Олимпийское спокойствие

Свердлов Леонид

Серия: Будни Олимпа [1]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Олимпийское спокойствие (Свердлов Леонид)

1. Зевс и Фетида

По безоблачному небу, сверкая в лучах солнца как звезда, чаруя изяществом движений, бежала Фетида. За ней, пыхтя и тяжело ступая, гнался громовержец Зевс.

«Нимфа! Богиня! Ух ты, шустрая какая! Ну, погоди, догоню ж я тебя!» — бормотал он, на ходу подкручивая усы.

Впереди уже показались вершины Кавказа. Фетида ничуть не устала. Время от времени осторожно оглядываясь, она заметила, что грузный и уже немолодой Зевс начинал выдыхаться, и снизила темп. Расстояние между ними стало уменьшаться, но тут вдруг до Зевса донёсся чей-то бестактный смешок откуда-то снизу. Громовержец недовольно глянул на скалу, откуда на него, усмехаясь, нагло пялился прикованный титан.

Зевс прервал погоню и плавно опустился на уступ рядом с нахалом.

«Привет, Прометей! — сказал он, ухмыляясь. — Огня не дашь?»

Прометей не обиделся на злую шутку и только снова рассмеялся в ответ.

— Нет, Зевс. Огонь давать я зарёкся. Придётся тебе потерпеть.

Зевс усмехнулся.

— Шучу. Я некурящий. Это я тебя испытывал.

— Знаю. Я тоже шучу, — ответил Прометей и опять засмеялся.

Титан вёл себя вызывающе, но Зевс был в слишком хорошем настроении, чтобы из-за этого обижаться. Ни одно облачко по-прежнему не омрачало небосвод.

Он толкнул Прометея локтем и с таинственной улыбкой кивнул в сторону Фетиды, которая зависла в воздухе немного в отдалении и с великолепным изяществом разминала суставы.

— Солнышко! Звезда!

— Ага, — согласился Прометей, — небесное тело. Какая физическая форма! Какое здоровье! Самка хоть куда.

— Физиолог! — фыркнул Зевс.

— Я стараюсь во всём видеть главное, а главное — какие дети у неё будут, — Прометей ещё раз внимательно рассмотрел Фетиду, будто сравнивал её с каким-то эталоном. — Так вот, дети у неё будут выдающиеся. Её сын во всём превзойдёт своего отца. Во всём.

По доселе ясному небу чередой побежали густые облака. Зевс посмотрел на Прометея. Лицо титана в первый раз за весь разговор было совершенно серьёзно. Солнце скрылось за облаками.

— Какого ещё отца он превзойдёт? Меня, что ли? — сурово переспросил Зевс.

В ответ Прометей снова расхохотался.

Тучи сгустились, где-то вдалеке сверкнула молния.

— Знаешь, Прометей, что меня в тебе больше всего раздражает? Смех этот идиотский. Пока вести себя не научишься, ни на какое снисхождение не рассчитывай.

Впрочем, тот ни на какое снисхождение, видимо, и не рассчитывал. Он только ещё громче расхохотался. Ему нечего было терять: наказать его ещё больше было невозможно, а настроение Зевсу он своим смехом вконец угробил.

Не попрощавшись, громовержец оттолкнулся от скалы, одним рывком настиг Фетиду и решительно взял её за плечо.

— Ах! — воскликнула она. — Это вы, Зевс Кронович! Как вы меня напугали! А я всё думала, что это за мужчина за мной гонится.

Зевс окинул её быстрым взглядом и отвёл глаза.

— Дело у меня к тебе, Фетида, — сухо сказал он.

— Я вас слушаю, Зевс Кронович, — страстно, с придыханием произнесла Фетида, теребя пояс своего спортивного хитона. — Как же здесь жарко! Я, кажется, вся пылаю!

Солнце выглянуло из-за тучи. В душе Зевса насмерть сражались две его божественные ипостаси: мужчина и политик. Политик победил, и солнце вновь скрылось.

Конечно, от Прометея можно ждать любой гадости, но врать он никогда не умел. Он сказал правду: сын превзойдёт отца. Зевс знал, к чему это ведёт, он ведь тоже когда-то превзошёл отца, и теперь Крон томится в Тартаре, а Зевс правит Олимпом.

Он в последний раз взглянул на Фетиду. Она смотрела на него страстно и преданно.

— Замуж тебе надо, Фетида. За Пелея.

Нимфа тихо пискнула от неожиданности.

— За смертного? Это вы так шутите? — осторожно спросила она.

— Парень он хороший, — продолжал Зевс, глядя куда-то в сторону. — Царь. Спортсмен тоже. Счастливо с ним жить будешь.

