Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 2

Кийз Паркинсон Фрэнсис

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Любовь в наследство, или Пароходная готика. Книга 2 (Кийз Паркинсон)

Книга третья

Весна 1897 — весна 1918

14

Кредит продлен

Довольно долгое время после смерти Кэри Клайд совершенно не понимал, как он когда-то мог желать, чтобы Синди Лу была переполнена веселящимися гостями. Не считая Ларри, он не хотел видеть здесь никого и безумно жаждал тишины и уединения.

Не то чтобы он хоть на секунду подумал, что его теща и ее пожилая кузина намеренно злоупотребляют его гостеприимством; он вполне понимал, с какой неохотой миссис Софи доверяет совсем свежие могилы дочери и внучки его одинокой опеке. Также он понимал, как ревностно относится старая дама к тому, что Клайду доверена опека над ее правнуком. Он видел, что кузина Милдред полностью разделяет чувства его тещи. Однако в поведении этих двух старух, одетых в черное, не было и намека, будто они считают, что он постарается преодолеть печаль и, наконец решительно забыв о ней, начнет с надеждою вглядываться в будущее; напротив, они уважали и понимали его одиночество и невосполнимую утрату так же, как и он уважал и почитал их горе. Однако теперь присутствие посторонних людей в этом мрачном, печальном доме всякий раз раздражало его. И не важно, кем был тот или иной человек. Клайда по-прежнему заполняли мысли о его умерших любимых. И он жаждал воссоединиться с ними в покое и мире.

Он уже достиг такого состояния, что неотложность этого желания стала огромной, и он почти решил признаться в этом теще. Однако она освободила его от надобности говорить об этом, когда однажды вечером, выходя вместе с ним из столовой, вдруг сказала, что желала бы побеседовать с ним наедине, как только ему будет удобно. С годами глубочайшая бездна, разделяющая Клайда и старую даму, затянулась, но, хотя он очень высоко ценил ее и считал, что она больше не сердится на него, как это было в начале их брака с Люси, их отношения нельзя было назвать теплыми. И Клайд ответил теще с обычной вежливостью, которой всегда отличались их отношения:

— В любое время, когда это будет удобно вам. Может быть, вам угодно сделать это прямо сейчас?

— Благодарю. Мне бы этого очень хотелось.

Кузина Милдред пробормотала, что у нее легкая головная боль и ей хотелось бы уйти, если кузина Софи и кузен Клайд не возражают. Они, разумеется, не возражали, и кузина Милдред поспешно направилась к лестнице.

— Может быть, зажжем камин в библиотеке, — предложила миссис Софи. — В это время года довольно прохладно… вы не находите? В любом случае, с камином будет повеселее.

Клайд не входил в библиотеку с того дня, как погибла Люси; дверь туда даже не открывали. Как и в их спальню, в которой они провели столько лет и которая была их личной, неприкосновенной комнатой. Оставшись один, Клайд большую часть времени проводил в кабинете, но не мог же он пригласить туда тещу. К тому же она была права: для доверительной беседы подходила именно библиотека.

Он открыл дверь и посторонился, чтобы пропустить старую даму. Очевидно, здесь забыли закрыть ставни, во всяком случае, сейчас они были распахнуты и в комнату лился поздний вечерний солнечный свет. Все вокруг было в незыблемом порядке, однако этот порядок был домашним, а не официальным: возле письменного стола по-прежнему стояла корзина, в которую Люси бросала бумагу; рядом со столом ее любимый стул, а на другом столе — поменьше — лежала книга, которую Клайд читал ей вслух, когда они в последний раз были здесь вместе. Библиотека вся была наполнена присутствием Люси, однако это присутствие не имело никакого отношения к закрытому гробу и к тлетворному запаху гостиной. Клайд почувствовал пришедшее к нему облегчение, почти благодарность, когда наклонился, чтобы поднести спичку к аккуратно сложенным поленьям. Удостоверившись, что огонь занялся, он выпрямился и увидел тещу уже сидящей. Как только он протянул руку за стулом, она заговорила, даже не дождавшись, чтобы он тоже сел.

