Впервые. Записки ведущего конструктора

Ивановский Олег

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Впервые. Записки ведущего конструктора (Ивановский Олег)Записки ведущего конструктора Художник А. Ф. Сергеев Рецензент заслуженный летчик-испытатель СССР Герой Советского Союза доктор технических наук М. Л. Галлай

Грандиозные события почти неощутимы для непосредственных участников: каждый видит лишь одну деталь, находящуюся перед глазами, объем целого ускользает от наблюдения. Поэтому, вероятно, очень многие как-то не замечают, что человечество вошло в «эпоху чудес».

В. Брюсов «Эпоха чудес»

4 октября 1957 года впервые в многовековой истории землян созданное их умом и руками искусственное тело, ставшее небесным, взлетев с Земли, не упало, не возвратилось на ее поверхность, а, опоясывая шар земной с фантастической скоростью, именуемой учеными первой космической, стало первым искусственным спутником нашей планеты…

3 ноября 1957 года, всего через месяц, впервые в безбрежный и таинственный космос на борту спутника было поднято живое земное существо…

2 января 1959 года впервые советская космическая ракета смогла порвать окончательно путы земного притяжения, достигнув второй космической скорости. Улетев от Земли, пролетев близ Луны и сделавшись первой искусственной планетой, она стала вечным спутником Солнца. Люди назвали ее «Мечтой»…

12 сентября 1959 года ракета, с поражающей воображение точностью поднявшаяся с казахстанских степей Байконура, послала к Луне полпреда Страны Советов — «Луну-2». Впервые искусственное тело достигло поверхности Луны…

4 октября 1959 года стартовала автоматическая межпланетная станция «Луна-3». Через трое суток заглянув на «ту» — испокон века неведомую, незнаемую, загадочную — сторону Луны, она впервые сфотографировала ее и передала эти фотографии на Землю…

12 апреля 1961 года гражданин Советского Союза коммунист Юрий Алексеевич Гагарин на космическом корабле «Восток» впервые в мире совершил полет вокруг земного шара…

Ступени из бесконечности ступеней, открывшие на Земле новую эру — эру освоения космического пространства. Эти ступени были первыми. Прежде никто и нигде не совершал подобного. Таков был космический путь, пройденный советской наукой и техникой только за три с половиной года.

Получилось так, что путь этот пересек и мою жизненную тропу. Многие мои товарищи могли бы, возможно, рассказать о первых ступенях и лучше, но мне очень хотелось поделиться с читателями тем огромным счастьем, которым были почти пятнадцать лет работы рядом с Сергеем Павловичем Королевым, в коллективе, которым он руководил. И вот об этом большущем счастье — участии в создании первых космических аппаратов и кораблей, о тех незабываемых днях и захотелось попробовать написать — потормошить свою память, воскресить забытое.

Необходимо сразу же заметить, что предлагаемые читателю записки — никак не история развития ракетно-космической техники и не биография академика Сергея Павловича Королева. Немало людей работало с ним вместе, создавая управляемые баллистические ракеты, ракеты-носители, космические аппараты и корабли. Написать о каждом просто невозможно. Я рассказал лишь об очень немногих товарищах, с которыми был тесно связан по работе. И пусть не останутся в обиде соратники Сергея Павловича, не упомянутые в этих записках. О них еще напишут книги, они станут героями будущих литературных произведений и исторических исследований.

Автор выражает искреннюю благодарность и признательность всем товарищам, всем своим сослуживцам, оказавшим большую помощь в работе над этими записками.

В начале пути

— Здравствуйте! С вами говорят из редакции журнала «Пограничник». Скажите, это о вас писали в «Комсомольской правде»?

Телефонный звонок, вопрос, заданный столь прямо, обескуражили меня. «Пограничник»… Пограничные войска… Граница… Как в калейдоскопе, промелькнули сложносплетения промчавшихся лет. Сорок с лишком лет тому назад… Осень 1940-го…

— Да, это я.

— Нам нужно обязательно встретиться. Ведь вы были пограничником, а потом воевали? А после войны вам довелось участвовать в таких делах, в таких… нет, прошу вас, не отказывайтесь, нам надо встретиться. Ведь вы можете рассказать столько интересного нашим читателям…

Рассказать… Для того чтобы рассказывать, надо помнить. Помнить то, что было четыре десятка лет назад. Но я прекрасно знаю, что достаточно только потянуть из клубка жизни ниточку воспоминаний, как она начнет разматываться. Порой прочная, порой столь тонкая, что вот-вот оборвется. И рвется — есть в памяти пропуски. Стерлись факты, даты, люди… Не может память хранить все, что составляло дни, месяцы, годы — жизнь человека.

Есть и такое свойство у памяти: хранит она то, что отложилось более глубоко, то, что было очень дорогим, то, что забыть нельзя. Память индивидуальна. Она хранит свое. Только свое. Только то, чем жил человек. А память народная соткана из ячеек памяти отдельных людей.

Случается так: то, что дорого мне, значительно для меня, совсем неинтересно другому, другим. А ведь делиться надо интересным, рассказывать о нем.

Да, собственно, чем интересна моя жизнь? Таких, как я, в стране тысячи, сотни тысяч. Говорят, статистики определили, что нашему поколению, людям, родившимся в 1920, 1921, 1922 годах, не повезло. Многих взяла война. Из ушедших на войну в живых осталось около трех процентов. Может быть, это и так. Наверное, очень счастливым может считать себя человек из этих самых трех процентов.

И вот сейчас, перебирая события своей жизни, пожалуй, возьму на себя смелость сказать: считаю себя счастливым человеком — и не только потому, что я из этих трех процентов, но и потому, как сложилась моя военная и послевоенная судьба. Как началась для меня лестница жизни, какие ступени передо мной поставила.

Человек начинает считать жизненные ступени-этапы с самостоятельности. С того момента, когда отрывается от родительского крова, от детства, от юности, от опеки и заботы близких, родных. Так бывает не у всех, но у многих. Так было и у меня.

Это было в сороковом… Восемнадцать лет. Только что окончена школа. Осталось в памяти особое, очень сильное чувство, переполнявшее меня, когда, сдав последний экзамен, я ехал домой. Давно знакомые, пробегающие мимо окон электрички места казались новыми, окрашенными в какой-то необыкновенный цвет. Улыбалось все — люди, деревья, дома…

Что же теперь меня ждет? Что впереди? Известно было лишь одно: осенью, в октябре, призыв в Красную Армию. Таков был закон. Октябрь подошел очень скоро. 4 октября. 4 октября 1940 года. Повторяю потому, что тот же день, 4 октября, только семнадцать лет спустя, в моей жизни, в моей памяти остался тоже навсегда.

4 октября 1940 года группа призывников, самых разных и по виду и по настроению, погрузилась в теплушки, побросав свой немудреный багаж на дощатые нестроганые двухэтажные нары. На каждых нарах — по восемь человек, всего в вагоне нас тридцать два. Мы ехали на границу. Поняли это по тому, что сопровождали группу несколько командиров в зеленых фуражках. Но куда? — Граница велика.

Пожалуй, в тот момент, когда за отодвинутой дверью вагона растаяли контуры Москвы, я понял, что все старое — веселое и беззаботное — кончилось, что началось новое, пока еще неясное и загадочное. Шестеро суток пути — и вот Киев, потом станция Волочиск, затем Западная Украина — Тернополь, Львов.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.