Август: графство Осейдж

Трейси Леттс

Жанр: Классическая проза  Проза    2014 год   Автор: Трейси Леттс   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Август: графство Осейдж (Трейси Леттс)

Annotation

…неожиданно исчезает Беверли Уэстон, некогда известный поэт. Семейство собирается вместе, и тут начинается… Люди принимаются разбивать друг другу сердца. И как разбивают: смешно и трогательно, отчаянно, будто завтра апокалипсис.

Ироническая история любви, отчаяния и тайны от лауреата Пулицеровской премии. Самая значительная американская пьеса, поставленная на Бродвее за последние 12 лет…

«Грандиозное достижение современной американской драматургии».

Time Out New York

«Бьюсь об заклад, вы еще не видели такой несчастной во всех отношениях семьи. Но в то же время это невероятно занимательная и трогательная история, насыщенная характерами и событиями.

“Август: графство Осейдж” – сага о семье из Оклахомы, переживающей свой локальный апокалипсис. Уморительно смешная и пронзительно грустная комедия».

The New York Times

«Эта пьеса заставляет нас улыбаться и размышлять, содрогаться от ужаса и хохотать еще долго после того, как погасли огни рампы».

Newsday

«Чрезвычайно занимательная… по-настоящему ядреная пьеса».

The New York Post

Перевод: О. Бухова

Трейси Леттс

Август: графство Осейдж [1]

Трейси Леттс

Август: графство Осейдж

Август: графство Осейдж [1]

...

Пулицеровская премия 2008 г. в разделе драматургии

Действующие лица

...

Семья Уэстон

БЕВЕРЛИ УЭСТОН, 69 лет ВАЙОЛЕТ УЭСТОН, жена Беверли, 65 лет

БАРБАРА ФОРДАМ, дочь Беверли и Вайолет, 46 лет

БИЛЛ ФОРДАМ, ее муж, 49 лет ДЖИН ФОРДАМ, их дочь, 14 лет

АЙВИ УЭСТОН, дочь Беверли и Вайолет, 44 года КАРЕН УЭСТОН, дочь Беверли и Вайолет, 40 лет

МЭТТИ ФЭЙ ЭЙКЕН, сестра Вайолет, 57 лет

ЧАРЛИ ЭЙКЕН, муж Мэтти Фэй, 60 лет «МАЛЫШ ЧАРЛИ» ЭЙКЕН, их сын, 37 лет

Остальные действующие лица

ДЖОННА МОНЕВАТА, помощница по хозяйству, 26 лет

СТИВ ХАЙДЕБРЕХТ, жених Карен, 50 лет Шериф ДИОН ГИЛБО, 47 лет

Сын приезжает домой, и родитель расставляет свои сети. Старику – или старухе – нечего сказать сыну. Им и надо всего-навсего, чтобы ребенок посидел час-другой в кресле да лег с ними спать под одной крышей. Это не любовь. Я не утверждаю, что нет такой вещи, как любовь. Я просто говорю о том, что отличается от любви, но иногда пользуется ее именем. Вполне может статься, что без того, о чем я говорю, вообще бы не было никакой любви. Но само по себе это не любовь. Это в крови человека. Тяга к родной крови – это всем предопределено. Она и отличает человека от довольной твари. Когда вы рождаетесь, ваши отец и мать что-то теряют и лезут из кожи вон, чтобы это вернуть, а это и есть вы. Они знают, что всего им не вернуть, но постараются вернуть кусок побольше. И возвращение в лоно семьи, с обедом под кленами, очень похоже на ныряние в бассейн к осьминогам.

...

Роберт Пенн Уоррен. «Вся королевская рать» ( Москва, «Правда», 1988, перевод В. Голышева )

Пролог

...

Август 2007 года. Большой загородный дом на окраине г. Похаска, штат Оклахома, в шестидесяти милях к северо-западу от Талсы. Дому более ста лет; возможно, в свое время он был построен семьей преуспевающих ирландских переселенцев. Последующие пристройки, переделки и ремонты, имевшие место вплоть до 1972 года, значительно модернизировали его, после чего с реконструкцией было покончено.

На первом этаже: три основные игровые площадки разделены между собой проходами. Правая часть – столовая: большой обеденный стол в миссионерском стиле на восемь человек; в буфете того же стиля – посуда из тонкого фарфора. Над столом висит грязная хрустальная многоярусная люстра, отбрасывающая унылый желтый свет. Вглубине – арка, ведущая в маленькую гостиную. На столике рядом с мягким креслом – дисковый телефонный аппарат. Дальше, вглубине, дверь, ведущая в прихожую.

По центру на переднем плане – главная гостиная. Здесь стоят диван-кровать, телевизор, стереопроигрыватель, электрическое пианино.

Левая часть – кабинет. Среднего размера рабочий стол завален книгами, блокнотами, папками, писчей бумагой. На заднем плане – арка, ведущая к входной двери, лестничной площадке и лестнице на второй этаж. Дальше, в глубине сцены, частично открывается вид на кухню. С левого края – заросшее сухой травой переднее крыльцо, на котором валяется несколько старых газет, свернутых трубочкой.

На втором этаже: лестничная площадка, на которую ведет лестница ( над гостиной первого этажа ) . Под окном – сиденье. Коридор ведет к спальням. Лестничный пролет ведет на мансарду.

В центре мансарды – одна комната с островерхим потолком и покатыми стенами, переделанная под спальню.

Весь дом завален книгами. Все окна в доме закрыты дешевыми клеенчатыми жалюзи, по краям приклеенными к стене черной изоляционной лентой, что обеспечивает полное отсутствие дневного света.

БЕВЕРЛИ. «Жизнь очень длинна…» Т. С. Элиот. Все-таки, по-моему… надо воздать ему по заслугам, раз он взял на себя труд это написать. Конечно, он не первый, кто это сказал… и уж точно не первый, кто об этом подумал. Или прочувствовал . Но он написал эти слова на листе бумаге и подписался под ними. Так что, уж если вы произносите их вслух, то надо называть и его имя, потому что этот очкарик был гением.

«Жизнь очень длинна»: Т. С. Элиот.

Чертовски точно подмечено. Уж он-то знал наверняка, ведь дожил до семидесяти шести или около того, а это очень много, особенно для его поколения. И ведь ему было всего за тридцать, когда он это написал. Должно быть, черпал откровения из ему одному известного источника.

С дьяволом надо быть всегда начеку. Мало кто из поэтов смог бы пройти через подстроенные им ловушки и выбраться из них в лучшем виде: припомаженным, в двубортном костюме, и в придачу добрым христианином. Нетрудно представить себе реакцию, скажем, Харта Крейна или Джона Берримена, доведись им встретиться с первой женой Элиота, прелестной Вивьен. Они бы со всех ног бросились к ближайшему мосту и сиганули с него, эти мастера спорта по суициду! Но только не Элиот: прожив немало лет с чувством вины, он наконец засунул жену в первую попавшуюся психушку и продолжал жить как ни в чем не бывало. Боже праведный! Снимаю шляпу – вот это инстинкт самосохранения!

Как сказал старина Берримен, «мир постепенно превращается в место, где я больше не хочу находиться». Я ощущаю в себе некое родство со смятенными душами. Не знаю, с какой стороны это меня характеризует – возможно, не с самой лучшей… Я восхищаюсь Элиотом как поэтом , но как человеком ?.. Не уверен.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.