Адам - значит человек! За шаг до Победы

Стрелков Владислав Валентинович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Адам - значит человек! За шаг до Победы (Стрелков Владислав)

Адам - значит человек! За шаг до Победы.

Рассказ

Столетний юбилей это грандиозный праздник для большой семьи. Поздравления, подарки, стихи от внуков, правнуков и пра-правнуков, соседей. Праздник радостно-долгий, но для юбиляра большая нагрузка. Уставшего Бейсенгали, проводили в сад. В самом центре сада, у самой старой яблони, стояла удобная скамья.

У Абулхаирова была большая и дружная семья - семь сыновей, двадцать внуков, тридцать один правнук,четыре пра-правнука. Уже давно нет на этом свете его Шолпан, и двух старших сыновей. Остались старые яблони, что были посажены Бейсенгали в год их рождения. И эта лавка, на которой он и его Шолпан любили сидеть вместе.

Старик тяжело вздохнул, смотря на яблоню напротив, затем глянул на безоблачное небо. Высоко парил беркут. Что ему надо в городской черте? Впрочем, вольной и гордой птице везде дорога. Следить за степным хищником мешали ветки яблонь, с налитыми, почти созревшими плодами, и солнце порой слепило глаза. Бейсенгали при этом щурился, отчего его морщины становились еще глубже.

- Ата! Ата!
- галдя наперебой, подбежала стайка детишек.

Правнуки и пра-правнуки облепили старика со всех сторон.

- Ата, там какие-то дяди и тети тебя спрашивают.

- Три машины приехало!

- Там дядя с камерой!

Подошел внук Касен.

- Ата, - склонился он, - к тебе с телевидения приехали.

- Ко мне?
- удивился старик.
- Зачем?

- Говорят - какой-то человек тебя ищет.

- Ищет?
- удивился Бейсенгали.
- Кто?

- Не знаю, ата. Пошли, я помогу...

- Да-да, - кивнул старик, - пойдем, впрочем...

Старик поднялся, чуть подумал и произнес:

- Вот что, Касен, принеси мне мой пиджак, тот, что с наградами.

- Но ата, тебе и так тяжело ходить.

- Неси, - твердо сказал Бейсенгали, - я думаю его надо одеть.

- Хорошо, ата.

Внук помог присесть и ушел в дом. А старик задумался - кто же его ищет? В памяти возникают имена, лица...

"Кто же? Слишком долго я живу. Много друзей уже ушло. Антон Самойлов, последний его однополчанин умер два года назад. Больше некому меня искать. Может кто-то, кого он с войны не видел, и адрес был не известен? Но мало осталось ветеранов. Вдруг это чьи-то родственники хотят найти и услышать рассказы о близком человеке от его однополчан?"

Вскоре вернулся Касен, вместе со своей супругой Айгуль. Принесенный пиджак переливался золотистыми отблесками. Ордена и медали полностью закрыли борта, делая его похожим на доспехи древнего батыра.

С помощью внуков старик снял халат и одел пиджак. На плечи легла приличная тяжесть. Старику и так было тяжело передвигаться, а тут просто встать не в силу. Внуки помогли Бейсенгали подняться, после чего он, опираясь на трость, направился к дому.

Праздничные столы расторопные хозяйки успели прибрать, приготовившись к неожиданным гостям. На кухне и возле летних печей суетились внучки, готовя угощение. Остальные в любопытном ожидании собрались у столов.

У ворот стояли три микроавтобуса. Два однотипных минивена с логотипами явно принадлежали телестудии. Третий стоял чуть дальше, и в отличие от первых двух минивенов двери у него были закрыты. У калитки стояли двое мужчин с видеокамерами, и две девушками. Одну Бейсенгали узнал, и имя вспомнил - Наташа. На день Победы она брала у него интервью. Потом вместе со всей семьей смотрел передачу "Наши ветераны". Вторая девушка была незнакома.

Наталья, увидев старика, коснулась руки одного из операторов и что-то тихо сказала. Тот тут же направил объектив на старика, а девушка направилась к нему.

- Здравствуйте, уважаемый Бейсенгали Темиртасович!
- поздоровалась девушка.
- Я поздравляю вас со столетним юбилеем от имени всех сотрудников нашего телеканала.

- Спасибо, Наташа. Спасибо.

- Вы меня помните?

- Конечно, помню, - улыбнулся старик.
- Разве можно забыть такую красавицу?

