Прыжок

Метальский Игорь

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Прыжок (Метальский Игорь)

2015

— Бэла, ты куда? Мы в пять двадцать все закроем.

— Да знаю, знаю я. Катнусь и назад…

— В Джахиму не ходи одна… У тебя в семь караоке, ты поешь, не забыла?

Паша покачал головой. Похоже, последний вопрос Бэла уже не слышала. Привычно взявшись левой рукой за переднюю петлю доски, а правой за гик, она резво дотащила снаряжение до воды, дождалась паузы между прибойными волнами, бросила доску на воду, и тут же вскочила на нее, подняв парус. А еще через несколько секунд доска с парусом и повисшей на нем стройной светловолосой фигуркой уже летела, быстро уменьшаясь, прочь от берега. Ветер к концу дня усилился и украсил море орнаментом из холмиков и белых барашков. Паша подавил тревожное чувство и вернулся к стойке серфстанции. Его поджидала галдящая очередь вернувшихся с воды и жаждущих сдать снаряжение гостей. Был уже пятый час, да и ветер был уже сильноват для чайников, так что на воде почти никого не осталось. Вот ведь, понесло девку в море на ночь глядя…

***

Доска летела, подскакивая на мелких волнах со своим обычным дык-дык-дык, и Бэла чувствовала, что ей становится легче с каждой минутой. Она ощущала приятную надежность привычной стойки – руки на гике, вес на трапеции, ноги подправляют курс, чтобы уворачиваться от набегающих барашков. Ветер был сильный, и это было хорошо! Ветер помогал забыть стылую тоску, накатившую на нее час назад после прощания с Антоном. Они расстались минимум на год… или навсегда? Это были какие-то безумные две недели: познакомились на вечеринке в день его приезда и в самом деле как будто оба с ума сошли… а теперь он укатил обратно в свой Лондон, доучиваться. А чего еще было ожидать? Приехал, покатался и уехал, как все. Поток любителей винд- и кайтсерфинга не иссякал здесь круглый год. Русские, англичане, поляки… и вообще все Европа. А ей повезло: она здесь, в Санхуре, живет. Уже второй сезон, рядом с другими русскими, ничуть не скучая по сырой Москве. И развлекает этот турпоток пением на вечеринках, благо бог подарил слух и голос.

Не прошло и десяти минут, как она долетела до Бобика, маленького вытянутого островка, отделяющего основную зону катания от открытого моря. Бэла отцепилась от трапеции, сделала резкий тормозящий поворот перед самым берегом и спрыгнула с доски, оказавшись по колено в воде. Она втащила доску и парус на песок и плюхнулась на живот, отдыхая. Она всегда любила посидеть тут днем на песчаном берегу, укрывшись за бугром от всегдашнего ветра, и понаблюдать за беззвучно летающими в отдалении по синей воде яркими цветными парусами и змеями. Но сейчас, в пятом часу вечера, море была уже не синим, а серым, и на воде никого не было. Ну и ладно. Вот полежу тут немного, и назад.

Или сгонять в Джахиму? Хоть пару галсов по настоящим волнам… Джахимой называли акваторию дальше за Бобиком, и туда вообще-то не полагалось ходить в одиночку. Бродили какие-то дурацкие слухи о странных волнах, пропавших людях… никто в них всерьез не верил, просто считалось небезопасным ходить туда одному, и все. Впрочем, многие этим правилом пренебрегали – кто хорошо катается. Бэла бывала там сто тысяч раз.

Да, сгоняю. Попрыгаю, и назад. Успею к закрытию станции, а потом домой. Должно полегчать. Любовь любовью, а жизнь продолжается.

***

Самолет завыл, быстро наращивая скорость, задрал нос в небо и оторвался от взлетной полосы. Антон откинулся в кресле и закрыл глаза. Отпуск получился потрясающий. Катнули с братом здорово – почти все дни ветреные – да еще и с местной девчонкой роман лихой закрутился. Аж уезжать неохота.

— Ну что, Тошка, влюбился? — Стас, на правах старшего брата, мог подразнить, поучить и посоветовать. Антон повернул голову и открыл глаза.

