Туман в зеркале

Хилл Сьюзен

Жанр: Ужасы и мистика  Фантастика    2014 год   Автор: Хилл Сьюзен   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Туман в зеркале (Хилл Сьюзен)

Сьюзен Хилл — известная английская писательница и литературный критик, лауреат многих престижных национальных премий, автор романа «Женщина в черном», экранизация которого с Дэниелом Рэдклиффом в главной роли с успехом прошла по всему миру.

Туманный, меланхоличный, таинственный и интригующий роман, будто залитый лунным светом.

«Independent»

Идеальная книга для тех, кто любит хорошо поведанные увлекательные истории и ценит умелую стилизацию под старинный «роман ужасов».

«Times»

Предисловие

к рукописи сэра Джеймса Монмута

Лондон, библиотека моего клуба вечером в конце ноября — в это суровое, унылое время года, когда золотые дни бабьего лета, простоявшего весь октябрь, кажутся уже далеким прошлым, а для радостного предвкушения близящегося Рождества еще слишком рано.

Воздух на улице был сырым, легкая изморось блестела на тротуарах, холодила мне лицо и оседала на рукавах пальто. Но я мужественно преодолел узкие улочки и переулки Ковент-Гардена, маневрируя между прилавками и ларьками, мельком глянув на убранство залов, освещенных изнутри, словно пещеры с сокровищами, и довольно быстро дошел до Пэлл-Мэлл.

И теперь я задержался на миг в дверях этой замечательной залы, с молчаливой признательностью созерцая ее обстановку, приветливую и безмятежную.

Горели лампы, в большом каменном камине весело потрескивал огонь. Изысканный китайский фарфор, сияние серебряного заварного чайника и «баранчиков» для сдобы, уютная смесь запахов — пара от горячей воды, тостов и чуть сладковатого аромата табака.

Промозглая погода привлекла сюда больше людей, чем бывает обычно в это время дня, но никого из близких знакомых я не увидел и решил попить чаю и просмотреть свежий выпуск вечерней газеты, довольствуясь собственным обществом. Тем не менее я с готовностью ответил на поклон мужчины, сидевшего чуть в стороне от остальных, в другом конце залы, в одной из глубоких ниш между пюпитрами для чтения, — он всегда выглядел каким-то печальным, и, увидев его в одиночестве, я испытал укол совести.

— Сэр Джеймс… — Я сел в кресло, погрузившись в глубины старой красновато-коричневой кожи. Тяжелые шторы позади нас были еще не задернуты, и я видел в окно уличные фонари, окруженные ореолом в легком тумане.

— Тоскливый конец довольно ненастного дня.

Сэр Джеймс Монмут кивнул. Это был хорошо сохранившийся, еще красивый мужчина, подтянутый и аккуратный. Адвокат? Государственный служащий? Об этом я мог только гадать, но он всегда был приветлив с молодыми членами клуба, вел себя скромно и ненавязчиво, и то, что я о нем знал, мне нравилось.

— Тем не менее, — бодро сказал я, когда принесли чай и я заметил баночку анчоусной пасты рядом с намазанным маслом тостом, — у меня была замечательная прогулка. Я готов признаться в любви к лондонским улицам независимо от погоды.

— О, — задумчиво проговорил сэр Джеймс, — лондонские улицы. Да. По ним можно ходить часами. — Он поглубже устроился в кресле и откинулся на спинку, так что лицо его оказалось в тени.

— Разумеется, это прекрасное занятие, если в конце дня есть такое убежище, как здесь — лампы, веселый огонь, приятная компания… чай и тосты.

— Да, — ответил он после паузы, — и в самом деле убежище. Я рад был найти его таковым.

— Вы почти всегда здесь, сэр Джеймс.

— Да. Да, почти всегда здесь. И молю Бога, чтобы у меня и дальше была такая возможность, ибо теперь это место для меня — и дом, и друзья, и семья.

Что-то в его интонации поразило меня настолько, что я ощутил внезапную неловкость, и, пожалуй, с чрезмерной сердечностью стал уговаривать его съесть ломтик превосходного тоста. Но он вежливо отмахнулся, и в этот момент в библиотеку вошли несколько моих друзей, которые направились в нашу сторону. Настроение у меня сразу поднялось.

— Мы слышали от Сайдхема (Сайдхем был старшим швейцаром), что в гостевом крыле был замечен призрак!

