем комбинезоне, который ей велик на несколько размеров. Я бы в нем выглядел как толстяк с рекламы шин «Мишлен». А она, видно, тоненькая, как прутик. Что там у нее в правой руке? Хоть она и кажется безобидной, беру ее на мушку. Репутация, характер, странный предмет в руке, полоумная собака и шизофренические коровы – все это не внушает доверия.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.