Водолазы

Смоленский М.

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Водолазы (Смоленский М.)

М. СМОЛЕНСКИЙ ВОДОЛАЗЫ

М. СМОЛЕНСКИЙ ВОДОЛАЗЫ

Каждое лето на Черном море под Севастополем, Новороссийском, Одессой, в Балтийском море под Ленинградом, на Белом море под Мурманском работают водолазы. За последние годы у нас тихо, незаметно выросла новая отрасль «добывающей промышленности» — водолазное дело. У ней много успехов, много изобретений, много достижений, большие кадры.

При помощи усовершенствованных изобретений найдены уже на Севастопольском рейде все подводные лодки, затопленные англичанами в 1919 г. Найдена и поднята потопленная ними в годы гражданской войны на Балтийском рейде английская подводная лодка. На 46-метровой глубине работают сейчас водолазы на Черном море на траверзе Дообского маяка над дредноутом «Свободная Россия». Много добра лежит на дне морей: и Черного, и Балтийского, и Белого. Много есть судов, погибших в годы империалистической и гражданской войн. Над ними работают сейчас водолазы. Об их работе, об их успехах и техническом перевооружении и рассказывают эти очерки.

Сидят у моря и ждут погоды

Каждое утро «Набат» под флагом вспомогательного судна выходит в море. Товарищ Мишин, променявший профессию донбасского забойщика на боевого моряка, смотрит погоду. Дует норд-вест, зыбился море, и пенятся гребни волн. Вместе с морем морщится Мишин. Он поворачивает «Набат» к городу, командует: «Полный, вперед!» и входит в бухту.

Товарищу Каплановскому Мишин докладывает:

— Ветер 6 баллов, товарищ начальник!

Опять! Восемь дней дул норд-вест, и сегодня, день девятый, все тот же норд-вест. Водолазам при такой погоде нельзя работать. Значит и сегодня «Набат» и «Полтава» пойдут на северный рейд и будут — который день уже? — искать подводные лодки.

Неблагодарная работа! Она изматывает людей и кажется тягучей и беспредельной, как синяя гладь воды.

В самом деле: где лодки? Известно только, что они вот здесь, близко — две в Северной бухте и десять в море, на внешнем рейде Севастополя. Но точно где, никто не знает. Никто, даже очевидцы.

В 1919 г. англичане, бывшие тогда в Крыму и помогавшие Деникину, перед приходом Красной армии затопили двенадцать наших подводных лодок. Они согнали с лодок матросов, заперли их в трюм и кубрик корабля и, под страхом смерти, запретили смотреть в иллюминаторы. Сами на паровом катере «Елизавета» выводили подводные лодки в море и на северный рейд и там, взрывая, топили их.

Никто не знает, сколько дней топили лодки. Одни утверждают, что все двенадцать лодок погибли в один день, другие уверяют, что их топили неделю. По одним сведениям — четыре лодки затоплены в Северной бухте, а восемь — на внешнем рейде Севастополя. По другим — две лодки затоплены в Северной бухте и десять — в море.

Есть очевидцы. Но вот беда: они были на берегу, когда топили лодки. А с берега глаз упирается в море, в беспредельность, в горизонт, и трудно, невозможно определить место гибели.

Другое дело — очевидцы с моря. Им легче найти место гибели. Они по предметам на берегу могли определить направление.

Много очевидцев. И столько же заявлений. Вот почитайте:

«Настоящим предлагаю свои услуги по отысканию своими силами и средствами четырех затонувших подводных лодок в двухнедельный срок. К тралению известных мне мест могу приступить по получении с вашей стороны согласия. 3атраленные места будут отмечаться буйками. Вознаграждение за каждую найденную подводную лодку, независимо от ее состояния (в смысле подъема), определяю в 250 рублей. Расчет должен быть произведен по проверке затраленных мест вашими водолазами и установлении действительности нахождения там подводных лодок.

