Тернистая дорога к звездам

Мишарин Борис Петрович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Тернистая дорога к звездам (Мишарин Борис)

Городок с численностью жителей немногим более шестисот тысяч человек жил своей привычной размеренной жизнью. Дышали смогом промышленных труб и кочегарок дома, люди, животные, птицы. Воздух очищался после дождя или снега, а иногда нависшую копоть элементарно уносил ветер и становилось легче дышать.

Обычный городок, каких множество в России, пестрел разнообразием старых и новых построек. Многие деревянные дома ХIХ века с резными ставнями, как памятники старины, охранялись государством, но, в то же время, их сжигали алчные строительные фирмы, высвобождая место под точечное строительство. Эта непрерывная и тихая война то разжигалась на страницах газет, то утихала совсем — все зависело от господ журналистов, этой своеобразной касты, пишущей о совести без нее или о справедливости с нарушением человеческих прав. Вот уж где прослеживался истинный эгоизм, так это у журналистов — лишь бы чиркнуть статейку. А помешает она расследованию преступления или обольет грязью, выставит наружу личное или похвалит кого-либо — это без разницы и вторично: главное первым успеть.

Районы хрущевок перемешивались с новыми спальными микрорайонами, которые разрастались вокруг обжитого центра города, из года в год увеличивалось количество автомобилей, на дорогах возникали пробки и административные потуги где-то решали проблему транспорта, а где-то ничего не делалось или частично пытались разрулить ситуацию, что видимого эффекта не давало.

Одним словом, город жил привычной, тихой и мирной жизнью без "Болотных" площадей, демонстраций и террористических актов. Понятное дело — не Москва, нечего выпендриваться: работать надо.

Поезд "Москва — Владивосток", пройдя половину пути, делал здесь пятнадцатиминутную остановку — пополнял запасы воды и продуктов. Мужчина тридцати лет сошел на перрон. Брюнет высокого роста, крепкого телосложения с правильными чертами лица особо ничем не выделялся среди других прибывших в город.

Он огляделся, заметив табличку "не курить", чертыхнулся: "Даже на улице не покуришь без нарушений, а еще о правах человека твердят"… Заботятся о здоровье — подсказывало сознание. Заботятся… Он вздохнул и спустился в переход, вышел по нему на привокзальную площадь. Сразу же подскочили водители: "Такси… куда ехать"? Он мотнул отрицательно головой, от него постепенно отстали навязчивые водители. В каждом городе на привокзальных площадях имелась своя каста таксистов, дерущих с приезжих намного дороже, чем другие водители города.

Он оглянулся назад, осматривая здание вокзала старинной постройки с пристроенным помещением из стекла для пригородных касс. Из перехода вышла женщина лет сорока с сумкой, видимо, тоже с поезда. Сбоку отделился молодой человек, поравнялся с ней, схватил сумку, вырвал из рук и кинулся наутек. Мужчина подставил подножку, парень грохнулся на асфальт, разбивая себе лицо, а он взял сумку, произнес безразлично:

— Ваши вещички…

— Ой, спасибо вам большое, — поблагодарила дама, взяла сумку и пнула ногой поднимающегося парня, — сволочь поганая. — Потом повернулась к мужчине и еще раз поблагодарила: — Спасибо.

Он пожал плечами и пошел по площади вдоль вокзала, подошел к газетному киоску, купил несколько местных газет, карту города и огляделся снова. Заметив салон сотовой связи, посетил его, купив местную симку для телефона. Отыскав телефон такси в газете, позвонил. Машина прибыла через десять минут.

— Какой-нибудь тихий и уютный ресторанчик в центре города, не забегаловку, — попросил он водителя, — где можно покушать и отдохнуть.

Через пятнадцать минут таксист остановил машину, указывая рукой на противоположную сторону дороги:

— Эдельвейс, неплохой ресторанчик, уютный, тихий, но немного дороговатый. Что-нибудь попроще желаете или подойдет этот?

— Поглядим, — ответил мужчина, рассчитываясь с водителем.

Одиннадцать утра… Он вошел в пустой зал ресторана, выбрал столик в уголке, разложил купленные газеты и стал просматривать. Подошла официантка, протянула меню. Мужчина не стал смотреть.

— Пожалуйста, девушка, солянку или борщ, что имеется, на второе картофельное пюре или фри со свининой, хлеб, чай с лимоном.

