Ни поспать, ни...

Жанр: Слеш  Любовные романы    2015 год   Автор: Marlu   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Ни поспать, ни... ( )

marlu

Ни поспать, ни...

Я нетерпеливо вытряхивал Аркашку из его шмоток, но постоянно натыкался на его руки — он пытался помочь, но толку с той помощи было чуть. Мешал только.

— Стой смирно!

Аркашка растерялся и замер, а я воспользовался случаем, толкнул на кровать и снял плотно сидящие джинсы вместе с трусами.

— Соскучился, — пробормотал я, падая рядом. Когда успел избавиться от треников? Загадка…

— Костик, — Аркашка тут же подкатился мне под бок и прижался всем телом, — не тяни. Сил нет.

За ручку двери подергали. Я приподнялся на локте и закинул ногу на Аркашкино бедро — слишком долго у нас не было секса, чтобы обращать внимание на всякую ерунду. Времени и так было в обрез.

Дверь теперь уже сильно дергали и даже пнули для верности пару раз. Я наклонился, чтобы поцеловать призывно приоткрытые губы Аркашки…

— Константин!

Мы замерли, с ужасом воззрившись на дверь.

— Мама, — выдавил из себя я и прислонил пылающий лоб к Аркашкиному плечу.

Мама свалилась на мою голову месяц назад. Приехала в общагу, поселилась в комнате и убираться восвояси не желала. Намеков она упорно не понимала и постоянно жаловалась на — сердце — печень — легкие, но пошатнувшееся здоровье не мешало ей резво спускаться с седьмого этажа на прогулку, а после так же бодро возвращаться назад. Лифты в нашей общаге работали не слишком охотно.

— Да что же такое, — голос мамы отчетливо доносился из-за тонкой двери, — ушел, что ли, куда?

— Не знаю, — открестился сосед, высунувший нос на шум. — Я телик смотрел. Может, Катька из семьсот двадцать восьмой видела? Она с малым аккурат в это время гуляет.

По коридору простучали шаги и раздался отдаленный стук — делегация пошла к Ермаковым.

Я снова потянулся к Аркашке, погладил по животу, спустился ниже и легонько сжал его яйца. Помассировал и почувствовал долгожданный отклик. Член Аркашки немного напрягся, а сам он вздохнул с чуть заметным облегчением.

— Валентина Георгиевна, говорю же вам — не видела!

Сердитый Катькин голос раздался невовремя и как-то слишком близко.

— Слышь, Ермакова, у тебя же ключ запасной есть, — влез сосед.

— Ну Витька, ну зараза, — прошипел я, — дам я тебе в другой раз на опохмел, жди!

Бедный Аркашка окаменел. Вытаращил глаза и забыл, что нужно дышать.

— Не откроют, — выдохнул я ему в ухо, памятуя о картонных стенах, — мы же ключ в замке оставили.

Аркашка чуть не прослезился от радости, но на попытки продолжить реагировал вяло, все порывался вытянуть шею и повернуть ухо к двери.

В замочной скважине заскрежетало. Мы снова напряглись, тревожно всматриваясь в пока еще закрытую дверь.

— Екатерина, это явно не тот ключ!

— Ну как не тот, он же отдельно висит!

— Дай сюда!

В коридоре на пол что-то со звоном упало.

— Экая ты безрукая, — припечатала мама, и в замке снова заскрежетало.

— Я же говорила, — злорадно сказала Катька. — Это был ключ от моей комнаты, и он застрял.

— Надо слесаря, — обрадовался Витек, — он на третьем живет. В триста пятнадцатом. Бежать, что ли?

— Беги, — разрешила мама.

— Валентина Георгиевна, нужно наперед узнать, дома Костик или нет, — в Катьке проснулись остатки здравого смысла.

— Ох, в гроб он меня загонит своими выходками. Что-то мне нехорошо.

Каблуки вразнобой застучали прочь — сердобольная Катька наверняка повела мать к себе.

— М-м? — потянулся я к Аркашке. — Кажется, у нас все-таки все получится.

Чтобы его расслабить мне пришлось приложить усилия, но я старался. Аркашка раздвинул ноги и легонько поддавал бедрами, когда я увлеченно делал ему минет. И дернул же меня черт посмотреть в окно…

— Что?! — взвился Аркашка, когда я нечаянно немного сжал зубы.

