Вперёд, и с песнями! или Мерцающая сказка

Котянова Наталия

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Вперёд, и с песнями! или Мерцающая сказка (Котянова Наталия)

«В некотором царстве, в некотором государстве…»

Нет, не так. И банально, и просто идейно неправильно. Откуда у нас царство? Лучше

«Однажды, давным — давно…»

Стоп, опять ерунда. Это пять-то лет «давным — давно»?! Бред. Хотя… Если этому творению суждено будет прославиться в веках и намного пережить своего скромного автора, почему бы и нет? Нет… Всё равно как-то «квадратно».

Может, попроще? Что-то вроде

«История эта началась в один из прекрасных тёплых дней, в самый разгар весны, когда…»

БАБАХ!!!

Ведро.

— Аа!! Уо — о!!

Мир.

— Ш — ш-ш!..

Бряк, бряк, бряк… Топ — топ… Ды — дыщ!!

— Убери от меня Этого!! Не могу больше!!!

Я со вздохом убираю свою красивую ручку и не менее красивую, всё ещё девственно — чистую тетрадку в ящик стола. С этим дурдомом мне никогда не написать свой бессмертный шедевр. Не хватит ни времени, ни нервов… Да и какой, к лешему, шедевр? Просто хотелось подробно (для истории) описать кое — какие имевшие место события, а то склероз крепчает, скоро можно будет не припомнить и половины того, что тогда случилось. А так хочется оставить после себя что-то, кроме «Этого». Точнее, «Этих»…

На меня, не мигая, смотрят огромные жёлто — зелёные глаза с едва заметными вертикальными зрачками.

— Ну сделай же что-нибудь!!

Всегда одно и то же. И нет этому конца…

Киваю, встаю, медленно иду к двери. Оглядываюсь — и обрадованно поднимаю кверху указательный палец.

— О, идея! С тебя-то мы и начнём!

Глава 1

Змеюн в очередной раз почесал когтем упитанный левый бок. Потом — не менее упитанный правый. Клацнул зубами в миллиметре от вредной неуловимой блошки, но снова потерпел поражение и вынужден был временно оставить вражину в покое — не до неё сейчас. Были у кота дела и поважнее, к примеру, он сообразил, что за своими творческими размышлениями уже почти пропустил обед. Больше всего Змеюн любил свеженькое, только что из-под коровы молоко, чем жирнее, тем лучше. Но полуденная дойка уже прошла, молоко разлито по бидонам и надёжно упрятано в ледники, а пить холодное — ещё чего! Здоровое горло всё ж таки его основной рабочий инструмент. Теперь главное — не прозевать вечернюю дойку, а сейчас вполне можно будет заявиться… ну, хоть к Веське. У неё, правда, из еды в основном всякие травки — муравки, сырые, варёные и всякого другого приготовления. Как-никак, местная знахарка, ей по рангу положено! Но и мясцо какое-нибудь наверняка найдётся…

Приняв решение, Змеюн вразвалочку зашагал на дальний край деревни, где несколько особняком стоял домик знахарки. Встречные люди уже не провожали его удивлёнными взглядами — за неделю привыкли. Ну, кот, ну, здоровущий, ну, ходит на задних лапах и разговаривает в придачу… Что ж, в их края и не такие чуда заносило, один Призрак Коммунизма в прошлом году чего стоил! Еле выгнали заразу… А кот — переросток оказался вполне себе мирным и дружелюбным. Мышей, правда, не ловил принципиально и пожрать был вовсе не дурак, но зато рассказывал местной ребятне такие чудесные сказки, что и взрослые заслушивались. Про незнакомые миры и манящие звёзды, про волшебных животных и древние клады, про людей — разных, злых и добрых, да и не только про людей. В Борюсиках, помимо них, жили ещё потомки драконов, две семьи эльфов и довольно солидная гоблинская община, стало быть, в сказках нужно было упомянуть и их, иначе обидятся. Ой, да какие проблемы! На память и фантазию Змеюн ещё никогда не жаловался, поэтому без труда задействовал в своих рассказах одновременно какое-нибудь говорящее Дерево, Близнецов — прародителей гномов, жуткого Чёрного Властелина со странным именем Вандермотор и, до кучи, основателя здешнего поселения, легендарного пьяницу Борюсика. Который в финале неизменно всех побеждал или, по крайней мере, совершал выдающийся поступок вроде женитьбы на самой страшненькой девушке мира, которая под влиянием неназываемого волшебного напитка вдруг превращалась в красавицу из красавиц. А что, такое тоже вполне бывает…

