Мертвая суть. Возрождение.

Рассовский Богдан

Серия: Мертвая Суть [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

Глава 1.

Казалось, я был так близок к свободе, один выстрел. Сама смерть говорила со мной, но это все были иллюзии. Меня обмануло моё же сознание. Выходит, что в мире нельзя доверять вообще никому, даже себе. Убить любимую своими руками. Такое так просто не простишь самому себе. Вся жизнь в поисках той самой сути жизни, на поиски которой были брошены умы тысячи ученых и философов. Да что там философов? Каждый человек ищет свой смысл, свою суть. До периода заключения в психиатрической больнице я считал свою суть мертвой. Но теперь все изменилось. Я знаю, где мой смысл, в чем моя суть. Мне пришлось перепробовать уйму стезей для того, что бы постичь его. Но, к сожалению, моя участь не завидна, я должен отомстить за Каролину, за не раз сломанную жизнь, за друзей и за погибшие мечты. И всему этому есть лишь один виновник, этот виновник давно дёргал за верёвочки. Этот, казалось бы, таинственный кукловод виноват не только в моих жизненных проблемах. Все страдают от его гнёта. Кто-то меньше, кто-то больше, но виновник всегда один и тот же, и я обязан поставить его на место. Собственно виновником является не один человек, а сама система. В ней кружатся многие люди: полицейские, политики, судьи, приставы, президент. Они все часть одного сплошного механизма! Они судьи и палачи в одном лице! Они же те самые "благородные убийцы" считающие, что силой можно что-то решить. А, впрочем, они правы. С такими, как они нужно говорить только на языке силы.

* * *

Комната была темна, стены на меня давили, смирительная рубашка душила, и мне было страшно. Эта камера не то что бы была бессильна перед психиатрическими заболеваниями. Напротив, она синтезировала новые. Первые дни я был уверен в том, что смерть моя близка. Но однажды задался вопросом: «А со сколькими людьми произошло то же самое, что и со мной? Скольким еще предстоит это пережить?». Я, зачастую, разговаривал с самим собой, из-за чего мне диагностировали шизофрению и манию преследования. Иногда являлись и галлюцинации. Но четыре года проведенные в этих четырех стенах научили меня не реагировать на них. Только с постоянными явлениями Каролины справиться было труднее всего. Но я выдержал, я смог, и я готов ко всему на своём пути. Разобравшись, наконец, в себе, я счел, что с моими утопическими убеждениями меня, никогда, не сочтут нормальным и не выпустят хотя бы из камеры одиночки, и сегодня, я поставил себе цель – отсюда пора выбираться. Но, только притворившись здоровым, мне удастся выйти на свободу. Моя физическая оболочка тоже изменилась, технология наращивания волос и кожи были не совершены, полгода назад я не только лишился волос, так еще и наращенная на металлических пластинах кожа отошла.

Утро. По крайней мере, я так думаю. Ведь внутри нет окон, а день и ночь различается только по лампочке на потолке что загорается по утрам. Звук шагов, дверь отворилась, в комнату вошла медсестра

– Доброе утро, мистер Лоренс.

Весьма дружелюбным тоном произнесла медсестра, неся с собой поднос с завтраком и таблеткой.

– Доброе утро, Милдред, – лицемерно улыбаясь, произнес я. Но это не было похоже на лицемерие, а скорее на лицедейство.

– Я смотрю, вы сегодня в хорошем настроении.

– Да, я, кажется, чувствую себя лучше. Кошмары сняться все реже.

– Это же замечательно! Вы идете на поправку, но таблетки все равно придется пить, – произнесла Милдред в извиняющемся тоне.

– Да-да, я понимаю. Это, наверное, из-за таблеток мне стало лучше.

– Вот и прекрасно.