Официантка выслушала, забрала меню и удалилась. Мужчина продолжил просмотр газеты. Выбрав несколько объявлений о сдаче квартиры, обзвонил указанные номера, договорившись о встрече с хозяевами с промежутком времени в полтора часа.

Пообедав, он удивился сумме, указанной в счете. За две тысячи можно было покушать не один раз. Сориентировавшись по карте с адресами квартир, он оставил две тысячи на столе и пошел в первый адрес пешком.

Квартира на девятом этаже, лифт не работает, но он все же поднялся. Дверь открыла старушка с неприятным лицом, словно съевшая кусок хрена с лимоном. Он и сам не представлял, что получится, если смешать лимон с хреном, просто сравнение пришло на ум само.

— Я по объявлению, мы созванивались.

Старушка, не сказав ничего, отошла от двери, пропуская его внутрь, оглядела с ног до головы, остановив взгляд на кейсе в руке. Спросила:

— Приезжий, надолго?

— Как получится. Я могу осмотреть квартиру?

— Сначала паспорт покажи, — проскрипела старушка.

— Паспорт… паспорт обязательно покажу, если квартира подойдет, — ответил мужчина.

— Паспорт предъяви, — потребовал вышедший из комнаты старший лейтенант полиции.

— Вы хозяин квартиры?

— Какая разница… паспорт давай.

— Разницы действительно никакой, если здесь представитель закона, который обязан представиться гражданину.

— Чего? — удивленно произнес полицейский, — умный что ли? Гони паспорт, урод, — он достал пистолет, — и лапки на стену. Счас посмотрим, что ты за гусь. Ванька, — крикнул он, — кейс у него забери, посмотри, что там.

В коридоре появился сержант полиции.

— Чего его смотреть — был кейс и нету, он же пустой пришел. Оформляй его, как воришку, и все дела.

Сержант достал наручники. Мужчина понял, что его элементарно разводят.

— Выходит, господа полицейские, что я в квартиру незаконно проник, а вы по вызову старушки прибыли. И паспорта у меня при себе нет, и кейса. Но всегда же можно договориться.

— Договориться, — ухмыльнулся старший лейтенант, — зачем? Чтобы ты потом заяву прокурору написал? А задержим тебя — хоть запишись потом. Короче — суй лапки в браслеты и помалкивай, если пендюлей не хочешь.

— Все ребята, мир, я все понял, держи.

Он протянул кейс старшему лейтенанту. Тот отвел пистолет немного в сторону, протянул руку. Мужчина, роняя кейс, мгновенно перехватил оружие, отпрыгнул чуть в сторону.

— Все ребятки, игры кончились, начинаются боевые действия. Вам как лучше — колени прострелить или сразу лбы продырявить?

— Мужик, ты че, мы пошутили, отдай пистолет и вали отсюда, — произнес побледневший старший лейтенант.

— Значит моя очередь шутить. Наручники одеваем сзади. Побыстрее, побыстрее. Вот так, хорошо. Вы полицейские или ряженые?

Он обыскал их, обнаружив в карманах удостоверения сотрудников ППС.

— Так… патрульно-постовая служба… рассказывайте все подробно, начинай ты, старлей.

Он опустил голову и молчал.

— Как вы догадались — я не из полиции… поэтому никаких просьб, уговоров, протоколов и прочего не будет. Вы пишите чистосердечное признание и остаетесь целыми. Эй, бабка, карга старая, найди листы бумаги и тоже садись, пиши — чья идея, чья квартира, кого еще таким образом облапошили — все пишите.

Бабка выставила ему фигу, произнесла скрипуче:

— Хрен тебе.

— Хрен так хрен, — он нашел в доме чистые листы и ручку, положил на стол. спросил:

— Кто первый пишет? — не получив ответа, произнес: — Никто — тоже хорошо.

Мужчина пошарился во встроенных шкафах дома, нашел скотч, подошел к старшему лейтенанту и заклеил ему рот.

— Я же говорил вам, что просить не стану… Это — чтобы ты не орал, как баран резаный и не шкодил в будущем.

Он отстегнул наручник, вывернул руку старшему полицейскому до слышимого хруста костей. Тот взвыл от боли, упал на пол, мужчина пристегнул его наручниками к трубе батареи отопления. Подошел ко второму со скотчем. Он заорал:

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.