Исход

Нагибин Юрий Маркович

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Рассказ

Как все самое важное в жизни человека, это началось просто и обыденно — с мелкого хамства. Целую неделю работал он над радиопередачей, рылся в своем неприбранном архиве, напрягал старые, но все такие же синие глаза над вылинявшими чернилами старых писем, просиживал по восемь часов за столом, преодолевая слабость и недомогание: июнь начался жарой, а частые, но короткие, неосвежающие дожди превратили густо заросший участок дома отдыха в парную. Ему все время не хватало воздуха, глубокий, проникающий вдох удавался лишь с разбега нескольких искусственных зевков, но он дал слово молоденькой белобрысой радиохлопотунье, что сдаст передачу в срок, и не хотел подводить начинающего редактора. Впрочем, он всегда был скрупулезно точен во всех делах, даже вовсе незначительных, так приучили с детства. Закончив, наконец, работу, он не без труда добрался до городского автомата — в доме отдыха телефон был лишь у директора, а он не любил одалживаться — и с тайной гордостью сообщил редакторше, что передача готова. Видимо, она не рассчитывала на такую прыть старого забалованного артиста и растерялась. Он был рад, что дал ей маленький урок: не надо думать, будто все «знаменитости» капризны и необязательны. Девушка так растерялась, что не приехала за его работой ни в этот, ни на следующий день. Он подумал, что зря старался, никому его передача не нужна, как не нужен и он сам. Мысль о его ненужности и забытости старательно поддерживала жена, моложавая, статная, жестковато-деловитая — актриса, ставшая деятельницей. Как он полагал, ею двигало желание избавить его от ненужных потуг и волнений, губительных для дважды пораженного инфарктом сердца. А недавно он обнаружил случайно, что жена уничтожает его утреннюю почту — сбрасывает в мусоропровод нераспечатанные письма. Подавив мгновенный щемящий ужас, он убедил себя, что и это делается для его блага, чтобы избавить от докучного труда прочтения и ответов. Он знал, что не в силах бороться с ней, и предпочитал каждому ее поступку подыскивать благовидную цель. Оборотной стороной сознания он понимал и другое: она столько лет прожила в его тени, в ущербном образе обязательного приложения к нему, «нагрузки», что абрис самостоятельной личности обрела лишь сейчас, когда он в прямом и переносном смысле ушел со сцены. По-человечески ее можно было понять. Тому, в ком горит хотя бы свеча, невыносимо жить отраженным светом.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.