— Э-э, не бойся, — фальшиво бодро сказал я, — они нас не видят.

Аркашка отполз от меня, завернулся в одеяло и сел. В соседнем окне, которое было почти напротив из-за чудо-архитекторов, спроектировавших общагу в виде креста, была хорошо видна чья-то смутно знакомая рожа с биноклем. За спиной наблюдателя маячили еще несколько человек.

— С-суки, — жалобно сказал Аркашка и снова лег.

Я был с ним совершенно согласен — народ у нас подобрался жуть какой любопытный и охочий до сплетен, скандалов и чужой личной жизни. Про нас с Аркашкой все и так все знали. Внезапный каминг-аут случился у нас еще года три назад, когда я только приватизировал свою комнату. Мы немного увлеклись, принимая душ, а душевых на этаже было пусть и несколько, но все же не при каждом блоке, и нас застукал Витек. Сначала он брал небольшую мзду за молчание, а потом по пьяни все равно проболтался. Нас некоторое время пообсуждали, но потом Семенов с пятого этажа бегал с ножом за Камилем с четвертого, и все переключились на более злободневную тему: ревность или белая горячка? Оказалось, горячка, и Семенов после больнички долго извинялся перед Камилем, разумеется, с бутылкой.

Я попытался было отобрать одеяло у Аркашки, но не тут-то было.

— Не шевелись, — угрюмо сказал он, — Петрович запросто определит движение в комнате. Он же снайпером был.

Я вздохнул и обнял колени. Голяком было холодно, одеялом делиться со мной никто не собирался, а Петрович мог стоять с биноклем часами.

— Вот, — раздался за дверью голос мамы, — ключ застрял. Нужно ломать дверь.

— Пятьсот рублей, — объявил слесарь.

Я снова вздохнул. Вообще-то для того, чтобы вскрыть дверь, нужно хотя бы спросить паспорт с пропиской… Но у нас же все про всех знают! И знают, что Валентина Георгиевна приехала к Костику. Какой паспорт! Какая прописка!

Дверь жалобно затрещала под напором слесарных инструментов.

Я молча сдернул с Аркашки одеяло, лег и укрылся. Аркашка, подумав, лег рядом. Дверь распахнулась.

— Вы что это заперлись? — сурово спросила мама и подбоченилась.

— Пятьсот рублей давайте, — встрял слесарь.

— Вот он пускай дает, — мама ткнула пальцем в меня. — Устроил тут…

— Не дам.

— Заплатите, а потом выясняйте отношения.

— Не дам!

— Нет, кого я вырастила?! Как тебе не стыдно? Мать, как последняя побирушка, под дверью домой попасть не может. Люди добрые…

Скопившийся народ в коридоре навострил уши — как же, шоу!

— Мама…

— Деньги давай!

— Да вот прям сейчас встану и побегу, — рявкнул я, представив как без трусов рассекаю перед публикой в поисках кошелька.

Аркашка лежал вытянувшись и не шевелясь, накрывшись одеялом с головой. Так что он теперь хотя бы не видел этого балагана. И я ему завидовал.

— Родную мать чуть не уморил, ирод, — надрывалась мама, — у меня здесь все лекарства! А они здесь спят!

Она прошла к холодильнику и достала колбасу.

— Оплачивать кто будет? Ну?!

— Что за жизнь, — загробным голосом произнес Аркашка из-под одеяла, — ни поспать, ни поебаться…

Слесарь хрюкнул, махнул рукой и ушел, поняв, что толку от нас не добиться. Хихикающие соседи вслед за ним потянулись восвояси. Я лег рядом с Аркашкой и тоже накрылся с головой — запах колбасы витал в воздухе и вызывал голодные спазмы, кажется, мы забыли позавтракать.

— Семьсот четырнадцатую продают, знаешь? — по-прежнему загробным тоном сказал Аркашка. — Давай кредит возьмем.

— Давай, — вздохнул я.

— Только холодильник поставьте в мою комнату, — сказала мама, — а телевизор я буду смотреть у вас.

И мы поняли, что мама от нас никогда не съедет. А что делать? Родителей-то не выбирают.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.