Вообще, если откровенно, в их Мерцающем может быть абсолютно ВСЁ. На то он и Мерцающий. Правда, некоторые остряки предпочитают называть собственный мир «Винегрет» или «Чёрти-что и с боку бантик», но и эти определения очень недалеки от истины. Сам Змеюн, как местный уроженец, знал о других временах — пространствах только по рассказам и книгам, зато благодаря своему любопытству и бродячему образу жизни знал очень многое. Так, было очевидно, что названию своему их мир был обязан повсеместным наличием «мерцающих дыр» или, в простонародье, «мерцалок». Небольшие радужные пятна, неравномерно раскиданные по поверхности земли, они не представляли собой ничего интересного или опасного, помимо тех редких случаев, когда становились активными. Это могло произойти в любой момент — пятно на глазах расширялось, начинало пульсировать и переливаться, а потом — рраз! — и выкидывало на поверхность новую жертву. Это мог быть кто угодно, начиная от «классического» землянина любого возраста, пола и расы до порой совершенно немыслимых существ вроде мохнатокрылых бородавчиков из тринадцатой системы Громма. Такая вот у Мерцающего своеобразная природа: не умея создавать свои собственные формы жизни, он просто — напросто «ворует» их из других миров. Его мерцалки способны проникнуть куда угодно, хоть в самое закрытое место, и, выбрав подходящую (или первую попавшуюся — системы, понятно, достоверно не знал никто) жертву, мгновенно затягивают её в себя, чтобы аккуратно «выплюнуть» уже на своей новой родине. Помимо разумных существ, мерцалки иной раз хватали животных, растения и даже бытовые предметы. Некоторые из них оказывались даже волшебными (естественно, миры-то разные бывают!) В тех же Борюсиках есть выращенное из «чудесного огрызка» огромное дерево с сочными и питательными плодами, которые вызревают круглый год и, будучи сорванными, практически не портятся. То-то подспорье в дальней дороге! Да и с соседями обменяться не грех — в других селениях свои диковинки имеются.

Несмотря на вынужденную «негуманность» способа добычи жителей, Мерцающий будто старался загладить свою вину и предоставлял уворованному полную свободу действий. На единственном материке царствовал мягкий приятный климат, земли были исключительно плодородными, а население — по естественным причинам — вполне дружелюбным. Существовали, конечно, и более обособленные общины старожилов, но в целом каждый новый пришелец волен был селиться там, где ему вздумается. Государств в политическом смысле слова не имелось, всеобщего правительства или монарха — тем более. Население жило в основном в многочисленных деревнях, некоторые предпочитали города (их на Мерцающем было аж пять штук). И, наконец, существовали разного рода «перекати — поле», странствующие певцы, сказители, исследователи и прочий любопытный народ, к которому относил себя и знаменитый в узких кругах кот Змеюн.

Бродячая жизнь за несколько лет ему нисколько не прискучила. А что — края у них богатые, народ щедрый, и каждый день можно узнать что-нибудь новенькое, интересное. До чужих рассказов Змеюн был даже более жаден, чем до блюдца свежих сливок. Запомнить и художественно переработать историю, вплести, если надо, во что-то большее — и полноценная длинная сказка готова. А где интересная сказка — там те же сливки от благодарных слушателей. И всем хорошо!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.