Еврейский певец негритянского народа. Джордж Гершвин

Мищенко Елена Аркадьевна

Серия: Лики великих [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Еврейский певец негритянского народа. Джордж Гершвин (Мищенко Елена)

…Он был человеком, обладающим огромным жизненным потенциалом. Он был рожден для того, чтобы остро чувствовать красоту и полноту жизни и творить прекрасную Музыку!

Когда он бывал чем-то увлечен, для него не существовало границ, он был безудержен во всем: спорте, азартных играх, развлечениях, любви.

Во всем и всегда он стремился быть лучшим, первым. Но была в его жизни лишь одна всепоглощающая, сметающая все на своем пути страсть – МУЗЫКА!

Когда он садился за рояль и пробегал по клавиатуре длинными пальцами, казалось, что он ласкает любимую женщину. Он не просто играл – он был частью Музыки. Его лицо, тело, глаза принадлежали ей, ибо человек этот – ДЖОРДЖ ГЕРШВИН.

* * *

Каково происхождение этой, столь «по-американски» звучавшей фамилии? Корнями она уходит в далекое санкт-петербургское прошлое. Отец будущего композитора, Мойша Гершович, родился в семье оружейника, что давало семье определенные привилегии. Одна из них – жить в Петербурге, несмотря на еврейское происхождение. Мойша любил и уважал отца, однако не захотел наследовать его профессию и выбрал более мирную – стал портным. Когда все ближайшие родственники и друзья уехали в Америку, Мойша решил последовать их примеру.

Он знал, что в далеком Нью-Йорке живет его дядя – брат со стороны матери. Знал его фамилию – Гринштейн, знал, что он портной, и у него даже был отдельный листок бумаги с адресом. Вот этот самый листок бумаги Мойша, аккуратно сложив, спрятал в шляпу, надев ее плотно на голову.

Мойша Гершович отправился в далекую Америку, взяв с собой небольшой чемодан и надежно, как ему казалось, спрятав заветный адрес. И вот, когда после долгого плаванья, пароход наконец пришвартовался в Нью-йоркской гавани, пассажиры, среди которых был и Мойша Гершович, вышли на палубу полюбоваться статуей Свободы. Мойша перегнулся через перила, чтобы получше все рассмотреть, а шляпа, тем временем, благополучно слетела с головы, унося с собой заветный листок с адресом.

Что и говорить – нелегко в таком городе, как Нью-Йорк, найти своего дядю – портного по фамилии Гринштейн. Однако это не обескуражило новоиспеченного Мориса Гершвина – так записали его имя и фамилию в иммиграционном паспорте. Вначале он «прочесал» район Ист-Сайда, объясняясь то по-русски, то на идиш, а затем, не найдя дяди, отправился в Бруклин. И там, говоря на смеси этих двух языков и помогая отчаянной жестикуляцией, нашел-таки дядю Гринштейна!

Однако не только своего дядю нашел путешественник. Он увидел прелестную девятнадцатилетнюю Розу Брускин. Увидел – и полюбил навсегда. Они поженились 21 июля 1895 года. Жениху было двадцать два, невесте – девятнадцать. Семейная легенда гласила, что свадьба продолжалась три дня. А как танцевали, а как играли музыканты – скрипач, аккордеон и бубен, а какую фаршированную рыбу приготовила старая Двойра Брускин – бабушка невесты!

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.