— А я и понятия не имел, что там такое бывает, — сказал я. — Безголовый гвардеец?

Ффоулкс фыркнул, и все тут же оглянулись в нашу сторону, а некоторые даже осуждающе защелкали языками. Мы, устыдившись, притихли, и в библиотеке вновь воцарилась привычная тишина.

Однако тема призраков возникла снова, когда мы сидели после обеда в курительной за бокалами и трубками, обсуждая различные теории и точки зрения, касающиеся призраков, загробной жизни и потустороннего мира. Кто-то рассказан историю Клубного Призрака — мы сочли ее слабой и непримечательной. И хотя мы слегка поддразнивали друг друга, пытаясь создать настроение, никто так и не смог рассказать ничего захватывающего и оригинального.

— В книгах много замечательных историй о привидениях, — сказал в конце концов Ффоулкс, — оставим это лучше профессионалам.

Таким образом тема была закрыта, и мы продолжили беседу совсем о другом.

Мы просидели почти до полуночи, и я уже направлялся через вестибюль к раздевалке, когда заслышал прямо позади себя шаги и обернулся.

— Осмелюсь спросить, вы заказали такси? — Сэр Джеймс Монмут говорил несколько смущенно и неуверенно.

— Нет-нет. До моей квартиры всего полмили. Я прогуляюсь пешком.

— В таком случае — могу ли я на пару шагов составить вам компанию?

— Разумеется. Вам тоже захотелось прогуляться на свежем воздухе?

Он не ответил и лишь молча направился к входной двери, где остался ждать меня. Я поспешил надеть пальто, и мы вышли вместе.

На улице по-прежнему висел все тот же холодный туман, оседавший в горле. Он впитывал в себя унылый городской смог и смешивался с испарениями от Темзы.

На углу тускло горела жаровня для каштанов, хотя продавец собрался и ушел уже больше часа назад.

Вокруг не было ни души. Смутно прорисовывались контуры высоких домов со слепыми окнами.

Секунду-другую мы шли, не разговаривая, но я был уверен, что на самом деле сэр Джеймс вышел вместе со мной не только для того, чтобы размять ноги после вечера, проведенного в закрытом помещении. В самом его молчании таилось напряжение.

Когда мы дошли до следующего угла, где под фонарем ждало одинокое такси, мой компаньон остановился:

— Я уже буду возвращаться.

— Ну, что ж, желаю вам доброй ночи, сэр Джеймс.

— Минуточку… — Он колебался. Его лицо с острым носом выглядело изможденным, под редкими волосами на голове прорисовывались очертания черепа. Я понял, что он значительно старше, чем мне казалось.

— Я не мог не услышать после обеда… вашу беседу в курительной.

— О, это был вполне праздный разговор. Они хорошие парни.

— Но сами вы казались… более серьезным.

— Признаюсь, этот предмет всегда был мне любопытен.

— Вы — верите?

— Верю? О, что касается этого… — Я сделал пренебрежительный жест. Это была не та тема, которую мне хотелось бы обсуждать в столь поздний час на безлюдной улице.

— У меня есть… история. Моя история… которую вам, возможно, захотелось бы прочитать.

— Правдивая история? Или беллетристика? Вы писатель, сэр Джеймс?

— Нет-нет. Это просто отчет о некоторых… событиях. — Он вдруг резко сменил интонацию. — Во всяком случае, вы сможете почитать это как-нибудь в свободные часы.

В этот момент в дальнем конце улицы послышались шаги. Сэр Джеймс быстро повернул голову и всмотрелся в темноту. Затем резко протянул ладонь и сжал мне руку.

— Прошу вас, — сказал он тихим, встревоженным голосом, — прочитайте это.

Лондонские часы начали отбивать час ночи.

* * *

В следующий раз я пришел в клуб лишь через несколько дней. Деловые вопросы вынудили меня поехать на север, а оттуда я направился прямо домой, в Норфолк, где отдохнул у своего домашнего очага, окруженный любящей, счастливой семьей. У маленького Джайлза был новый щенок лабрадора, который нас всех очень забавлял, а Энн терпеливо прогуливала Элизу (ей едва исполнилось три годика) вперед-назад по двору и по выгону верхом на шетландском пони. Днем я замечательно поохотился в самую что ни на есть ненастную погоду и возвратился домой с изрядным багажом, в грязных бриджах, довольный как ребенок.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.