Сказки из разных стран

Ильин Сергей Викторович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Сказки из разных стран (Ильин Сергей)Сказки

Урсон-пурсон

Норвежская сказка

Там, на дальних фьордах в Норвегии, живут рыбаки. А еще дальше живет Урсон-Пурсон — большой великан. Он сидит на острове в холодном море, поет песни и считает волны.

Норвежские рыбаки — сильные мужчины. Уходя в холодное море за селедкой, они не боятся Урсона-Пурсона. Но все-таки они предпочитают не подплывать близко к его острову. Говорят, он разломал королевский корабль, и теперь король им очень недоволен.

Однажды к рыбакам приехала принцесса и сказала:

— Я выйду замуж за того, кто привезет мне Урсона-Пурсона.

Кто знает, зачем она это сделала? Видно, поссорилась с отцом, который хотел выдать ее за первого встречного принца. А вы ведь знаете, какие они «первые встречные принцы».

Принцесса была очень красивая, и многие молодые рыбаки захотели жениться на ней. Но ехать к Урсону-Пурсону они не хотели. Только один самый сильный рыбак сказал:

— Я пойду.

Это был Оле. Он носил самую большую бороду, ловил больше всех селедки и никогда не мылся. От него пахло так сильно, что, несмотря на его силу и красоту (а Оле был еще и самым красивым рыбаком), ни одна девушка не могла пройти с ним по улице. Другие рыбаки тоже не могли с ним долго находиться рядом, поэтому Оле рыбачил всегда один. И все-таки он ловил больше всех селедки…

Принцесса посмотрела на Оле и сказала:

— Хорошо.

Тогда Оле взял свои сети и свою лодку, поставил парус и поплыл в холодное море к острову Урсона-Пурсона.

Оле и понятия не имел, как сможет его поймать. Он посмотрел на сети и подумал, что Урсон-Пурсон разорвет их. Он вернулся на берег и закинул свои сети подальше, чтобы большие волны не унесли их, и снова поплыл в море.

Вскоре показались скалы острова, где жил Урсон-Пурсон, и Оле услышал, как тот поет. Вдруг большая волна налетела сзади и швырнула лодку Оле прямо на скалы — если бы он не был таким сильным мужчиной, то непременно разбился. Но он схватил весло, оттолкнулся им от скалы и вылетел вместе с лодкой прямо на остров к Урсону-Пурсону. Весло, конечно, сломалось. Да и парус весь разорвался.

Увидев Оле с его лодкой, Урсон-Пурсон прекратил петь. Но Оле поднялся, и Урсон-Пурсон запел снова.

— Эй, Урсон! — закричал Оле (волны, великан поет — сами понимаете, приходилось говорить громко), — привет, Урсон!

Урсон-Пурсон кивнул головой.

— Как дела, Урсон?! — снова закричал Оле. Урсон-Пурсон не ответил ничего. Лишь пожал плечами. Он продолжал петь.

«Как же мне заставить его поехать со мной?» — подумал Оле. Он разбежался и как схватит Урсона. Его ногу.

Урсон-Пурсон слегка пошевелился, и Оле отлетел в сторону.

— Зачем ты хватаешь меня? — спросил Урсон-Пурсон.

— Я должен отвезти тебя к принцессе, чтобы она вышла за меня замуж, — признался Оле.

— Что такое «замуж»? — переспросил Урсон-Пурсон.

— Я люблю ее и хочу быть с ней вместе всю жизнь.

— Хм, — сказал Урсон-Пурсон и, разумеется, запел.

Оле понял, что так он ничего не добьется. Но что же он мог делать? И как вернуться обратно — ни весла, ни паруса у Оле теперь не было. Он сел и задумался, глядя на волны. Он думал, что вместо паруса можно было бы взять рубашку или вот этот кусок штанов Урсона-Пурсона, если великан, конечно, согласится отдать. А чтобы заманить великана с собой, размышлял Оле, надо пообещать ему что-то. Но вот что?

Пока Оле думал, он стал незаметно для самого себя напевать старинную рыбацкую песню, в которой говорилось о жене рыбака, ушедшего в море за селедкой. Затем он стал петь другую рыбацкую песню — о селедке, которую привезет рыбак своей жене. Потом третью, где рассказывалось о рыбаке, поймавшем больше всех селедки, и жене, уставшей ждать его…

Внезапно Оле обнаружил, что что-то изменилось. Он посмотрел вокруг — на море, на остров, на Урсона-Пурсона… Все было так же, как и раньше, только… Только… Тут Оле догадался — Уросон-Пурсон не пел. Великан сидел и слушал. Потом Урсон-Пурсон сказал:

— Спой мне еще.