Андрей Филиппович Апосталотос»

Не повезло Андрею Филипповичу. Не получил он денег. Нет лодок в тех местах, куда спускались водолазы.

Данилов и Греков, Меркушов и Васильев ездили в море, показывали места, где затоплены лодки. Спускались водолазы к огорченные кричали в телефон из глубины наверх:

— Нет лодки!

Искали многих очевидцев. Газетчики кричали:

— Кто хочет заработать 250 рублей? «Маяк коммуны» — 5 копеек!

В этот день в «Маяке» было объявление:

250 рублей получит тот, кто укажет точное местонахождение одной подводной лодки из числа 12, затопленных англичанами на внешнем рейде Севастополя. Эпрон

Никто не заработал 250 рублей — трудно найти в море затопленную подводную лодку.

И вот каждый день тралят «Набат» и «Полтава». Нашли две лодки: на северном рейде «Карп» и в море — «Орлан». А в этот раз ходили в море и на северный рейд и еще ничего не нашли.

«Набат» и «Полтава» тралят. Они идут параллельно, на расстоянии 150 метров друг от друга. Между ними, прикрепленный на палубах обоих, по дну моря волочится стальной трос. Трос задевает за что-то на дне, цепляется и тормозит ход катеров. Тогда, товарищ Мишин красными сигнальными флажками вызывает водолазов. Водолазы стоят со своим баркасом посреди бухты на бочке, скучают и жарятся на солнце в ожидании работы.

Вот замелькали на «Набате» сигнальные флажки, и трогается с места баркас. Под воду идет Филипп Кондратьевич Хандюк, старейший водолаз, полжизни проведший под водой. Со дна моря он кричит в телефонную трубку:

— Старый якорь!

Опять! Новое разочарование. Искали лодку, нашли якорь.

Хандюк очищает трал, на катерах его выбирают наверх, «Набат» и «Полтава» меняют галс и тралят снова. Хандюка со дна моря поднимают наверх. Баркас с людьми становится на бочку, и водолазы ждут сигнальных флажков Мишина.

Ханюка со дна моря поднимают наверх.

Скверно работать в Северной бухте! Дно илистое — слой на 6 метров, засоренное старыми якорями в железом и видимость от ила плохая. Водолаз в лучшем случае видит на 2 метра впереди себя и на столько же в стороны. Часто мелкая рыбешка вьется вокруг иллюминаторов и мешает смотреть. Иногда налетит стая рыбы, и тогда совсем ничего не видно.

Правда, глубина здесь небольшая — 20 метров, но водолазы предпочитают работать на больших глубинах в море. Там больше надежды на успех и лучше видно под водой.

А море подводит! Беспрерывные норд-весты, и волнение, и мертвая зыбь. И поневоле приходится «сидеть у моря и ждать погоды».

Здесь хорошо помнят белых и англичан. Все время ищут затопленные ими подводные лодки.

Товарищ Чертан идет в воду

— Лево на борт!

— Есть, лево на борт!

— Малый ход!

— Есть, малый ход.

Мы меняем курс, увидев впереди баркас с поднятым сигналом. На баркасе выкинут флаг — четыре треугольника: красный, черный, желтый, синий. Это значит: здесь под воду пошел водолаз; все проходящие суда должны уменьшить ход, не проходить по борту и обойти место спуска. Мы выполняем сигнал я приветствуем черноморцев. Военные моряки, ученики-водолазы только что вышли из школы и практикуют в Северной бухте Севастополя.

Мы идем на Северный рейд. Там тралят «Набат» и «Полтава», и посреди бухты стоит «Лебедь».

Мы видим, как Гальченко, старшина «Полтавы», вызывает сигнальными флажками водолазов; катера что-то затралили, «Лебедь» идет к Полтаве и водолаз Чертан готовься к спуску.

Он надевает шерстяные чулки, зимние брюки, свитер, теплую зимнюю феску и выходит из рубки на палубу.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.