Победа демократии

Свердлов Леонид

Серия: Рассказы о Черном Джо [0]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Победа демократии (Свердлов Леонид)

— Нет, ну ты только посмотри на нее, Билли! Ну разве она не прекрасна?! Именно такой мне не хватало. Я искал ее везде, а нашел тут, в этой глуши. Как же, все-таки причудливо изгибаются линии человеческой судьбы!

Черный Джо, заломив руки, любовался на роскошный белый лимузин, выставленный в витрине магазинчика на окраине города.

— Мне кажется, мы уже не зря сюда приехали. Знаешь, почему? Потому что этот автомобиль будет моим. Завтра же. Даже если нам придется ограбить все банки в этой стране.

Билли не торопясь подошел к витрине и скептически взглянул на предмет восхищения Черного Джо.

— Да ты, я вижу, совсем кинозвездой себя вообразил. Где это ты видел, чтоб грабители ездили на таких тачках?

— Ты только представь себе, — запальчиво возразил Черный Джо, — я подъезжаю к банку на таком автомобиле, захожу в кассовый зал и говорю: «Не с места, это ограбление! Я Черный Джо! Все деньги в багажник моей машины!» Вообрази, что это будет! Это будет шок! Это будет фурор! Это будет ограбление века! О нем все будут говорить много лет. И ты посмотри на этот багажник! Да в него влезет несколько миллиардов сотенными купюрами!

— Несерьезно, Джо, — сказал Билли, возвращаясь к машине, припаркованной на обочине. — Грабители не зарабатывают столько. Или ты надумал сменить профессию?

Они сели в машину и поехали в сторону города.

— Знаешь, Билли, — сказал Черный Джо, — я действительно подумываю в последнее время о том, чтобы найти себе более денежное занятие. Грабить банки — дело, конечно, романтичное, но уж больно несолидное. Есть люди, которые, не сходя с места, ухитряются за день награбить как мы за год. Помнишь Тупого Макса?

— Конечно, я же с ним три месяца в одной камере сидел. Безнадежный: из собственного кармана пачку сигарет вытащить не может, чтоб не рассыпать. Такие позорят всех карманников.

— Вот именно. Он и взялся за ум. Знаешь, кем устроился? Вступил в какую-то партию, избрался в парламент и теперь отвечает за бюджет целого города.

— Умеет жить. А что, Джо, ты никак решил в политику податься? Брось! Политика — дело грязное, лучше быть бедным, но честным. Настоящие мужчины должны грабить банки.

— Это предрассудки. Среди политиков тоже порой встречаются нормальные мужики. Например… сразу никого не припомню, но думаю, мы очень скоро с такими познакомимся.

Улицы города, куда ехали Черный Джо и Билли, были заполнены людьми. Люди разных возрастов в одинаковых бумажных шапочках размахивали флагами, кричали, пели песни и не давали проехать.

— Наверное, рекламная акция нового средства от перхоти, — проворчал Билли, останавливая машину. — Ужас, как все они надоели. Раньше из-за них телевизор не посмотреть было, а теперь еще и по улице не проехать.

В это время на трибуну в конце улицы взбежал человек с микрофоном, и по улице из мощных динамиков понеслись его слова:

— Друзья! Сограждане! Соотечественники! Вот мы и собрались вместе, чтобы, наконец, самим, своими силами и своим умом решить свое будущее. Пусть власти знают, что мы больше не бездумное стадо, которое будет голосовать за их кандидата. С этого дня мы думающий, ответственный за свое будущее народ, который проголосует за нашего кандидата. Эти шапочки — знак нашей интеллектуальной победы. Того, кто наденет такую шапочку, уже не удастся заморочить убогой пропагандой властей. Человек в шапочке — это свободный человек в свободном обществе. Мы думаем! Мы ду-ма-ем! Ду-ма-ем!

«Ду-ма-ем! Ду-ма-ем!» — подхватили мыслящие шапочки.

— Во, до чего перхоть доводит, — сказал Билли, заглушив мотор. — Вообще-то я люблю митинги. Там люди совершенно забывает о своих кошельках, их можно раздеть до трусов, а они ничего не заметят.

— Не о том думаешь, — ответил Джо. — У нас грандиозные планы, а ты все о карманах. Между прочим, настоящий политик может раздеть людей до трусов, не сходя с трибуны. Вот это действительно класс.

