Я восстаю из пламени, рыдающий Феникс

Уильямс Теннесси

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
пьеса в одном действии

I Rise in Flame, Cried the Phoenix (1941) by Tennessee Williams

Перевод с английского Галины Коваленко

Два слова от переводчика

Две одноактные пьесы Теннесси Уильямса «Тень Чехова» (1939) и «Я восстаю из пламени, рыдающий феникс» (1940) можно считать своеобразной дилогией, если помнить о том, что художник проходит ученичество у близких ему по духу творцов. Один из самых «американских» писателей, наряду с Уильямом Фолкнером, ярчайший представитель южной литературной школы США, Теннесси Уильямс избрал для себя в качестве литературных наставников английского писателя Дэвида Герберта Лоуренса и А. П. Чехова.

В «Мемуарах» Уильямс называет Лоуренса своим кумиром. Ему близко прославление Лоуренсом мужского эротизма как высшей жизненной силы, воплощение им эротических импульсов, таящихся в подсознании, пристальный интерес Лоуренса к взаимоотношениям полов, вечная борьба мужчины и женщины, необъяснимым и таинственным образом соединяющая в себе разрушительное и созидательное. Однако для самого Уильямса в отличие от Лоуренса характерен дуализм чувственного, плотского, и духовного. Только в самых его отрицательных персонажах гнездится животное начало.

Восхищаясь Лоуренсом, Уильямс лично не был с ним знаком. После ранней смерти писателя в 1930 году Уильямс много о нем размышлял. В 1940 году он посетил его вдову Фриду Лоуренс в Нью-Мехико, задумав написать о нем пьесу. К одному из его изданий Фрида написала предисловие, напомнив об одной из основных идей Лоуренса: «вечном антагонизме мужчины и женщины», без чего она сама не считала отношения полноценными.

В название пьесы Уильямс включил любимый символ Лоуренса — феникса, о котором Лоуренс писал: «Феникс возрождается в пламени, заживо в нем сгорая». Т. Уильямс в пьесе выдерживает возвышенный, несколько патетический стиль Лоуренса, в подтексте обыгрывая название одного из его романов «Сыновья и любовники». Отношения в пьесе супругов Лоуренс воплощают идеи этого романа. Фрида — одновременно и жена, и мать, для которой Лоуренс любовник и сын. Сам же Уильямс считал, что это «история женской преданности мужчине, гению и человеку… Фрида — мечта всякого эротически полноценного мужчины, в котором соединяются сила и беспомощность».

И если в творчестве Уильямса без труда прослеживаются традиции Лоуренса, видоизмененные, пересаженные на южную почву американской литературы, то роль Чехова в его жизни и творчестве выходит за пределы проблемы традиции. В «Мемуарах» он пишет, что летом 1934 года он «влюбился в Чехова, в его рассказы… Это Чехов научил меня художественной восприимчивости — я тогда чувствовал влечение к литературе… Считается, что на меня сильное влияние оказал Лоуренс. Да, он сыграл роль в моем литературном становлении, но более всех я обязан Чехову». В то же лето Уильямс впервые прочел «Вишневый сад», «Чайку», три тома писем Чехова, которые особенно сблизили его с русским писателем. Погружаясь в письма Чехова, Уильямс находил сходство между Таганрогом и Сент-Луисом, городом своего детства, куда он потом приезжал навещать родных. Он видел общее с Петей Трофимовым: «изгнан из университете, дурно одет, смешной идеалист; вечный студент и вечный юноша, мечтатель — маргинал, стремящийся воплотить свои мечты в жизнь».

В первых драматических опытах Уильямса невозможно найти даже отголоски Чехова. И все же имя Чехова возникает в его ранней одноактной пьесе «The Lady of Larkspur Lotion». Уильямс делает сноску к названию пьесы: Larkspur lotion — лосьон дельфиниума, средство для уничтожения вредителей — паразитов, что становится ясным только из контекста пьесы. Переводчик предлагает назвать пьесу, исходя из вышеизложенного, «Тень Чехова».

Г. К.

