Проклята луной

Зингер Татьяна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Проклята луной (Зингер Татьяна)

Часть 1. Телешоу

1.

Сегодня у Машки сбылась мечта всей жизни. Она выходила замуж за принца! Конечно, никакой он не принц, а сынок богатых родителей, но свадьбу отгрохал знатную. В коттедже, на сто гостей, с заказными музыкантами и выездной регистрацией. Машка пищала от восторга. Столы ломились от блюд, запеченный молочный поросенок созерцал гульбище жалобным взором. Пухленькая Машка в белоснежном платье кружилась в объятиях новоиспеченного мужа, высоченного и тощего c болезненно белым лицом. Что она нашла в этом Егоре?

Ева приютилась в уголке и, попивая шампанское, наблюдала за окружающими. В левой половине зала гости жениха: расфуфыренные, обвешанные драгоценностями. Все они приехали на дорогих автомобилях и подарили крупные суммы денег. Мамаша жениха, сушеная дамочка лет пятидесяти, хмуро разглядывает тарелку с салатом. Видать, простушка-Машка ей по духу не пришлась. Отец в серебристом пиджаке посматривает на наручные часы – он явно куда-то спешит. На свадьбу пришел так, для галочки, оценить, куда вложил бешеные деньги. А справа сторона невесты. Гостей мало. Институтские друзья, девчонки в платьях с распродаж и мальчишки в плохо сидящих костюмах. Налегающие на закуску и алкоголь троюродные тетки с дядьями. Дальние родственники подарили сервиз с комплектом постельного белья и теперь окупали дары, сметая со столов всю еду. Ева тоже была со стороны невесты, как-никак родная сестра, но ощутимо выделялась из общей массы. Она могла себе позволить и расшитое бисером платье в пол, и профессиональный макияж, и красивый букет цветов, и подарок молодоженам. Передала конверт втихаря, чтобы не толкать длинную речь перед гостями.

– От меня и мамы с папой, – шепнула на ушко, и Машка грустно улыбнулась. – Потрать на себя, договорились?

Ох, не нравилась Еве эта затея с женитьбой. А жених – особенно. Глаза у него дурные, черно-черные. Сдался он Машке! Отличница, красавица, медалистка, а влюбилась в очевидного негодяя. Хотя, наверное, для Евы он «очевидный», а для сестры – вполне обычный парень. Ева вообще не от мира сего, ей позволительно.

Когда развлекательная программа кончилась, Ева улизнула, пожелав напоследок вечной любви и кучу детишек.

«Наплачешься ты, Машка», – подумала Ева, но смолчала. Незачем рушить счастье сестры в первый же день семейный жизни. Но она нутром чуяла, что добром этот брак не кончится. А поганое чутье никогда не подводило.

Такси ожидало на выезде из коттеджного поселка. Полная луна налитым боком освещала вычищенные дорожки. Россыпь звезд лукаво подмигивала. Ева дошла до ворот, и сторожевая собака залаяла на неё из будки. А затем заскулила жалобно и боязливо. Странно, животные её обожали. Кошки ластились к ногам, псы преданно заглядывали в глаза. То ли сильная энергетика, то ли природный дар, но на неё никто никогда не лаял.

В сердце почему-то кольнуло. Что-то изменилось. И Ева это почувствовала.

2.

Сброшенное платье змеиной кожей струилось по полу. Ева сидела на кухне, закинув ногу на ногу, и тупо пялилась в окно. На душе было неспокойно. Не помогла ни рюмка коньяка, ни выкуренная сигарета. Курила Ева редко, всё пыталась от дурной привычки избавиться. Да и Олег запрещал.

– Курящая женщина что пепельница, – упрекал он.

Олег был жутко занятым бизнесменом тридцати девяти лет. В масштабах их городка – царь и бог. Он держал семь супермаркетов и построил бы ещё несколько, да уже строить негде. Иногда Ева наивно спрашивала, почему он не переедет в город побольше, а Олег усмехался:

– Лучше быть большой птицей в болоте, чем никем, но в озере.

Познакомились они в салоне, где Ева работала массажистом. Говорят, неплохим: выжимала людей без остатка, излечивала застаревшие болячки. Клиенты рыдали навзрыд на сеансах, а после уходили, повторяя:

– Это чудо. Вы - колдунья.