— Сегодня утром я получила три письма, и мне хотелось бы обсудить их с вами, — сообщила она. — Одно из писем пришло от моего управляющего. Он пишет, что я очень нужна в Сорренто. И чем быстрее я буду там, тем лучше. Поэтому я была бы вам весьма обязана, если бы вы сделали все необходимые приготовления к нашему с Милдред отъезду. Как только вы забронируете нам места, мы будем готовы уехать.

— Завтра с самого утра я прослежу за этим, миссис Софи. Но, как вы понимаете, я займусь этим немедленно не потому, что мне бы очень хотелось вашего скорейшего отъезда.

Он надеялся, что говорит вполне убедительно, по крайней мере совершенно искренне. Ему ведь и вправду не хотелось торопить ее — это было бы негостеприимно и несправедливо. Но вновь остаться в Синди Лу одному!..

— Да, я понимаю, — спокойно промолвила старая дама; и тут он внезапно осознал, что она и вправду понимает его. — Конечно же, если бы здесь что-то было не в порядке, я бы не уехала, — продолжала она. — Но, на мой взгляд, здесь довольно удовлетворительно. Слуги у вас опытные и преданные. Тьюди стала превосходной нянькой. И не думаю, что теперь она нуждается в каких-либо советах по уходу за Ларри, однако, если вдруг ей понадобится помощь, она всегда может обратиться к миссис Сердж или к доктору Брингеру. Кроме того, Ларри — очень бодрый, энергичный и здоровый мальчик. Сомневаюсь, что у вас возникнут какие-либо проблемы, связанные с его здоровьем. Я знаю, что вы будете присматривать за ним с чрезвычайной тщательностью. Вы завоевали мое доверие, Клайд, за столь долгие годы. Я поняла, что в браке с вами Люси обрела истинное счастье и что вы были настоящим отцом ее дочери. Вы ни разу никоим образом не подвели ее и никогда не подведете Ларри, в этом я абсолютно уверена.

— Благодарю вас, — тихо проговорил Клайд.

— Так что мне бы хотелось побеседовать с вами кое о чем, что не связано с нынешним благосостоянием Ларри. Мне бы хотелось поговорить о его будущем.

— О его будущем? — переспросил Клайд.

— Да. Разумеется, я допускаю, что он будет одним из ваших наследников. Но я решила так или иначе в интересах полной справедливости не делать его одним из моих наследников.

— Боюсь, что я не вполне вас понимаю, миссис Софи. Вы, конечно, правы, предполагая, что он будет моим наследником. Но…

Она предупредительно подняла руку, перебивая зятя, и этот жест был скорее величественным, нежели невежливым.

— Позвольте, я объяснюсь. Вам, безусловно, известно, что Люси хотела, чтобы Сорренто и Амальфи унаследовал Бушрод. Когда Кэри покинула Виргинию, она была слишком маленькой и никогда не испытывала каких-то особенных чувств к моим плантациям, ибо все ее интересы находились в Луизиане. Кроме того, ее обеспечили всем вы и ее муж. Поэтому между мною и Люси уже была как бы негласная договоренность, что Кэри вообще не будет иметь доли в моей собственности. Однако мы не запечатлели наш уговор на бумаге… насколько мне известно. А вам?

— Мне ничего не известно. Мы с Люси ни разу не обсуждали этого вопроса… Ну, если не считать того, что вы только что мне сказали: Люси хотела, чтобы Сорренто и Амальфи достались Бушроду. Похоже, это весьма справедливое решение.

— Вы уверены, что Люси не оставила ни завещания, ни даже какой-нибудь памятной записки?

— Абсолютно уверен. Она никогда не говорила об этом. Полагаю, если бы она оставила какие-либо бумаги, я обязательно знал бы об этом. Она никогда ничего не делала скрытно… и я уверен, что она не могла бы такого сделать. Она всегда обо всем рассказывала мне, делилась всеми своими мыслями и уважала мое мнение. Безусловно, она спросила бы моего совета, и мы вместе проконсультировались бы у адвоката. У нас… мы имели обычай делать все вместе, ничего не утаивая друг от друга.

— Знаю, — кивнула миссис Софи, и снова Клайд почувствовал ее полное понимание. — И тем не менее в подобном деле мы должны быть крайне предусмотрительными. Полагаю, вы не осмотрели ее письменного стола… или еще какого-нибудь места, где она могла хранить бумаги?

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.