- Ой, ну что вы...
- смутилась девушка.
- Но мы сегодня не только с поздравлением. Через нашу передачу вас разыскал один, как он сказал - ваш давний знакомый. Он увидел репортаж посвященный дню Победы, где мы рассказывали о вас. После передачи он связался с нашей студией и узнал ваш адрес. А мы бы очень хотели снять вашу встречу. Он не против съемки, а вы?

- Я тоже не против, - сказал Бейсенгали, покосившись на отдельно стоящий минивен.
- А кто меня ищет?

- Этот человек хотел сам обо всем сказать. Начнем?

- Да-да, - закивал старик в нетерпении.

Ведущая сделала знак операторам. Один направил объектив камеры на Бейсенгали, второй на минивен. Дверь микроавтобуса открылась, вышел высокий мужчина лет сорока, он откинул пандус и выкатил из салона коляску, на которой сидел пожилой человек. Бейсенгали замер, вглядываясь в его лицо. Нет, этот человек слишком молод - на вид лет шестьдесят, может чуть больше. Наверно сын кого-то из однополчан?

Тем временем коляску вкатили во двор. Пожилой мужчина что-то тихо сказал сопровождающему, затем с его помощью поднялся, взял протянутую трость и сам направился к старику.

- Гости в дом, радость в дом!
- сказал Бейсенгали, делая шаг навстречу.

- Сдра-ствуй-тэ Бе-сен-га-ли Те-мир-тасо-вищ!
- неожиданно по слогам и с трудом сказал гость, вглядываясь в морщинистое лицо Абулхаирова. И тут же развел руки:

- Es tut mir leid, aber das ist alles, was ich konnte, auf Russisch zu lernen.*

Бейсенгали удивленно посмотрел на гостя. Тот сделал знак, и незнакомая девушка подошла ближе. Гость тихо переговорил с ней, затем сказал:

- Sie wissen es nicht?

Девушка тут же перевела:

- Вы меня не узнали?

Бейсенгали отрицательно покачал головой. Он уже отчаялся что-то вспомнить. Кто же это такой? Гость шагнул еще ближе, почти вплотную и прошептал:

- Абу... битте, Абу...

- Вилли?

- Йа,- кивнул гость, - Вилли... ихь Вилли Штейнберг.

Вокруг удивленно зашептались.

- Вилли, - голос старика дрогнул, - мой маленький Вилли...
- Бейсенгали шагнул вплотную и обнял гостя.

- Йа, эст ист миа, - прошептал Штейнберг, - ирре кляйне аба альте Вилли.

- И я стал стар, - тихо сказал Бейсенгали.
- Очень стар, мой маленький Вилли...

У обоих бежали слезы. Они стояли, что-то бормоча, и к общему изумлению понимали друг друга. Все вокруг стояли в изумлении, лишь операторы плавно перемещались, снимая эту удивительную встречу. Глаза всех женщин увлажнились.

- Oh, das bin ich, - спохватился гость, - Abu, dies ist mein j"ungster sohn Otto und mein enkel Johann.*

- А это моя семья...
- и Бейсенгали представил всех поименно.
- Проходите, уважаемые, проходите.

Он посадил гостя на почетное место. Сам сел рядом, с трепетом смотря на неожиданного гостя. Абулхаировы тоже сели за столы, но стараясь подвинуться поближе, чтобы слышать все.

Перед гостем поставили угощение. Штейнберг попробовал из вежливости предложенное.

- Delicious!
- воскликнул Штейнберг.
- Mein Gott, wie k"ostlich! (Вкусно! Мой Бог, как вкусно! немецкий)

Потом он внимательно посмотрел вокруг и начал говорить, а девушка переводила:

- Я вижу, вы гадаете - кто же я на самом деле и где мы могли познакомиться? Разве уважаемый Бейсенгали не рассказывал вам о войне?

Абулхаировы переглянулись, но за всех ответил младший сын Рустам:

- Рассказывал, но...

- Я расскажу...
- Штейнберг взял стакан с водой отпил немного.
- Это в первых числах мая 1945 года. Мне тогда было неполных четыре года, но я все хорошо помню. Такое забыть очень трудно. Даже для ребенка. Даже для очень маленького ребенка. Да и не стоит забывать. Нельзя... да...
- голос гостя дрогнул, он еще отпил воды и продолжил рассказ:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.