Младшая принцесса Боадикея

Сокол Зоя

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Младшая принцесса Боадикея (Сокол Зоя)

Зоя Константиновна Сокол

Младшая принцесса Боадикея

— Ну, так как, мы договорились? — спросил темноволосый мужчина средних лет, напряженно всматриваясь в лицо брюнета, который на его фоне выглядел совсем юнцом, хотя ему уже и исполнилось двадцать четыре.

— При одном условии, — ответил брюнет.

— Каком? — мужчина затаил дыхание, не зная чего тот может потребовать. Все кошмары вселенной на его голову! Брюнет сейчас находится в таком положении, что может спокойно требовать луну с неба!

— При дворе осталась моя родная сестра, — ровным тоном сказал тот. — Ты должен её оттуда вытащить и обеспечить безопасность, пока все не кончится.

Мда-а-а... Уж лучше бы он просил луну...

— Как ты себе это представляешь? — потерял самообладание мужчина.

— Мне все равно, — пустым голосом бросил его молодой собеседник. — Пока она там — мои ребята не пойдут против королевы.

Темноволосый мужчина немного полчал, обдумывая, что можно сделать в данной ситуации, после чего уже спокойно ответил:

— Хорошо, я это сделаю. А чем будешь занят в это время ты?

Молодой человек загадочно улыбнулся:

— Мне предстоит умереть...

Пролог

Когда король Вилем Аттур, не оставив после себя законных наследников отправился к праотцам. На освободившийся трон претендовали трое: герцог Гил Кларио, бастард, которого покойный признал уже перед смертью, племянник Оскар Фальче, который вскоре поступил умнее всех и просто устранился от борьбы за власть, и двоюродный племянник короля — граф Адлер Абиатти.

При чем тут Эгберт Абиатти спросите вы?

Все очень просто. Эгберт младший брат графа Адлера и так же, как и Оскар, совершенно не претендовал на трон. На то время он был занят тем, что волочился за каждой юбкой в радиусе двух шагов и проигрывал в карты отцовское состояние. Естественно, его никто не воспринимал всерьез.

Противостояние между Гилом Кларио и Адлером Абиатти грозило стать междоусобной войной. Знать панически искала выход из сложившегося положения.

Спасение от ненужного кровопролития пришло, откуда не ждали. На одном из балов, когда подвыпившие претенденты на трон чуть не затеяли ссору, вмешался подвыпивший Эгберт и предложил охмелевшей парочке разыграть, кому достанется трон в карты.

В зале поднялся жуткий крик. Слыханное ли дело! Решать судьбу королевства партией за игральным столом. Но подвыпившей парочке претендентов море было по колено, и они согласились, вопреки мольбам и угрозам советников.

Пока шла партия, в зале было негде яблоку упасть. Стоило одному из участников положить карту, как по залу, как ураган проносился оглушающий шепот — каждый стремился сообщить своему соседу кто кому и что походил. После этого наступала гробовая, напряженная тишина. Все ждали, чем ответит соперник. А стоило ему ответить — снова оглушающее перешептывание.

Интрига сохранялась до самого конца. С перевесом в несколько очков победил Адлер.

Герцог Кларио посчитал это личным позором и выбросился ночью из окна своего замка. При этом он не учел, двух факторов. Первое — окно находится на втором этаже, и убиться с такой высоты достаточно непросто. Да и розовые кусты под окном тоже были помехой. Второе, боги, конечно, берегут дураков и пьяных. Но пьяных дураков любят не очень. В итоге герцог Гил не умер, но на всю жизнь остался хромоногим калекой, у которого видел всего один глаз, так как во втором застрял шип и его пришлось удалить, спасая жизнь горе-самоубийцы.

Какой была вероятность того, что это случится? Наверное, приблизительно такая же, как и вероятность того, что правление короля Адлера Абиатти продлится до первого глотка вина.

Да! Его гибель оказалась намного нелепее, чем история Гила.

Адлер одел корону, поблагодарил народ за поддержку и пожелания долгих лет жизни, провозгласил долгую речь, написанную своим свеженазначенным первым советником Оскаром, и решил промочить горло глоточком вина. Этот глоточек его и погубил. Только что провозглашенный король подавился и умер на глазах у своего народа.

