Интеллектуальная мобилизация

Неклесса Александр Иванович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Интеллектуальная мобилизация (Неклесса Александр)

Александр Иванович Неклесса

Интеллектуальная мобилизация

Обсуждение нынешнего состояния экспертного сообщества, его актуальной картографии и других параметров, инициированное дискуссией вокруг “рейтинга российских интеллектуалов”, которая началась непосредственно перед трагедией Беслана, может стать частью реконструкции потускневшего российского Камелота. “Гамбургский счет”, предъявляемый к экспертам, востребован обществом, и — выскажу парадоксальную в русле поднятой темы мысль — важен не столько тот или иной результат переоценки сложившихся репутаций и иерархий, сколько сама символика переоценки, живое состояние экспертной среды, изгнание из нее ритуализма, стереотипов, возрождение способности к продуктивному анализу, диспуту, прогнозу. Чтобы достичь этого, необходимо поддержание интеллектуального тонуса, умение воспринимать новизну, своевременно постигая изменения динамичных состояний человеческого космоса.

Вместе с тем хотелось бы уточнить ряд моментов, связанных с рейтингом и его обсуждением. Видимо, чтобы “отделить зерна от плевел”, некоторые позиции следует прописать более четко: слишком много мифотворчества сопровождает нашу акцию. Попробую изложить свою точку зрения на наиболее часто задаваемые в этой связи вопросы.

— В сети активно обсуждается “рейтинг российских интеллектуалов”, причем упоминается и Ваше имя в качестве его организатора, нельзя ли прояснить ситуацию, а заодно рассказать о причинах появления рейтинга на свет?

— Дочерний проект “Интеллектуальная Россия. Рейтинг социогуманитарных мыслителей. 100 ведущих позиций” представляет собой автономную часть материнского комплекса “ИНТЕЛРОС — Интеллектуальная Россия”, руководителем которого я являюсь. Рейтинг — не единственная область работ, хотя и важная. У проектного комплекса несколько тем и направлений, связанных с переосмыслением интеллектуального ландшафта России, с его обозначившимся постиндустриальным переделом, с формированием на этом поле влиятельных корпораций и сообществ, с концептуальным и кадровым кризисами и т. д.

При картографировании интеллектуального ландшафта России-РФ в фокусе интереса находятся изменение его содержания, состояния, образа, императив освоения российским экспертным сообществом новых предметных полей, нетривиальных ниш деятельности, оригинальных систем трансляций. Вызывает интерес сама природа инновационного рынка социогуманитарных технологий и экспертиз; происходящая на нем сейчас коррекция профессиональных страт, развитие систем их внутренних и внешних коммуникаций. Наконец, привлекает внимание выход на арену представителей “нового класса”, тесно связанных с постиндустриальным производством и бытием.

Интеллектуальное сообщество России, по-видимому, находится на пороге масштабной трансформации прежнего формата деятельности. В настоящий момент оно представляет собой довольно-таки пестрый конгломерат, состоящий из пережившей времена расцвета “политтехнологической тусовки”; теряющих прежний авторитет гуманитарных институций академического мира; весьма различных по качеству и удельному весу центров политической экспертизы и прикладной аналитики российских корпораций; многочисленных клубов, семинаров, “форумов” и т. д.

Актуальной задачей становится обеспечение корпоративных интересов участников этого рынка, в том числе формирование профессионального лобби и профессиональных союзов, повышение оценки интеллектуального труда, его социальной и правовой защиты, например, расширение сферы охраны интеллектуальной собственности наряду с улучшением практики правоприменения уже существующих в данной области норм.

Что же касается столь бурно обсуждаемого рейтинга, то в связи с этим я бы подчеркнул, что речь пока идет о бета-версии, то есть матрице будущего изделия, специально выставленной для публичной дискуссии и критических замечаний с целью дальнейшей корректировки механизмов и процедур.

