Возможность выбора (роман)

Бээкман Эмэ Артуровна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Возможность выбора (роман) (Бээкман Эмэ)

Возможность выбора

(Роман)

С ЧЕГО ВСЕ НАЧАЛОСЬ?

Как могло такое случиться?

Те, кого донимают подобными вопросами, обычно мнутся: не знаю, не помню, это было давно. Самим себе не могут объяснить, почему все сложилось именно так. Мол, никакой памяти не хватит фиксировать каждый свой шаг. Больно уж удобное оправдание: чего пристали — сколько людей живет по принципу: пусть себе жизнь катится, как ей захочется. Нынешние люди не цепляются за воображаемую судьбу, они, скорее, полагаются на волю случая.

Гораздо приятнее наблюдать за другими, чем за самим собой. Да и кому охота входить в освещенный круг, брать в руки зеркало и заглядывать себе в душу. И делать это не время от времени, под настроение, а изо дня в день, из года в год.

Смешно, только именно с зеркала все это, кажется, и началось. С небольшого стеклянного кружочка, на обратной стороне которого обычно красуется какая-нибудь нелепая картинка. Такой именно кружок держала в руках Мари, стирая с него налет пудры. Отведя зеркальце на подходящее расстояние, Мари углубилась в свое занятие. Она по очереди подносила к лицу отрезы висевших на стенде тканей, чтобы подобрать на платье подходящую. Люминесцентные лампы на потолке магазина слегка мерцали, и без того холодный свет словно бы натыкался на невидимые препятствия. За спиной Мари проходили люди. Погода повернула на оттепель, и на резиновом полу хлюпала жижица. Женщины, то одна, то другая, задерживались возле Мари, обтирая ее рукавами, всем хотелось помять именно ту ткань, которую Мари как раз держала в руках. Она не обращала внимания на толчки слева и справа. Мари редко шила себе обнову, но когда все же бралась за эту обузу, то действовала с предельной серьезностью, будто имела дело с творением искусства, которое должно оставить след в истории. Я не нуждаюсь в куче тряпья, одежда должна служить честно и долго, подобно тому, как выполняет свои функции человек. Так некогда Мари сказала Регине.

Регина в тот раз долго наблюдала за подругой. Можно было не опасаться, что Мари ее заметит. Умевшая идеально сосредоточиваться, Мари к тому же была близорука. Она редко замечала первой кого-нибудь из знакомых на улице, в большинстве им самим приходилось останавливать ее.

Насмотревшись на Мари, Регина раза два обошла длинный стенд. Мари, будто прикованная, все время стояла на одном месте, ее заворожили ткани лиловых оттенков.

Регина успела вдоволь наглядеться на все, что имелось в магазине, в глубь сознания запали и совершенно второстепенные детали. На черном пластмассовом обороте зеркальца Мари была в ярких красках оттиснута фигурка испанской танцовщицы с веером в руке.

На Регину напал смех. Она вышла из магазина, на улице ее обдало сыростью. В водосточных трубах журчала талая вода, шел редкий мокрый снег. Какой-то мудрый человек однажды сказал, что в определенный момент у каждой женщины появляется тяга к лиловым одеяниям. Может, и мне следовало бы стать рядом с Мари с зеркальцем в руках, выпятив подбородок, подумала Регина. Впрочем, еще рано, попыталась она уверить себя. Но через какой-то миг она вздрогнула при мысли: какое там рано! Против своих лет не пойдешь. Увядшие старые девы, вот они кто, и нечего строить иллюзии.

Многие годы Регина и Мари ходили друг к другу на дни рождения, когда-то на этих встречах в кругу подружек говаривалось, ах, тридцать, как хорошо, что эта мрачная грань еще так далеко. За этой цифрой зияет черный провал. Теперь они давно уже не касались этой щекотливой темы. Мари исполнился тридцать один, Регину от этой зияющей пропасти отделял всего лишь год, к тому же отнюдь не световой год.