Милдред положила на пол мою пластиковую тарелку с зеленой кашей и подошла. Положила таблетку мне в рот, а я покорно проглотил. На вкус она была горькой, но я сдержал гримасу отвращения. Проверив моей рот, Милдред улыбнулась и вышла, закрыв за собой входную дверь и оставив свет. Я привстал и подошел к своей тарелке и начал есть. Поначалу было непривычно питаться через трубочку, но я очень быстро освоился. Закончив трапезу, я почувствовал легкое головокружение и отполз к стене, облокотившись на нее. Вот оно, кажется, началось. Да, это именно оно. Голова шла кругом, стены меняли цвета, затем форму. И, наконец, они начали течь. Словно я находился в большой стеклянной коробке, которую снаружи с помощью краски покрыли пейзажем психиатрической лечебницы. И некто начал омывать ее из шланга. Предо мной открылся восхитительный вид на море. Я стоял на отвесной скале. Подо мною пропасть, за спиной лес. Из него вырывалось щебетание птиц. В лицо ударил ветер, он был силен и безжалостен и в тоже время ласков и нежен. Воздух был наполнен невероятной свежестью. Казалось, всю эту картину безмятежности ничто не нарушит. Но мое сознание было слишком глубоко пропитано жаждой мести, а потому вся эта обстановка казалась мне угнетающей. Здесь я вдали от своих обидчиков, здесь я не смогу им навредить. К счастью эффект временный, подожди Ричард, очень скоро ты выберешься отсюда.

Глава 2.

Как принято, таблетки отпускали ближе к вечеру, когда включался свет, и пора было получить порцию зеленой каши с таблеткой снотворного. Около получаса я сидел в практически пустой комнате. Одна лишь пластиковая тарелка с трубочкой скрашивали моё место пребывания, и так каждый день. Каждый божий день. Удивительно то, что я окончательно не лишился рассудка. Быть может в терапии уединения действительно что-то есть. Ненависть съедала меня изнутри, и мне было очень трудно изображать здорового. Дух молил о высвобождении, а разум требовал мести. Снова звук приближающихся шагов, дверь открылась и зашла Милдред. Нет, это была не она, это был тот правительственный пёс в маске с золотым зубом. Все та же его фирменная насмешливая ухмылка.

– Добрый вечер мистер Лоренс, – несмотря на то, что с виду это был именно он, я слышал голос Милдред.

– Добрый вечер, – отрезал я, поникший головой малопонятно мямля.

– Что-то не так? С утра вы были бодрее.

Черт, черт, план может накрыться. Нужно живо притвориться. Спокойно Ричи, это все та же Милдред, которую ты знал.

– Я просто утомился за день. Спать хочется. Ричард неожиданно приободрился, и увеличил темп разговора.

– Ну, раз так, то я думаю на сегодня вам снотворное не нужно.

Как просто оказывается. Хватило только сказать, что и без того сонный. Как жаль, что с утренними таблетками такое не получится, они предписаны протоколом.

– Спокойной ночи, мистер Лоренс, – произнесла Милдред, закрывая за собой входную дверь.

– И вам тоже.

Мне все же удалось перехитрить их, хотя вообще-то я еще ничего не сделал. Но, по крайней мере, я смог сдержать себя, хотя была дикая жажда накинуться на него. Хотя такое случилось, и не раз. Три с половиной года я сопротивлялся, как мог, а они все равно ловили. Тогда Милдред приходила с двумя крепкими мед. братьями, что хватали меня и прижимали к стенке, пока Милдред насильно заталкивала мне в глотку эти таблетки. В те дни мне мерещилось то, как тот самый палач со своими дружками прижимают меня к стене и избивают. Последние полгода я научился не обращать внимания на свои галлюцинации и, подобно безвольной тряпке, подавался их насилию. Как, однако, странно устроен человеческий мозг, насколько я знаю Милдред и мед. братья никогда не поднимали на меня руку, они только держали. Но в моих видениях мне было больно, очень больно. Обратив внимание на то, что я больше не сопротивляюсь Милдред начала посещать меня в одиночку. Сначала я был молчалив и зол, но осознав свою проблему и не обращая на нее внимания, было чуть проще говорить с ней. В комнате раздался нежный до боли знакомый голос.

– Чего взгрустнул, Ричи?

Я встал с места и подошел к двери, приложив к ней ухо. Вроде бы никого нет. И, обернувшись, ответил:

– Все в порядке, задумался просто. Извини.

– Опять ты извиняешься, мы же уже давно это обсуждали, я простила тебя.

– Зато я себя не простил…

Каролина медленно подошла ко мне и провела рукой по щеке. Она была столь же осязаема сколь, будучи живой. Поначалу, я бился в панике еще больше, чем при виде своего убийцы. Стоя на коленях плакал и извинялся, молил о прощении, не жалея ни себя ни своего достоинства. Мне действительно было за что извиняться, и я извиняюсь до сих пор. Не так усердно как в начале, но ничуть не менее откровенно.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.