Фамильный шрам

Асмолов Александр Георгиевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Фамильный шрам (Асмолов Александр)

Глава I

В то утро сонный ПетербургЧуть свет туман окутал странный.Пришелец был надменно хмур,И не казался гостем званным.Клубился долго над Невой,Где ангел, словно часовой,Парит над площадью великойС крестом простым и царским ликом. [1] В обход, по Мойке и Фонтанке,Он спрятал Невский, как дитя,Аничков мост укрыл шутя, [2] И, словно в тихом полустанке,Туман на Графском пошалил, [3] Балконы спрятав до перил.Кирпичный дом в бойницах узких,С атлантами взамен колонн, [4] Оставшись от баронов прусскихС екатерининских времен,Стоял углом и, как форштевнем, [5] В туман врезался, и по гребнямСреди соседей, словно скал,На Невский путь прямой искал.Под крышей эркер полукругом, [6] А по периметру – балконВ полшага, словно Рубикон, [7] Для тех, кто не дружил с испугом.Деянье сердца и ума,Как люди, видятся лома.С востока занялось светило,С ленцою все позолотив,Как будто ночь оно кутило,Истратив весь златой актив.Над Смольным, созданным Кваренги,Где двери, словно две шеренги,По коридорам вдоль стоятПочти столетье без девчат, [8] Российский флаг плескал игриво,Надменно глядя свысока,Не то, чтобы на чужака,А где-то чуточку ревниво,На стяг, что дал Руси Андрей,Апостол первый средь людей. [9] Над «прусским» домом, где бойницыВдоль крепких стен из кирпичаГлядят на лик былой столицы,Забывшей имя Ильича, [10] Андреев крест играл на воле,Не в пику тем, кто на престоле.Здесь о себе напоминалСнимавший флигель адмирал. [11] Давно закончил он сраженьяИ свой поход на Амстердам, [12] Когда фрегатом правил сам,Оставил лишь в воображеньи.Как часто мы на склоне летХраним романтике обет.Сергеич в ранге адмиралаИмел и кортик, и брегет,И взгляд большого либерала,По форме был всегда одет.Был одинок и педантичен,В общеньи аристократичен,В блокаду потеряв семью,Жил, словно был еще в строю.С одним застенчивым парнишкой,Игравшим редко во дворе,Дружил на зависть детвореИ называл его сынишкой.Не зря пословица гласит:«Что стар, что млад». Тут без обид.Алешка рос гардемарином, [13] И верил, что его отецПогиб, что свойственно мужчинам,В походе дальнем, как боец.Рассказы матери о нем,Любившем поиграть с огнем,И фотографии в альбоме,Бинокль, хранящийся в их доме,Модели старых каравелл,Да книжный шкаф морских романовО героизме капитановИ тех, кто струсить не посмел,Все помогало пацануЛюбить и море, и странуКак часто виделось АлешкеВо сне, как будто наяву,Что он в бою не понарошку,В отваге не уступит льву.Он, юнга, шкипер и пират,Всем приключениям был рад,Но, кем бы ни был, вечно сходствоС отцом у парня – благородство.Он тайно верил в предсказанье,Которое однажды магВо сне открыл ему, что знакПредвосхитит его желанье.Бывает, тайну мы храним,Живя пристрастием одним.Вот только хитрый маг смолчал,Что будет этим тайным знаком.Коснется кто-нибудь плеча,Откроется ли Зодиаком. [14] Для многих эркер на углу,Сыскавший зависть и хвалу,У дома в Графском переулке,Был перстнем в сказочной шкатулке.А для Алешки он был храмом,Где суждено когда-нибудьУвидеть сквозь сомнений мутьЛицо отцовское со шрамом.Ведь, если верить с детства в сон,То обернется явью он.И предсказанье ночью темнойО встрече с призраком отцаЗажгло в душе неугомоннойОгонь надежды у мальца.Вот только время не спешило,А у него, как будто шило,Но часто, подбежав к окну,Он видел улицу одну.Октябрь сменился снегом пышным,Весной на реках таял лед.Как будто знал все наперед,Что вновь июнь придет неслышно.«Пуд с кепкой» быстро подрастал,Шутила мать – «мой капитал».* * *

Глава II

В то утро медлил Питер сонный,Не торопясь, сводил мостыИ примерял костюм фасонный,Стесняясь дряхлой полноты. [15] Над Медным всадником Фальконе, [16] Оставшемуся в лексиконе,Отдавши дань Батурину, [17] Развеял смело пелену.Из клочьев белого тумана«Исакию» слепил парик, [18] Который к куполу приник,Кудряшки свесив, как сутану.Всяк прикрывает наготу,В пирах растратив красоту.В окошко эркера под крышей,Где сладко спал гардемарин,Скользнул к подушке лучик рыжий,Приплюснутый, как мандарин.Ресницы тронул деликатно,Щеки коснулся и обратно.В июне солнцу невдомек,Что кто-то поздно ночью легИз-за того, что «Пилигрим»,Ведомый капитаном Диком, [19] Блуждал в тумане многоликом,Но был со злом непримирим.Как сладко знать в пятнадцать лет,Что выше чести счастья нет.
Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.