— Да ну! — недоверчиво покосился Билли. — И как же он это сделает?

— Я тебе потом объясню. Сейчас время терять нельзя.

Черный Джо открыл дверь, но выйти не смог: как раз в этот момент толпа перестала скандировать, и машину окружили митингующие.

— А вы чего не думаете?

— Мы думаем, — поспешно ответил Черный Джо. — Мы все время думаем, только про себя.

— Оно и видно, что про себя, а надо про народ и про наше будущее. А ну, бей их, ребята!

Джо поспешно захлопнул дверь. Машина начала раскачиваться. Митингующие налегали то с одной, то с другой стороны, крыша прогнулась под ударами нападавших, одно за другим разлетелись стекла. Наконец, народу удалось организоваться как следует и толкнуть с одной стороны. Автомобиль опрокинулся на крышу. Казалось, что карьера великого преступника подошла к концу, но тут с трибуны снова призвали к думанью и массы с воодушевлением предались своему любимому занятию, оставив искореженный автомобиль лежать посреди улицы.

Черный Джо отстегнул ремень и сполз на крышу.

— Быстрее, Билли, — сказал он. — Там, в бардачке, должна быть газета.

Билли сразу понял, что Джо имел в виду. Разделив газету, друзья быстро принялись складывать из нее модные думающие шапки. Получилось довольно быстро: профессиональной ловкости рук у друзей было побольше, чем политической грамотности. Демонстранты еще не успели надуматься, как Черный Джо и Билли, замаскированные под свободных граждан, выползли из машины и смешались с толпой.

— Ничего, машину не жалко, — говорил Джо, лавируя между флагами и транспарантами. — Завтра же у нас будет другая машина. Я обещаю. Самые большие деньги делаются именно в такие моменты.

— Какие деньги, Джо? Банки наверняка все закрылись.

— Забудь о банках! Что ты все то о банках, то о карманах каких-то. Это не наш масштаб… Ду-ма-ем! Ду-ма-ем!

— Ду-ма-ем! Ду-ма-ем! — неохотно подпевал Билли, одновременно стараясь не упустить Черного Джо из виду и на ходу выхватывая кошельки, торчащие из карманов думающих людей.

Медленно, но верно друзья продвигались к центру города. С каждой улицей протиснуться становилось все труднее, поскольку их целью был самый эпицентр грандиозного митинга: здание главного городского детского сада, где располагался штаб оппозиции.

Там их встретил солидный мужчина в дорогом костюме и в бумажной шапочке.

— Рад вас видеть в числе наших сторонников, — сказал он, пожимая руки Черному Джо и Билли. — Спасибо, что откликнулись на наш призыв: нам сейчас очень нужна квалифицированная помощь. Каждый человек на счету.

— Это у вас-то мало людей? — недоверчиво переспросил Билли.

— Это избиратели. Они думают, а нужны такие, кто действует. Нам удалось поднять народ на борьбу с тоталитарным режимом, который всех уже достал. Но режим не хочет сдаваться. Они идут на все, чтобы оклеветать наших лидеров в глазах народа, и, главное, в глазах мирового сообщества. Они собрали документы, из которых следует, что наш лидер что-то украл. Вы оцените этот иезуитский цинизм! Ну как можно достойнейшего политика обвинять в том, что он ворует? А кто не ворует? Ты, Черный Джо, не воруешь? Ты, Билли, не воруешь? Я, что ли, не ворую? А они на нас дело шить пытаются. Ты понимаешь, Джо, как это называется?

— Политика, — вздохнул Джо.

— Вот именно. Нам нужно это дело. Это такая толстая серая папка с голубыми тесемками. Достань ее нам, Черный Джо, и народ щедро отблагодарит тебя за это.

— Ну, на благодарность народа я, честно говоря, не очень рассчитываю.

Человек в костюме и бумажной шапочке улыбнулся.

— Это так говорится. Ну, ты же понял, что я имею в виду. Мы ждем, и да пребудет с вами демократия.

«Вот мы и стали участниками политического процесса, — сказал Черный Джо, выходя из детского сада. — Можешь не сомневаться, завтра мы уедем отсюда на той машине, если у нас вообще появится желание отсюда уехать, но ту машину мы купим в любом случае».

По мере приближения к Дому Правительства толпа становилась все более агрессивной. Все чаще вместо «Думаем!» над улицами раздавалось грозное «Позор!»

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.