От автора

Все, что происходит в пьесе — вымысел автора. Действие разворачивается во Французской Ривьере, где умер Дэвид Герберт Лоуренс.

Незадолго до его смерти в Лондоне состоялась выставка его картин, примитивных по технике и дерзко чувственных в своей сути. Выставка вызвала бурю. Картины были изъяты полицией и были бы сожжены, если бы не вмешательство администрации, наложившей судебный запрет. Тогда же знаменитое исследование Лоуренса о власти пола «Любовник леди Чаттерли» было запрещено цензурой, впрочем как и другие его книги.

Лоуренс ощущал тайну и силу пола как жизненную основу и всю свою жизнь боролся против ханжеского умолчания этого. Многое в его творчестве хаотично и искажено навязчивыми идеями, как к примеру, зацикленность на мысли о том, что женское начало подчинено мужскому, но в целом его творчество есть величайший памятник созидания.

Т. У.

Нью-Орлеан, сентябрь, 1941

Действующие лица

Лоуренс

Фрида

Берта (Брет)

Действие происходит в Венсе, в Приморских Альпах, перед закатом солнца. Лоуренс сидит на веранде, залитой солнечным светом — солнце проникает из окна справа. Дверь, расположенная так же справа, выходит на крутой морской обрыв. Ветрено — слышен шум прибоя. Лоуренс смотрит в этом направлении. Сзади него, слева, вытканное серебром, пурпуром и золотом, огромное шелковое знамя, на котором изображен Феникс в пламени — любимый символ Лоуренса. Он сидит неподвижно. Огненно-рыжая борода, застывшее лицо цвета обожженной глины с пурпурным оттенком. Руки художника, под пером которого жуткие моменты жизни становились пластичными, сложены на шерстяном, в черно-белую клетку одеяле больного. Длинные пальцы уэльского шахтера, поросшие белыми волосами, с узловатыми суставами, созданные для того, чтобы проникать и разбивать черное сердце земли, крепко сцеплены, свидетельствуя о внутреннем беспокойстве. Слегка раздувающиеся ноздри мягко вдыхают и выдыхают воздух, как будто невидимая шелковая нить, протянутая между ними, рвется пополам. Рожденный для борьбы, он сражается со своим недугом. Он вынужден сдерживать ярость. И так неподвижно сидит он, освещенный солнцем, укутанный в клетчатое одеяло и сиреневую шаль. Сидящий в нем тигр загнан в капкан, но не усмирен. Входит ФРИДА, крупная красивая женщина лет пятидесяти, несколько напоминающая Валькирию [1] . В ее руках небольшой пакет.

Лоуренс(не поворачивая головы). Что это?

Фрида. Это лежало на ступеньке.

Лоуренс. Дай сюда.

Фрида. Оставлено неизвестной. Я увидела из окна, как она мелькнула.

Лоуренс. Женщина?

Фрида. Да…

Лоуренс. Да…

Фрида. Какая-то запыхавшаяся маленькая старая дева в голубом в горошек жакете. Она оставила это на пороге и сиганула вниз, прежде чем я успела выйти на звонок.

Лоуренс(пронзительно-раздраженным голосом). Но это мне?

Фрида(по-немецки). Ja, тебе.

Лоуренс. Дай сюда, черт подери, ты…!

Фрида. Тссс! Тссс! Я думала, что солнце приведет тебя в хорошее настроение.

Лоуренс. Оно привело меня в омерзительное настроение. Мы с ним сидели тут и корчили друг другу рожи весь день. Я говорю солнцу, дай мне здоровье, ты, старая сука, верни мне силу, возьми меня за руки и вытащи из этого кресла! Но солнце — глупая баба, Hausfrau. Проплывает с гордым видом, делая вид, что не слышит меня. Ну, ладно, я не в претензии. Я и сам терпеть не могу попрошаек. Человек не должен просить. Человек должен брать то, что он хочет, вырывать у противника, пусть остается с носом. Посмотрим (Разворачивает пакет) Баночка с апельсиновым джемом. (Улыбается с детской радостью.) Это август в сосуде.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.