Люди из тени

Гриньков Игорь Николаевич

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Люди из тени (Гриньков Игорь)Рассказ

Басан ужасно мучился, пытаясь попасть тупой иглой в «центряк» — локтевую вену — жесткий узел из плотной соединительной ткани. От бесконечного множества уколов стенки ее настолько огрубели, что практически закрыли просвет сосуда. Из-под иглы по руке струйками змеисто стекала кровь, капая на пол. Боли он почти не чувствовал; то ли привык уже, то ли ожидаемый результат настолько поглотил его, что сама боль уже не имела никакого значения. От напряжения лоб его взмок, а пальцы заметно подрагивали. Наконец, он скорее интуитивно почувствовал, что жало иглы («шило») словно провалилось в узенький просвет вены. Басан ослабил на посиневшей руке жгут, удерживаемый зубами, и в грязноватом цилиндре «баяна» (шприца), в наркотической мути содержимого, заклубилась волнообразно, в такт сердечным толчкам, кровь. Медленно и равномерно он стал давить на поршень «баяна». Бессмысленная улыбка-гримаса сменила сосредоточенно-страдальческое выражение лица.

Как клево все было у Квентина Тарантино в «Криминальном чтиве»! Там понтовитый герой выпаривал в серебряной ложке героин над синеватым язычком пламени дорогущего золотого «Ронсона», обтянутого кожей! Да и вены у «героя» были великолепные, выпуклые, эластичные. А тут так паршиво, особенно, когда «центряки» «паленые». И убогая обстановка квартиры-притона тоже мало походила на шикарные тарантиновские интерьеры.

Басану было неведомо понятие «культивируемая наркоэстетика», которое исподволь, но энергично внедрялось в сознание людей и служило красивой ширмой для сотен миллионов несчастных девочек и мальчиков по всему свету. За блестками этой ширмы невозможно было разглядеть искалеченные, загубленные судьбы целых поколений и несметные миллиарды долларов — чистый доход от торговли смертью.

Уф, наконец-то «ширнулся!». Думал, что гораздо дольше мудохаться придется!..

Двадцатилетний Басан уже более двух лет сидел на «винте», самодельном наркотике — мощнейшем психостимуляторе, который приготавливался из медицинского препарата «солутан». В медицинской практике «солутан» использовался при лечении легочных заболеваний; изобретательные «нарики» — наркоманы придумали способ, как путем кропотливых и долгих манипуляций превращать его в средство для балдежа. Лекарство, в которое добавлялись простейшие ингредиенты, после долгой варки превращалось в полуфабрикат — «мульку» или «коктейль Джеф», которые уже сами по себе вполне годились для наркотического употребления. Некоторые нетерпеливые «шировые» останавливали процесс на этом этапе. Но это было нерационально, «мулька» и «коктейль Джеф» составляли всего лишь 1/7 часть концентрации «винта», да и эффект от них был куда более кратковременным и каким-то «расплывчатым».

Для чего переводить понапрасну с таким трудом добываемый в аптеках «солутан»! Лучше уж набраться терпения, заняться дополнительной длительной выпаркой, но, в конце концов, получить полноценный продукт — «винт», от которого звенит все тело: от корней волос до пят…

Ради этого состояния — радужного обострения чувств ко всему вокруг, резкого обостренного ощущение своего тела, на взгляд Басана и его «друзей», стоило «покумарить» еще некоторое время. Правда, потом, примерно через одни сутки блаженное самочувствие сменялось резким упадком сил, апатией, депрессией, поэтому через два-четыре дня нужна была, как воздух, очередная подпитка, то есть новая доза «винта».

А вообще к наркотикам Басан впервые приобщился в 16 лет. Он проживал в семье из четырех человек, с отцом, матерью и младшей сестренкой, в одном из старых микрорайонов города. В «спальном мешке», где, кроме заплеванных шелухой от семечек ухабистых тротуаров; подъездов с оторванными напрочь дверями, на нижних лестничных клетках которых среди плевков и полузасохших потеков мочи валялись окурки, опорожненные бутылки и банки из-под пива и пользованные презервативы, да еще нескольких круглосуточных киосков, других достопримечательностей не имелось.