— Чем отличается этот рейтинг от существующих рейтингов политиков, бизнесменов, спортсменов, компаний? Как он готовился?

— Оценка интеллектуального вклада того или иного лица в осмысление происходящих в обществе процессов, наверное, может быть сделана более-менее объективно и полноценно лишь последующими поколениями. Но это не значит, что у нас нет какой-то, пусть и несовершенной — всегда несовершенной, — шкалы для мониторинга текущей реальности, некой лоции для ориентации в профессиональном пространстве и осмысления его состояния. Ведь все это необходимо современникам, а не потомкам, практике, а не истории. Мы живем в мире, будущее которого создаем сами. Я, кстати, обратил бы внимание на то, что обществу, строго говоря, представлен не “рейтинг российских интеллектуалов”, как его окрестили, а нечто иное.

Истинный формат данного рейтинга, отраженный в его полном названии, весьма непрост: это попытка на основе экспертных оценок разглядеть контуры ситуации, сложившейся в “лето 2004” в конкретной, востребованной временем сфере интеллектуальной деятельности — в сфере осмысления современного общества, “мира”. Попытка увидеть целостный образ этой страты “мыслящего сословия” России — людей, размышляющих о судьбах страны и мира, — сведя воедино представления лиц, обладающих соответствующим опытом и квалификацией (постоянно работающих с данной категорией текстов). И тем самым попытаться, хотя бы частично, преодолеть неизбежную инерцию восприятия, политическую ангажированность, партийную и иную клановость. Иначе говоря, представить социогуманитарное сообщество России в неведомой доселе конфигурации, создав предпосылки для его будущей архитектуры — уже по “гамбургскому счету”.

Подчеркну еще раз: экспертами оценивалась интеллектуальная деятельность того или иного лица не вообще, а лишь в области социогуманитарного знания, анализа и прогноза, и только за последние годы (2001–2004).

При организации акции пришлось преодолеть немало трудностей. Подготовка рейтинга напоминает айсберг, чья основная часть находится вне поля зрения наблюдателя. Это довольно скучная и кропотливая работа “архивариусов”: составление базы данных в виде предварительного списка кандидатур, который собирался поэтапно в течение более чем полугода; оформление объемной рабочей версии, фокусирование ее формата; выработка сбалансированной формулы Экспертного совета, состоящего из людей квалифицированных, хорошо знакомых с большим числом современных российских текстов и представляющих вместе с тем различные концептуальные/профессиональные/политические позиции.

Членам Совета была предоставлена возможность заполнить имеющиеся, на их взгляд, лакуны, внеся любые дополнения (право, которым большинство из них активно воспользовались), включенные затем в общий список, что довело его численность до нескольких сотен имен. В базе данных проекта хранятся таблицы, сводящие в различных конфигурациях все данные проведенной экспертизы, но вот конкретные оценки, выставленные тем или иным экспертом, никогда не станут известны — это профессиональная тайна.

И все-таки вопрос о специфичности, неоднозначности оценки интеллектуальной сферы деятельности всегда остается. Ответы на многие из проблем, с которыми приходилось сталкиваться и которые приходилось решать в ходе разработки архитектуры и процедуры проекта, содержатся в преамбуле опубликованного документа , и тем, кто вступает в диалог по поводу бета-версии рейтинга, думаю, стоило бы внимательно просмотреть ее еще раз*.

Что делать, скажем, в ситуации, когда эксперт встречает в списке собственную фамилию? Должен ли он знать имена других экспертов, участвующих в проекте? Как вести себя организаторам проекта, должны ли они быть известны экспертам? Вопросов возникает множество, и их непросто решить: понятно, что квалифицированным участником проекта может быть лишь человек, сам занимающий определенные позиции в профессиональном сообществе. А как быть с политическими пристрастиями? И, наконец, что такое высокая оценка в данном рейтинге, что , собственно, оценивается экспертом?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.