Вавка

Нарышкина Мария Владимировна

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Вавка (Нарышкина Мария)

На беговой дорожке

В голубом небе красный флаг.

На старте лучшие бегуны. Предстоит финальный забег.

И опять все узнали курчавую, смуглую от загара девочку, походившую больше на негритянского мальчишку, гибкого и стройного. В движениях ее было тоже что-то мальчишеское. В том, как она несколько раз оглянулась и как примерилась к месту, чувствовалось нетерпение и горячность. Когда по взмаху флажка бегуны сорвались со своих мест, бегунья, похожая на негритенка, оказалась впереди всех. Она неслась легко и стремительно. И те, что сидели в первых рядах, видели на ее лице гордую радость победителя.

Уже совсем близко финиш. Как вдруг другая девочка, бежавшая следом, тоненькая, с дугой связанных сзади кос, пронеслась мимо нее. На стадионе стало удивительно тихо, потом взорвался гром возгласов.

— Нажми! Нажми! — неистово неслось над полем.

И ноги смуглой кудрявой девочки замелькали по беговой дорожке с удвоенной быстротой. Но соперница уже достигла финиша. Оглушительный шум обрушился на стадион.

Уже появились майки новых бегунов, а на стадионе не смолкал гул. У голубых киосков, торгующих газированной водой и стаканчиками со сливочным и шоколадным мороженым, густая толпа — не пробиться. Идет оживленный разговор.

— Вот здорово получилось!

— Эх, узнать бы, как ее фамилия!

— Вам какую фамилию? — бесцеремонно и небрежно осведомляется круглощекая девочка с дерзким взглядом круглых выпуклых глаз. В каждой руке у нее по вафельному стаканчику: — Той что победила? Пожалуйста: Туська Николаева.

Девочки рассматривают ее с интересом.

— А откуда ты знаешь?

— Откуда? От верблюда! Я, может быть, ее как свои пять пальцев знаю и даже лучше. Она, если хотите знать, круглая отличница. Вот. Случится, четверку схватит, — ревет, как белуга. — Она сделала рукой жест, показывающий внутреннее превосходство над такими людьми, которые могут реветь из-за четверки.

— Ладно, эту, может быть, ты и знаешь, а вот ту, курчавую, знаешь?

На лице круглощекой девочки презрительная усмешка. Она закатила глаза, поморгала с глубокомысленным видом и сообщила:

— Геня Власова.

«Что, съели?» — говорил ее торжествующий взгляд.

— Знаете, какая это девочка? Туська — та хоть отличница, но того… — стаканчик с мороженым описал в воздухе что-то, похожее на спираль. — Ни рыба, ни мясо… А вот эта девочка, так девочка! Вы еще такой, наверное, никогда не видели. Только скажет одно слово — все ее слушаются. Знаете, какая у нее сила воли? Ого! Она ее нарочно развивает. Ей, например, хочется с девочками в кино, да? А вот ни за что не пойдет. Она такая. И вообще нас с ней водой не разольешь. Генька — мой лучший друг. Куда я, туда и Генька. Иной раз даже надоест. Выйду во двор, а она уже ждет меня. — Пойдем, — говорит, — Валентина (или просто Вавка, это я значит, — она ткнула себя в грудь), — пойдем, — говорит, — на стадион. А я ей: — Хватит болтаться по стадионам. Надоело и некогда. Уроки нужно учить. А она: — Пойдем да пойдем. Без меня — никуда.

— А не врешь? — спросил кто-то с сомнением.

Вава смерила усомнившуюся уничтожающим взглядом:

— Не имею такой привычки.

Уважение к ней с каждым словом возрастало. Просто есть у людей такая манера — на всякий случай не верить, чтоб не остаться в дураках. Это Вава прекрасно понимала.

— Да что там говорить, — она сделала небрежный жест, — я Геньку знаю с самых пеленок. Да и Туську тоже. Туська — первая Генькина подруга.

— Ты же говорила, что ты ее лучшая подруга?

— Слушай ухом, а не брюхом: то первая, а то лучшая. Разница? Понимать нужно.

В этот момент Вава заметила, что из вафельного стаканчика вот-вот капнет растаявшее мороженое. Лицо ее мгновенно преобразилось. Вава быстро наклонилась и стала озабоченно слизывать стекающие капли. Она делала это сосредоточенно и в то же время с таким удовольствием, что девочки завертели головами, ища мороженщика.