— Спеть?

— Да, спой мне про селедку.

И Оле понял, что он должен делать. Он спел еще раз первую песню, а когда Урсон-Пурсон снова попросил его спеть, сказал:

— Я спою тебе, если поедешь со мной к принцессе.

Великан ничего не ответил. Он молча глядел на волны.

«Его штанов хватило бы на весь флот», — подумалось Оле. Слишком уж огромен был Урсон-Пурсон.

Вдруг Урсон-Пурсон улыбнулся и сказал:

— Я согласен. Все равно я сосчитал столько волн, что хватит надолго. Я поеду с тобой, но только если ты поможешь мне потом вернуться обратно.

Оле пообещал, и они стали собираться. Однако выяснилось, что лодка, как и весло, тоже разбита.

— Не беда. — сказал Урсон-Пурсон, — Забирайся ко мне на спину. Я довезу тебя.

Оле забрался на большую скалу, перепрыгнул оттуда на плечи Урсону-Пурсону, и они пошли в море.

— Пой, — приказал Урсон-Пурсон, когда вода достала ему до груди и он, распластавшись, поплыл вперед.

И Оле запел. Он пел всю дорогу до самых дальних фьордов. Он пел о волнах и рыбаках, о селедке и сетях, которыми ее ловят, о соленых и холодных волнах, которые разбивались о борта лодок, и о женах, ждущих своих мужчин с добычей. Иногда великан просил повторить песню. Иногда просил спеть три раза подряд. Самой любимой песней великана была такая:

Селедка, селедка, она плавает в море, О селедка, селедка. Как много в море ее. Селедка, селедка. Она плавает в море. Много селедки поймаю я.

Разумеется, Оле пел по-норвежски, и по-норвежски в песне была рифма, да и осмысленнее выходило все.

Наконец, они приплыли. Оле с Урсоном-Пурсоном прошли прямо к принцессе. Та, увидев великана, сдержала свое слово и приказала готовиться к свадьбе. Она осталась с Оле наедине и поговорила с ним о том, как он плавал к острову и как уговорил Урсона-Пурсона приехать на фьорды к рыбакам.

Рассказ Оле очень понравился принцессе, как и сам Оле, однако беседа получилась короткая: помните, мы говорили, что Оле редко мылся и пах морем и селедкой очень сильно? Ну так вот — принцесса это тоже почуяла. И потому, как только распрощалась с Оле, велела позвать к себе Урсона-Пурсона, спела ему пару морских песен (Оле рассказал, что это действует на великана безотказно) и, подружившись таким образом с Урсоном, попросила его схватить Оле перед свадьбой и хорошенько прополоскать, хоть в реке. А чтобы отмыть Оле получше, выдала Урсону-Пурсону все мыло, которое нашла в доме.

Так много мыла оказалось весьма кстати. Урсон-Пурсон не мог управиться с одним куском мыла: он ведь для него был очень маленьким и удержать его великану было почти невозможно. Мыло так и выскальзывало у него из пальцев, как косточки от вишни (принцесса угостила его вишнями накануне и ягоды ему очень понравились). К тому же Оле отчаянно сопротивлялся. Ведь он был самым сильным рыбаком на фьордах. Пришлось Урсону-Пурсону слепить все мыльные кусочки в один большой кусок и натереть им Оле целиком. Получилось не так хорошо, как хотелось бы, но все-таки Оле стал почище и сильный запах селедки исчез. Можно было показывать рыбака королю.

После свадьбы принцесса осталась жить с Оле в его доме на берегу моря. Они вместе пели морские песни, вмести чинили снасти и — такого никто никогда не видел на дальних фьордах — вместе ходили в море ловить селедку.

Возвращаясь, они наливали воду в большой котел, немного подогревали его, а потом принимали в нем ванну. Оле хоть и оставался самым сильным рыбаком и носил самую длинную бороду, но теперь был еще красивее, чем раньше. Теперь — ведь он уже не пах селедкой — его охотно приглашали с собой другие моряки, но Оле все равно отказывался.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.