Война не по правилам

Тамоников Александр Александрович

Серия: Боевые бестселлеры А. Тамоникова [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Война не по правилам (Тамоников Александр)

Все изложенное в книге является плодом авторского воображения. Всякие совпадения случайны и непреднамеренны.

А. Тамоников

Глава первая

Резиновая лодка с двумя гребцами и пассажиром медленно шла по реке Пяндж. Передний гребец внимательно всматривался в афганский берег. В этом месте река была широкой, спокойной, легкий ветер создавал небольшие волны, которые, пенясь, бились о скалы. Впереди слева дважды мигнул фонарь. Гребцы обогнули каменный выступ, завели лодку в затон, и она тут же уткнулась в участок пологой каменной суши. Пассажир вышел на берег. Из темноты тут же появился другой человек с фонарем.

— Ну, здравствуй, Семен Павлович! — воскликнул он.

— Здравствуй, Леша, или к тебе сейчас следует обращаться Азад?

— Да как удобней, майор.

— Генерал-майор, Леша, генерал, правда, в запасе.

— Я знал, что ты получишь лампасы. Ты всегда добивался того, чего хотел.

— И того, кого хотел. Но все это в прошлом.

— Прошу за мной.

Они, генерал-майор Глобин Семен Павлович, во время войны в Афганистане, а точнее в 1982–1984 годах, служивший в боевом полку начальником службы ракетно-артиллерийского вооружения (РАВ), и Азад Рани, он же бывший начальник склада службы, бывший прапорщик Советской армии Рубанко Алексей Викторович, начали подъем по узкой горной тропе. Оба в то далекое время активно сотрудничали с душманами, через переводчика — местного жителя — снабжая врага вооружением и боеприпасами. Однажды сделка сорвалась, службой РАВ заинтересовались особисты. Пришлось организовать побег Рубанко к друзьям-душманам и валить «коммерческую» деятельность на него. Избавившись от начальника склада, Глобин выкрутился, отделался строгим выговором за халатность. Но даже выговор не успели занести в личное дело майора, так как он практически тут же заменился. В Союзе его, кавалера двух орденов Красной Звезды, не преследовали. Все темные дела остались в Афганистане, и он сделал неплохую карьеру, дослужившись до должности начальника управления РАВ одного из центральных военных округов и получив генеральское звание. Глобин не знал, как сложилась судьба его бывшего подчиненного.

— Судя по всему, Леша, ты здесь неплохо устроился?

— Неплохо. У меня свой дом в Кандараме, работа прибыльная у важного человека, Абдуллу еще не забыл? Имею трех жен.

— Его забудешь. Говоришь, имеешь трех жен? Почему не четырех? Вам же позволено иметь четырех жен?

— Четвертая подрастает. Ей только одиннадцать лет, Семен Павлович. Исполнится двенадцать, заберу ее к себе. Девочка из бедной семьи, калыма особого не потребуется.

— Тебе сколько лет, Леша?

— Пятьдесят два.

— И что ты будешь делать с двенадцатилетней женой?

Бывший прапорщик, а ныне помощник руководителя террористической организации «Халифат», рассмеялся:

— А что делают с женами, Семен Павлович?

— Но она же ребенок.

— Здесь женщинами становятся быстро.

— А сколько же тогда лет твоей первой жене?

— Старшей! Старшей, генерал, сорок пять.

— И детей, наверное, куча?

— Восемь. Пять сыновей, три дочери. Двое парней уже служат в организации, две дочери замужем. Неплохо устроил. Их мужья — достойные, обеспеченные люди. Но не все и сразу я получил, Семен Павлович, после того как ты, повесив на меня все наши общие дела, заставил бежать к афганцам. Поначалу тяжело было. Пришлось воевать. Был дважды ранен. Думал, сдохну здесь, но Всевышний услышал мои молитвы. Горбачев вывел войска, на смену им пришли талибы. Вот тогда я начал свою карьеру. Но это длинная история. Да и не хочу я вспоминать прошлое. Жить надо настоящим. А оно меня вполне устраивает.

— На родину не тянет? — спросил Глобин.

— Какую родину? — усмехнулся Рубанко. — Где та родина, что послала меня сюда? Ее нет. Нет Союза, родственников тоже нет. Был брат в Украине, но, если даже жив, я его все равно не узнаю. И не нужен он мне, так же как и я ему. Так что, генерал, если что и считать родиной, то для меня это Афганистан. А чего по нему тосковать, если я здесь живу?