Досуг большей части молодежи в таком месте был крайне ограничен. Не имея денег на платные атлетические клубы, на дорогие рестораны и всякие увеселительно-развлекательные заведения, подростки собирались вечерами во дворах, покупали на собранную мелочь пиво и поштучно сигареты, бренчали на гитаре, травили всякие байки. Драки не являлись редкостью.

Басан, естественно, был членом микрорайоновской молодежной банды, правда, всего лишь рядовым бойцом, но активным и дерзким. Не состоять в банде было просто невозможно. Благополучных подростков или регулярно избивали (один мальчишка даже стал инвалидом), или им приходилось откупаться. Неуютно чувствовали себя в родном районе мальчики-«ботаны» с очками на носу или вундеркинды со скрипочками в футлярах. Басану определенно нравилось находиться в преступной среде подростков. Это обеспечивало безопасность в своем микрорайоне и создавало иллюзию сопричастности общему делу. Правда, налагало и определенные обязанности. По первому свистку надо было, бросив все остальные дела, являться к месту сбора. Интересы банды стояли превыше всего.

Не надо даже говорить о том, что костяк группы составляли ребята из маргинальных семей, но были и такие, чьи родители день-деньской честно работали в поте лица, чтобы прокормить семью. Басан был не единожды порот суровым трудягой-отцом, однажды узнавшим, чем занимается и где ошивается его чадо.

Банда люто враждовала с такой же кодлой из соседнего микрорайона. Поэтому появляться в одиночку у соседей даже днем было чрезвычайно опасно; наверняка будешь измордован до полусмерти. Периодически между двумя бандами происходили массовые, бескомпромиссные, жестокие и кровопролитные драки; тогда в ход шли велосипедные цепи, бейсбольные биты, кирпичи, иногда — ножи. Битвы отличались особой беспощадностью к «неприятелю» и нередко заканчивались печальным исходом. Милиция активизировалась только в тех случаях, когда после таких побоищ кто-то становился калекой или когда чье-то мертвое тело отвозили в морг. А так всем было наплевать на существование этих опасных сообществ.

Цивилизованная, либеральная общественность предпочитала по- страусиному называть их неформальными молодежными группировками с антисоциальной направленностью. Действительно, одно дело — банда (звучит страшновато), другое дело, невинное — «группировка». В первом случае пахнет Уголовным Кодексом, поэтому надо принимать какие-то меры, во втором — можно ничего не делать. Хотя факт, что «группировки» курировались авторитетами из уголовного мира, ни для кого не был секретом. И многие из банды, особенно отсидевшие срок, потом прочно закреплялись в криминальной среде. Это был неисчерпаемый резерв для пополнения рядов взрослой организованной преступности…

Приобщение к наркотикам началось банально. Басан к этому времени учился в СПТУ. В один из летних вечеров он с группой ребят сидел на скамеечке разрушенной беседки; курили, болтали ни о чем. К ним подошел микрорайоновский взрослый мужчина Очир, из блатных, которого уважали все местные пацаны.

— «План» не хотите попробовать? Настоящий, чуйский. «Заторчите» сразу.

И протянул набитую анашой, угольком тлеющую папиросу, которую пустили по кругу. От такого предложения трудно было отказаться. Очень не хотелось выглядеть в глазах Очира слюнтяем, маменькиным сынком. Басан «поймал» кайф почти сразу, буквально после нескольких глубоких затяжек. Мрачноватый ландшафт полутрущобного микрорайона расцветился яркими неоновыми огнями, льющимися из окон квартир. Серые дома-пятиэтажки («хрущобы») стали менять свои пропорции, превращаясь в небоскребы — билдинги из стекла и стали. Затем Басана стал разбирать беспричинный смех. Любое слово или движение товарищей вызывало бурный хохот. Кайф от курения анаши оказался очень кратковременным, но таким необычным и не похожим на опьянение от спиртного, что это невозможно было передать словами.

«Парнишка «потащился» сразу. Из него выйдет толк!» — взял на заметку реакцию Басана на наркотик зорко следивший за ситуацией Очир.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.