Закон десанта – смерть врагам!

Зверев Сергей Иванович

Серия: Спецназ ВДВ [0]
Жанр: Боевики  Детективы    2010 год   Автор: Зверев Сергей Иванович   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Закон десанта – смерть врагам! (Зверев Сергей)

Часть I

Сентябрь, 2004 год

«Заходите, без вас нам одиноко», — уверяла табличка на потертой двери. Вадим помялся у ступеньки, как бы сомневаясь в верности принятого решения, обернулся. Городишко, погруженный в осеннюю меланхолию, загадочно помалкивал. Бесцветные дома, мостки через речушку. Шуршала листва по разбитому асфальту. Из фрагмента силикатной ограды через дорогу (то ли недостроили, то ли недоломали) позевывая выглядывала смешная дворняга с обвислыми ушами. Вадим посмотрел на часы. До автобуса на Любимовку оставалось много времени. Довольно с него местных достопримечательностей. Он вытер ноги о решетку и вошел в парикмахерскую.

«Одиночество» царило махровым цветом. В помещении присутствовала единственная мастерица — судя по рыжему мочалу на голове, особа без комплексов.

— Добрый день, — поздоровался Вадим.

— Милости просим, присаживайтесь, — работница положила на подоконник женский журнал пятилетней давности, с вызовом оглядела клиента. В углу работал полуживой компактный телевизор «Сапфир». Лесбодуэт, которого было еле видно, орал про то, как «сошел с ума».

Вадим уселся в продавленное кресло. Для того чтобы разогнать скуку и убить время, а также избавиться от легкого озноба и лишней растительности на голове, это помещение вполне подходило.

— Что-то «Келвином Кляйном» повеяло, — почтительно заметила девица, становясь за спиной Вадима. Оценивающе обследовала прическу и кое-что пониже.

— Согласен, — кивнул Вадим. Стойкая вода — ни один поезд не берет. Приятно осознавать, как прогрессирует российская глубинка: пусть не владеет (на какие, позвольте, средства?), так хоть в курсе буржуазных веяний. — Особо не утруждайтесь, девушка, хорошо? Легкий тюнинг, так сказать; приукрасьте мою действительность, не нарушая волосяной покров, договорились?

Рыжая с готовностью прыснула. Мягкие пальчики с нажимом прогулялись по отросшей шевелюре, явно намекая на комплекс дополнительных услуг (горячих и бесплатных) при соответствующем, разумеется, поведении клиента. Вадим закрыл глаза. Хотелось только одного — скоротать время до автобуса, а уж там завалиться спать. Как-то незатейливо и легкомысленно под жужжание машинки он начал погружаться в полудрему. Вернулись воспоминания — неторопливый поезд из «столицы Сибири», упитанная проводница с манерами капрала, командированный в Тугун «начальник транспортного цеха», короткая стоянка в Славянске, где он выгрузился, — сонный, испытывающий стойкую неприязнь ко всему железнодорожному.

— Вы приезжий, — донесся через стук колес голосок мастерицы. Она не спрашивала — утверждала. В этом парне все — и лицо, и прическа, и стандартная городская упаковка — откровенно говорило: он приезжий! По ошибке, на минуточку, от поезда отстал!

— Приезжий, — пробормотал Вадим. — Вернее, проезжий. Транзитом я — из Н-ска в Любимовку. По делам. А вас как зовут?

Последняя фраза вырвалась как-то автоматом — ничего подобного он не замышлял.

— Оля, — охотно представилась мастерица, закусив от усердия губу — она тщательно выравнивала висок. — Можно Оленька. Все подруги зовут меня Оленькой.

Имя Оля ей шло, как бифштекс, поджаренный с перцем, — столовке общепита.

— А вас… сейчас угадаю, — заворковала Оленька. — Вас зовут Олег — ваше имя нарисовано на вашем лице, как на плакате. Такого мужчину, как вы, могут звать только Олег, и никак иначе. Ну, скажите, разве я не угадала?

Вадим усмехнулся.

— Угадали, Оленька.

Это была чистая правда и пожизненное проклятие Вадима Кольцова. Любые полузнакомые и незнакомые лица машинально нарекали его Олегом, а, узнавая правду, сильно удивлялись — мол, дескать, дырявая память и незнание здесь ни при чем — это имя первым приходит в голову, когда на него смотришь. Иначе говоря, мистика.