— Логично.

— Так, я сейчас включу фонарь, дальше тропа круче и извилистей, слева будут обрывы, иди нога в ногу за мной и прижимайся к скале.

— «Гюрза» со скалы не ударит?

— «Гюрза» нет, а вот кобра может, но она предупреждает о нападении, или забыл?

Рубанко включил фонарь. Особенно сложный и опасный участок до плато, где находился кишлак Ямар, прошли молча. Выйдя на ровное место, Глобин облегченно вздохнул:

— Не в мои годы, Леша, подобные экстремальные дела.

— Однако ты ведь приехал? Но успокойся, скоро отдохнем, поедим, а дальше уже на машине поедем.

— Погоди, я перекурю, часов пять не курил.

— Курение — очень вредная привычка, а здесь, у нас в организации, карающаяся сурово. За глоток спиртного и затяжку табака можно головы лишиться.

— А как же «дурь»? Анаша?

— Это не табак. Впрочем, и за анашу можно пострадать.

— Так что, прикажешь не курить, не пить?

— Вообще-то ты не член организации, не мусульманин, на тебя наши законы не распространяются, тем более ты гость самого Абдуллы Мирзади. И все же лучше придерживаться местных традиций. А приказывать тебе я не мог ни в восьмидесятые, ни сейчас.

Глобин повертел в руках сигарету, сплюнул на камни, вложил ее обратно в пачку.

— Успеем. Куда дальше-то?

— Тут недалеко, первый дом справа от единственной улочки. Кишлак небольшой.

— В Ямаре у тебя тоже свой дом?

— Нет, это дом организации. Здесь мы встречаем гостей из-за речки.

— И что, много таковых?

— Достаточно, особенно из Таджикистана.

Они подошли к глиняному невысокому забору — дувалу, обошли его и через калитку массивных деревянных ворот вошли во двор крепкого каменного одноэтажного дома. Перед домом под развесистой кроной старого дуба — обложенный коврами топчан, рядом колодец. Слева и справа — хозяйственные постройки, за домом низкорослые яблони, заросли винограда, под навесом песчаного цвета — американский внедорожник «Хаммер».

— Это и есть та машина, на которой поедем дальше? — указал на него Глобин.

— Да, не нравится?

— Почему? Уж лучше нашего «УАЗа».

— Не скажи, это смотря где. В некоторых местах без наших добрых «уазиков» не обойтись. Но в «Хаммере», согласен, гораздо более комфортно. Умеют янки делать машины. В России-то сейчас что выпускают?

— Не спрашивай. Гонят то, что и раньше. В общем, хрень полную.

— Ну и ладно.

У ворот Рубанко и Глобина встречал афганец в камуфлированной форме.

— Раньше душманы в национальных одеждах ходили. Воевали в своих шароварах, рубахах и чалмах. Теперь же натовскими костюмами не брезгуют, — усмехнулся отставной генерал.

— Здесь много что изменилось.

Встречавший слегка поклонился, и Рубанко представил его:

— Гамал Атияр, заместитель командира боевой группы организации.

— Рад приветствовать вас, господин генерал, — неожиданно на чистом русском сказал Атияр, протянув Глобину руку.

Тот удивленно посмотрел на афганца и неуверенно проговорил:

— Тоже, что ли, земляк?

— Нет, господин генерал, я пуштун, просто учился в России, вот и выучил язык.

— И в каком это вузе так учат говорить по-русски?

— В специальном, где готовят переводчиков.

— Понятно.

— У нас все готово, Гамал? — поинтересовался у афганца Рубанко.

— Да, Азад. Хозяин дома пожарил мясо, только занесли казан в дом, его жена занимается зеленью.

В воздухе действительно витал аромат жареного мяса.

— Беджан здесь?

— Где же ему быть?

— Тогда — в дом!

Троица подошла к дому. На коврике у дверей все сняли обувь, прошли в большую комнату, пол которой был покрыт дорогим, ручной работы ковром. Посередине застелена клеенка, вокруг нее разложены подушки. В углу — старый шкаф, груда одеял, окна прикрыты занавесками, и только на тумбочке единственные предметы современного мира — новый ноутбук и спутниковый телефон с широким и длинным стержнем-антенной.

Алфавит

Похожие книги

Боевые бестселлеры А. Тамоникова

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.