— Не хочу я ни за какого Пелея! Не заставите! — взвизгнула Фетида и вдруг расплакалась. — За что? В чём я провинилась?

Небо озарилось яркой вспышкой.

— Ты с кем споришь, Фетида! За кого скажу, за того и пойдёшь! Не добром, так силой!

Нимфа резко развернулась, закрыла лицо ладошкой и, громко всхлипывая, побрела обратно в Грецию. Зевс печально смотрел ей вслед.

Домой он вернулся уже под вечер. Тихонько прикрыл за собой дверь, зашарил в темноте рукой по стенке. Вдруг что-то полыхнуло во мраке прихожей. Комета с шипением пронеслась мимо головы громовержца, он едва успел увернуться от планеты второй звёздной величины, поймал на лету звезду, отшвырнул в сторону и затряс обожжённой ладонью. При этом другой рукой он, изловчившись, схватил за запястье свою жену Геру, которая уже собралась ещё чем-то в него запустить.

— Явился, кобель! Явился, козёл старый! — завопила Гера. — А ну, быстро всё рассказывай!

— Про что рассказывать? — печально спросил громовержец.

— Про что?! Про эту шлюху Фетиду, ох уж и доберусь я до неё!

— Фетида не шлюха, — в голосе Зевса послышалась неподдельная боль. — Она за Пелея замуж идёт.

Гера перестала вырываться и замерла от неожиданности.

— Как за Пелея? За смертного? Почему это?

Молния ударила прямо перед дворцом, и оглушительный гром потряс Олимп.

— Потому, что я так сказал! Потому, что такова воля Зевса!

Метеорологический гнев мужа не произвёл на Геру никакого впечатления.

— Так ты, братец, гнался за ней до самого Кавказа, только чтобы сообщить эту свою волю? Какой-то новый вид спорта в нашей олимпийской программе.

— Оставь меня, Гера, я устал, — сказал Зевс и, отодвинув жену, вышел из прихожей.

Весь вечер непрерывно шёл дождь. Тоненькие струйки лились уныло и безостановочно. Где-то вдали порой погрохатывало, но не грозно, а жалобно и печально.

В Дельфах, под сводами храма Аполлона три бога прятались от непогоды.

— Разошёлся сегодня старик, — проворчал Дионис, разливая очередную амфору.

— Переживает Кроныч. Это из-за Фетиды, — ответил Гермес. — Гонялся за ней всё утро, а потом велел выходить замуж за смертного, и теперь, вот, дождём горе заливает. Не понимаю, что там у него с Фетидой случилось, что она ему такого сделала?

— Спрашивать надо, скорей, чего она ему не сделала, — похабно усмехнулся Дионис.

— Хорош богохульствовать! Зевсу ещё никто не отказывал. Тут что-то другое. Хотелось бы узнать, что по этому поводу скажет дельфийский оракул.

— Ближайшую неделю над всей Элладой проливные дожди, — неохотно отозвался Аполлон.

— И это всё? — настаивал Гермес. — Бежал за ней как мальчишка, а потом переговорил о чём-то с Прометеем, и вот, Фетида прибегает домой вся в слезах, и по всей Элладе проливные дожди. Это нормально? Кроныч тысячу лет с Прометеем не разговаривал. После последней беседы он пришёл в такое бешенство, что наслал на мир Пандору с её дурацким ящиком. И чего же нам теперь ждать?

— Хочешь понять замыслы Зевса? — иронически усмехнулся Аполлон.

Дионис рассмеялся.

— Да уж, непредсказуемый дед.

«Старый маразматик!» — неожиданно для себя подумал Гермес и, вздрогнув от такой мысли, осторожно посмотрел на Аполлона.

— Ты не прав, — очень серьёзно сказал тот. — Старый он только для солидности. Он ещё всех нас переживёт.

Дионис снова расхохотался.

— Как это он нас переживёт? Мы ж бессмертные. Мы всегда жить будем.

— Будем. Только мы будем жить в детских сказках, а ему будут строить храмы и жертвы приносить.

— Ерунда! Он что, из всех богов один останется? Не может такого быть! Бог не может быть один. Не справится, да и тоскливо это.

— Ты за него не беспокойся, — ответил Аполлон.

— Представляю, что он в одиночку устроит, — задумчиво сказал Гермес. — Я-то уж его хорошо узнал: столько времени служу секретарём по особым поручениям. Тот ещё начальник, скажу я вам. Уж на что я сам без комплексов и ограничений, а от него меня вечно в дрожь кидает. Люди для него как грязь. Да что люди! Он и к богам не лучше относится.

Алфавит

Интересное

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.