К Еве на массаж захаживала супруга Олега, потянувшая спину, а тот изредка забирал её с сеансов. Там и пересеклись взглядами. В итоге с супругой Олег благополучно развелся и перевез молоденькую массажистку к себе. У них завязались крепкие семейно-партнерские отношения. Это такие, где вроде живут и спят вместе, но никто никому ничегошеньки не должен.

Еву союз устраивал. С Олегом у нее появились дорогие игрушки, косметика от ведущих брендов, возможность посещать рестораны и светские вечера. Они даже в отпуск скатались, да ни куда-нибудь в затрапезный Египет, а на Кипр, в пятизвездочный отель. После четырех лет впроголодь новая жизнь показалась сказкой. Первым делом Ева приодела даже не себя, а младшую сестренку. Все-таки она Машке заменяет родителей, а значит, должна обеспечить. Ну а потом уже и сама оторвалась: бутики, суши-бары, клубы.

Виделись они с Олегом нечасто. Он то в офисе, то в командировках. Олега Ева не любила и иллюзий не питала. Старость они вместе не встретят, детей не нарожают. Появится девчонка поинтереснее – он убежит. Ну и ладно. Из салона она не увольнялась, деньги откладывала на карту. Когда сказка кончится – будет не так обидно.

Загремели ключи. В коридоре началась возня. Олега всегда было много: куда ни зашел – так всё пространство занял. Неудивительно, в нем сто килограмм веса, и энергия бьет через край. Ева спешно затушила сигарету, замахала рукой, разгоняя вонючий дым.

– Куришь? – сурово спросил Олег, появляясь на пороге кухни.

– Чуточку. Как-то тревожно.

Слабая попытка оправдаться, но Олега она устроила.

– За сестру? – вздохнул он. – Прекращай. Не съедят же её, в самом деле.

– Не съедят... Луна сегодня какая-то странная, не находишь?

Олег окинул строгим взглядом окно. Так начальник смотрит на провинившегося подчиненного. Затем расслабил туго затянутый галстук и расстегнул пуговицы на рубашке.

– Луна как луна, – засомневался он.

– Наверное.

Ева повела плечами, смахивая наваждение. Не нравилась ей эта луна. Яркая, рыжая, наливающаяся кровавой дымкой. В такие луны хочется убежать, запереться в комнате и спрятаться под одеяло. Взвыть волчицей. Такие луны не сулят покоя.

– Ложись в кровать, Евангелина, – отцовским тоном приказал Олег. – Я помоюсь и приду к тебе.

Ева отрешенно кивнула. Интересно, как там Машка? Счастлива ли она?

3.

Юле двадцать два года, и она хороша собой. Мама платье сшила из шерсти, ни у кого такого нет. В косе заплетена лента. И работа у неё интересная: как-никак инженер, да не абы какой, а конструктор. На ней лежит ответственность за весь завод, потому что если она неправильно начертит деталь – ту неправильно выпустят. Конечно, её чертеж сначала нормоконтролер проверит на ошибки, суровая Вера Павловна, от которой не укроется ни одна мелочь! Но всё равно – оплошать нельзя. А то Вера Павловна журить начнет, охать и ахать. Стыдно-то как, когда она кого-то поучает!

А на улице апрель, значит, скоро можно переобуться в туфельки, из-за которых мама сначала отстояла в шестичасовой очереди на запись, а после и в живой потопталась. Последнюю пару отхватила. Красивые, слов нет!

Юля с улыбкой смотрит в потолок. Всё у неё ладится, всё спорится. И Ваня за ней ухаживает, а Ваня мало того, что красивый, так ещё и мастер участка. Его в начальство пророчат, вот такой он молодец в свои двадцать пять лет. А знаки внимания оказывает ни кому-нибудь, а ей, Юле. Она вся краснеет, когда он её под ручку берет на свиданиях.

Она задерживается на работе допоздна. Надо чертеж закончить к пятнице кровь из носу, поэтому приходится засиживаться за столом. Зато не одна, а с другими девчонками. Те щебечут, болтают о чем-то, и Юля с ними болтает, и платьем хвастается, и новенькими туфлями. И мечтает о субботнем свидании с Ваней. К фонтанам, наверное, сходят или в парк. Как же всё замечательно!

Разбредаются ближе к девяти. На развилке девчонки расходятся. Лена с Ирой идут к автобусной остановке, а Юле чуть-чуть пробежать – и дома. Через парк, правда, идти приходится, но она привыкшая. Силуэты деревьев причудливые, изгибаются по-всякому. Она идет и насвистывает под нос песенку.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.