Мокрый снег повалил гуще, белесая пелена, казалось, предоставляла каждому шагавшему по улице человеку персональное пространство, хотя людей было невпроворот. Тротуар оказывался тесен, прохожие заполнили проезжую часть, машины тянулись еле-еле и невольно задевали людей; талый снег оседал на сверкавшие лакированные бока автомобилей и сползал вниз, при торможении падал пластами на землю. Люди отважно месили слякоть, если кто-то поскальзывался или оступался, то все равно удерживался на ногах, потому что для падения просто не хватало места. Беспомощно выставленная рука искала опоры то на капоте машины, то на запотевшем ветровом стекле или на плече оказавшегося рядом прохожего.

В тот слякотный день, когда Регина случайно увидела в магазине Мари, близоруко уставившуюся в маленькое зеркальце, ее охватило сомнение, может ли она по-прежнему считать себя человеком действия. Жалкие старые девы, жалкие старые девы — стучало в голове, — возможно, и другие таким же образом, неожиданно, в одно мгновение осознают, что жизнь не удалась. Спохватятся вдруг, что топтались по кругу, гонялись за ветром, а под вечно спешащими ногами — ничего, кроме мертвой точки.

Почему Регина в тот грустный талый день увидела вдруг в Мари свое отражение? Она обнаружила их удручающее сходство, даром что они отличались как внешне, так и по характеру.

На душе стало жутко и стыло.

Впереди мерцало лишь повторение повторов.

Найти для жизни новое содержание?

Как воплотить это дерзкое желание в действительность?

ПОДАВЛЯЮЩЕЕ БОЛЬШИНСТВО ЛЮДЕЙ ПО СВОЕЙ ПРИРОДЕ КОНСЕРВАТИВНЫ. Они боятся перемен, каждый новый день стараются прожить по проторенному образцу предыдущего. Хотя привычный уклад жизни и собственная робость порой и нагоняют тоску, на всякий жизненный случай находится хорошее утешение: я-то что, я человек простой! К чему рисковать? На кой черт мне это нужно? С годами люди становятся осмотрительнее. По мере накопления жизненного опыта обостряется чувство опасности. Когда Регина снова вспоминала свою неуклюжую приятельницу, стоявшую возле стенда тканей и пялившуюся в крохотное зеркальце, ей казалось невозможным, что когда-то существовала Мари, которая училась в медицинском училище и увлекалась парашютным спортом. Впоследствии Мари и сама осудила свое прошлое увлечение: о чем только я тогда думала? А если бы однажды парашют не раскрылся?

Регина подумала, что человек всю свою жизнь как бы прыгает со ступеньки на ступеньку. С верхней, отчаянной, на следующую. На ней стоят просто смелые, и это нормально. Еще маленький прыжок вниз, и ты уже среди осторожных. А на самой нижней ступеньке сгрудилась масса робких, и никто не замечает, что одним человеком стало больше. А затем, волоча ноги, все они тащатся по ровному пространству к тлену.

Вечером того же слякотного дня Регина в свете вечных, уберегающих человека истин принялась сокрушать свою программу жизненных перемен. Зачем плыть против течения? Было бы легкомыслием отметать то, что уже есть. Разумный человек не прет очертя голову невесть куда. Вдруг парашют не раскроется?

Тем более что вечером того же слякотного дня повторилось все, что было уже давным-давно до мелочей знакомо.

Как обычно, она встретилась с Тийтом в центре города. На этот раз Регина увидела, что он разглядывает витрину цветочного магазина. За стеклом, в уставленных в ряд горшочках, рдели красные цикламены, очевидно, их подсвечивали специальной лампой. В глубине стоял полумрак, магазин был давно закрыт. Поэтому у Регины и не могло возникнуть наивной мысли, будто Тийт собирается преподнести ей цветы. В наши дни женщине достаточно пустяковой радости: в этот вечер Регина отыскала Тийта без особого труда. Еще в самом начале их знакомства он растолковал ей и велел запомнить, что, поджидая ее, он не намерен торчать как столб на одном месте, привлекая взгляды прохожих. Они уславливаются о районе встречи, а также о времени, но поскольку женщины всегда опаздывают, то Регине следует положиться на собственную интуицию, заглянуть в ближние переулки, обойти кругом площадь, присмотреться к людям у газетных киосков, и она может быть уверена, что в течение десяти минут отыщет Тийта.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.