Недолго думая, Оскар схватил корону и одел её на Эгберта Абиатти:

— Да здравствует законный приемник короля Адлера!

А тот, не будь дураком, переступил через ещё теплый труп брата и сел на трон. Почесав затылок, новоиспеченный король сказал:

— Я вроде как должен что-то сказать по поводу коронации... — его лицо приобрело задумчивый вид, но, видимо, не придумав ничего умного, Эгберт взял кубок покойного, сам себе налил вина и выпил все до дна в пару глотков. И только после этого громогласно рыкнул:— Настоящий король, который правит, как мужик и пьет как мужик!

Знать схватилась за сердце. Народ — за шапки. Их полдня бросали вверх приветствуя нового короля на троне.

Эгберт Абиатти вопреки всеобщему мнению, оказался очень умным правителем. Он понимал, что сейчас, когда на его стороне народ знать не предпримет никаких шагов, чтобы его свергнуть. Однако, рано или поздно, они вспомнят, что Гил, к примеру, был бы более послушным правителем.

Поэтому новоиспеченный монарх решил обезопасить себя и свое правление от них. Можно было устроить репрессии против наиболее активных. Однако он нашел более изящное решение, смекнув, что достаточно просто вбить между ними клин. Для этого Эгберт начал сознательно возвышать одних, и проявлять немилость к другим. При этом обставлял это так, чтобы со стороны казалось, что вторые попали в немилость по вине первых. А ещё он делал кадровые перестановки, тасуя выданные ему карты так, чтобы подчиненные любили его и хотели перегрызть глотки друг другу.

Раньше у Эгберта была всего одна страсть — женщины.

Теперь к ней добавилась вторая, о которой он и сам не подозревал — политика. Ему на удивление пришлась по вкусу жизнь полная интриг и коварства, когда каждый ход продумываешь на несколько ходов вперед. Словно партия, из которой он не может выйти проигравшим, потому, что сам определяет кто в этой раздаче обычная шестерка, а кто козырь, кого назначить десяткой, а кого — валетом. Ну, и что не могло не радовать: раньше ему требовалось помучиться, чтобы обратить на себя внимание представительниц прекрасной половины человечества. Теперь все дамы хотели быть его масти.

Так, весьма дальновидным поступком на тот момент оказалась женитьба на принцессе Шоншетте Фармер из соседнего королевства Гатрида. Во-первых, это укрепило Эгберта на троне и упрочило его положение на мировой политической арене. Во-вторых, помогло избежать вооруженного столкновения не готовой к войне Малеросы и находящейся в самом расцвете Гатриды.

Королева Шоншетта родила Эгберту двоих наследников: принцессу Маргариту и принца Дьюэйна. При родах второго ребенка возникли осложнения. Спасать нужно было или мать, или дитя. И Эгберт без тени сомнения приказал спасать своего наследника.

Король проходил холостяком не долго. На следующий же день после окончания траура, Эгберт женился второй раз. На этот раз он возвел в ранг королевы маркизу Викторию Налди, дочь одного из самых богатых людей страны. Это помогло ему получить значительную поддержку среди знати, которая все ещё пыталась вставлять ему палки в колеса, и значительное вливание финансов в казну.

Правление Эгберта оказалось на удивление удачным. За двадцать лет Малеросса не только встала с колен, но и высокого подняла голову. Королевство, под правлением короля, "пьющего, как настоящий мужик" процветало, народ его боготворил, знать теперь уже относилась с уважением. И те, и другие, дружно делали вид, что не замечают его слабостей. Их было две — вино и женщины.

Брак с Викторией тоже оказался плодовитым. Она родила ему близнецов: мальчика Закери, которого назвали в честь отца Эгберта, и девочку Женевьеву, названную в честь матери королевы. На этом семейная идиллия закончилась. Пока счастливая мать занималась детьми, Эгберт ушел в загул, который продлился почти три года и закончился тем, что ему встретилась женщина всей его жизни — Беатрис Монтефиор, урожденную Кларио.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.