— Вавка, где это ты запропастилась? — раздался вдруг возмущенный голос, и узкое лицо с узенькими веселыми глазками выглянуло из толпы. — А я-то по всему стадиону ищу!

Вава быстро оглянулась, тряхнула челкой, которая топорщилась над самыми бровями.

— Ирка! Нет, лучше скажи, где ты, ты где запропастилась? — накинулась она на подругу. — Все мороженое растаяло. Она, видите ли, где-то бегает, а тут переживай из-за ее мороженого. Дела мне больше нет?

Хитрые, веселые глаза Ирки быстро обежали собравшихся в кружок. Вава, заметив интерес, вызванный появлением нового лица, сразу переменила тон.

— Это Ира Ухова, мой друг.

Девочкам уже начало казаться, что дети на всем стадионе — Вавкины друзья. Было обидно и немножко завидно.

— Лучший друг или первый? — спросил кто-то насмешливо. — Как там у тебя?

Почувствовав насмешку, она ответила с достоинством.

— А это уж мы сами разберемся. Ясно? Ирочка, пойдем! — и она протянула подруге стаканчик шоколадного мороженого.

Тайна

Если мать работала в утреннюю смену, Вава выходила во двор, когда на улицах еще лежали прохладные тени. Она появлялась в воротах своего дома заспанная, но уже готовая к решительным действиям. Быстрым хозяйским взглядом окидывала окрестности.

— Дядя Ваня, здрасти! — бодро крикнула она дворнику, и поле действия уже было найдено. В руках у дяди Вани были метла и большой совок, в который он сгребал окурки и желтые листья. Заметив свободную метлу, прислоненную к стене, Вава сейчас же бросилась к ней. Размашистым движением, точно так же, как это делал сам дядя Ваня, она принялась мести.

Разговор велся несложный:

— Мать в утро работает?

— Ага!

— Завтрашний день и тебе вступать?

— Ага! — бодро отозвалась Вава.

Завтра начало занятий, и Ваве нравилась взрослая деловитость вопросов, с которой дядя Ваня говорил про школу. Время от времени Вава останавливалась и, оглядываясь, любовалась своей работой. Панель была исчерчена свежими следами метлы.

Но вдруг во дворе мелькнула знакомая фигурка. И все интересы Вавы моментально переключились туда. Как ни весело здесь, но у Вавы есть свои дела. Ворвавшись в парадную, в которой только что скрылась Туся, Вава на мгновение остановилась, прислушалась. На лестнице звучали голоса. Так и есть — Туська и Генька.

Через минуту все трое сидели на окне лестничной площадки и, вразнобой качая ногами, оживленно болтали.

— Что я знаю! — сразу же сообщила Вава.

Геня, строго-вопросительно посмотрев на нее, предостерегающе нахмурилась: если Вавка собирается завести разговор о вчерашних состязаниях, то пусть лучше молчит.

Но Вава прекрасно понимала, о чем можно говорить.

— Отгадайте, кто у нас будет в этом году классным руководителем? Ни за что не отгадаете, — Вава немного помедлила, испытывая терпение девочек. Голова ее с удивительной быстротой поворачивалась то в одну, то в другую сторону так, что короткие косички шлепали по щекам.

— Александра Александровна! — выпалила она. — Здорово? — С минуту она наслаждалась впечатлением, произведенным новостью, и строго добавила: — Только это тайна. Смотрите, чтоб ни одна живая душа не знала.

Вава очень любила сенсации, и, надо отдать ей справедливость, умела их использовать. Впрочем, тайны у нее не держались, да и какой в них интерес, если ни с кем нельзя поделиться?

— Ох, девчонки, и классик у нас будет! — она даже прищелкнула языком. — Представляете: Александра Александровна — воспитатель, Генька — председатель отряда…

— Нет уж, председателем я больше не буду, — решительно перебила ее Геня, — и так с самого третьего класса, хватит!

Геня отвернулась, посмотрела вниз, во двор, где играли дети.

Сквозь запыленное стекло на лестницу падал солнечный луч. В его свете курчавые волосы Гени отливали начищенной медью. Лоб у нее большой, выпуклый, нос крепкий, с тонкими расширенными ноздрями.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.