— Ты знаешь, вот реально неохота в эту сырость возвращаться. Может, академ взять, как думаешь?

Стас хмыкнул.

— Ты сам-то понял, что сказал? Ты чем тут заниматься будешь? Чайников дрессировать?

— Да хоть и чайников… Клевая тут у них жизнь! Море да рыбки, паруса да девчонки… Весь год в шортах. Кальяны под пальмами.

— Антон, не дури. Отец в твою учебу кучу бабок вбухал. Тебя ждет карьера. Потерпи еще лет пять, будешь кататься по всему миру. Я вот уже и на Гаваях был, и на Арубе. Там каталка еще круче, чем на Красном море.

Антон не ответил. Слова брата не убедили его. Он отвернулся и снова закрыл глаза, и тотчас полетел на доске по волнам, то лазурным, то синим… какая красотища! а вечером его ждала очередная вечеринка и его хрупкая певунья… а назавтра они вместе неслись до Бобика и дальше, в Джахиму, где уже не было чайников, а только ребята с хорошим уровнем.

Ждать еще год? Или пять лет? Черт! Это очень, очень долго.

***

Вот это класс! Здесь были волны высотой в мачту, не то что там, в учебной акватории. Бэла разгонялась, потом, выбрав покруче склон, взлетала в воздух, успев сверху окинуть взглядом море, далекий берег и катившееся за горы солнце, и приводнялась в фонтан брызг. Она уже сделала свои два галса, с отличными прыжками, но решила сделать еще два – это ведь всего десять минут – и потом сразу двинуть к берегу.

Ну что, еще один прыжок, потом разворот, и пора назад. Она чувствовала, что ветер еще усилился, и временами с трудом удерживала парус в руках. Впереди отличная волна, закутанная в пену и брызги, закрыла горизонт крутым склоном, с которого можно взлететь вверх метра на два-три. Разгоняемся… Бэла настигла мощную гладкую спину волны и, как ракета, понеслась по ней вверх на взлет, влекомая мощным порывом ветра. Толчок ногами, отрыв… взлетев высоко над водой и поджав ноги в группировке, Бэла в верхней точке полета опять на секунду глянула на далекий берег и потом перевела глаза вниз, чтобы поймать точку приводнения… но ничего не увидела. Ни обратного склона волны, ни следующей волны. Она увидела какую-то странную черноту. Солнце было уже совсем низко, и за волнами были глубокие тени, но эта чернота была не тенью. Как будто какая-то дыра, пустота, или наоборот, что-то плоское и кромешно-черное плавало точно под ней на поверхности между волнами. Если это что-то твердое, то она переломает все снаряжение, да и руки-ноги, падать-то далеко… Ей вдруг стало очень страшно. Она успела на долю секунды бросить еще один взгляд на далекий берег и, вместе с доской и парусом – ноги в петлях, гик в руках – камнем полетела вниз. Прямо в черноту.

***

2025

— Ну что злишься? Это ведь просто планы на отпуск. Не раздел имущества, не измена… это, в конце концов, не так уж и важно.

— Ничего себе неважно! Антон, ты что, не слышишь меня? Я же сказала тебе: надоело мне кататься. И в Санхур я не хочу. Не-хо-чу.

— Да чем Канары-то лучше?

— Я и на Канары не хочу. Достал уже меня этот адреналиновый отдых. И жара эта достала. Хочу в Москву. Для разнообразия. По осеннему лесу погулять. Листочки желтые и красные пособирать.

— Бэла, мы пять лет уже в Испании, а ты все никак к жаре не привыкнешь. Чего сейчас хорошего в Москве? Слякоть да холод.

Антон был в Москве совсем недавно, по работе. Ему совершенно не хотелось на родину. Летом еще куда ни шло, ну или наоборот, зимой – в Сочи или Домбай. Но сейчас, в ноябре?

Бэла вскочила, и забегала по комнате. Антон невольно залюбовался: сейчас, после восьми лет брака, она оставалась все такой же хрупко-стройной и красивой. Она внезапно остановилась и снова села напротив, убрав светлую челку со лба, что обычно было признаком раздражения.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.