— Как здорово, — обрадовалась Оленька и еще активнее завозила машинкой, продираясь от виска к затылку. Вадим опять задремал — сказывалась бессонная ночь в трескучем вагоне. Сквозь молочный туман до него доносилось бормотание парикмахерши — о том, что городок Славянск не такая уж дыра, в нем есть два клуба, химчистка и целое интернет-кафе со своими прожигателями жизни. Что места, конечно, глуховатые, загадочные, особенно благодаря закрытой зоне министерства не то обороны, не то еще чего-то, которую и раскрыли-то совсем недавно (правда, не до конца), но зато какая красивая здесь природа, особенно сейчас, в начале осени, когда буйство красок достигает апогея. Что «Олегу» нужно чаще заходить в парикмахерские, ему очень идет короткая стрижка. И не важно, что пышная шевелюра, по утверждению древних, является свидетельством жизненной силы и мудрости. В частности, мудрейший легендарный Самсон перестал быть таковым, когда однажды ночью коварный агент вражьего стана срезал у спящего Самсона с головы его обильную растительность (в журнале вычитала, догадался Вадим). Не в обилии дело, глубокомысленно заявляла Оленька, а в индивидуальных особенностях каждого клиента — время нынче другое. У «Олега» красивая ранняя седина на висках, и только короткая стрижка позволяет лицезреть благородные переливы — истинное свидетельство мудрости и жизненной стойкости…

Убаюканный комплиментами, он все глубже погружался в сон. «Вот захраплю сейчас, — мелькнула мысль, — и будет неловко».

Ладно хоть не спросила, откуда у него седина. Десять лет назад он обзавелся этой сомнительной «красотой» — в один короткий день. Выполз, контуженный, из-под обломков жилого здания в центре чеченской столицы и побрел, запинаясь о мертвых однополчан, — искать живых. Уже в расположении части глянул на себя в зеркало и не узнал — смертельно бледный, с искаженным лицом, безжизненными глазами, побелевшей головой…

— А зачем вам нужно в Любимовку? — вдруг спросила Оленька.

Вадим очнулся. Рыжая любовно полировала шею, умудряясь при этом прижиматься к плечу и в полной мере передавать жар своего невостребованного тела.

— Да есть у меня в Любимовке интерес, — пробормотал Вадим, поневоле впадая в задумчивость. Странная штука происходила с ним в Славянке. Доселе спящее чувство опасности вдруг проснулось, и все утро, пока он шарахался по городку, не давало покоя. Он решил, что это из-за быстрой смены обстановки, но так ли это на самом деле?

Не дождавшись правдивого ответа, девушка не стушевалась.

— Не думаю, что из Славянки есть прямой рейс на Любимовку, — она отложила машинку и задумчиво уставилась на стоящий у зеркала одеколон с «клизмой». Сердце протестующе сжалось. — На Антополь есть, на Горчихино есть… Даже на Томск есть. А вот чтобы попасть в Любимовку, вам придется сесть на томский автобус, выйти у Ивлево, дождаться рейса из Строгановки… А томский автобус уходит рано утром, на него вы уже не попали. Вам есть где переночевать?

— Спасибо, — искренне поблагодарил Вадим. — Мой автобус уходит в два часа дня. Нужно ехать, извините.

Оленька заметно расстроилась.

— Как странно. Неужели запустили новый маршрут?.. Вы будете душиться? Это, конечно, не «Келвин Кляйн»…

Хорошо хоть спросила. Вадим с готовностью замотал головой.

— У вас прекрасное чувство юмора, Оленька. Запах «Шипра» я признаю только в литературе, спасибо вам.

— Ну, тогда все, — мастерица скинула с клиента покрывало, обтерла шею, чтобы не чесалось. — Принимайте работу, Олег Батькович. Неплохо, согласитесь?

— Очень хорошо, — согласился Вадим. — Достойный портрет в интерьере. Вам нужно переезжать в город, Оленька, там катастрафически не хватает классных парикмахеров.

— У меня фобия на большие города, — улыбнулась рыжая. — Страх и аллергия. Да и не знаю я никого в вашем городе, чего я там не видала? С вас 65 рублей, Олег. И давайте без сдачи, у меня в кассе одна пыль.

Вадим, похоже, единственный в сентябре клиент.

— Не нужно сдачи, Оленька, — он выложил на подзеркальник сотенную купюру — достойная плата за тепло и дружеское участие. Еще раз критически осмотрел свою голову (действительно, вариант беспроигрышный) и пятерней, как гребнем, взъерошил челку. Оленька смотрела на него с легкой грустинкой.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.