Через семь гробов 2

Казьмин Михаил Иванович

Серия: Через семь гробов [2]
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Через семь гробов 2 (Казьмин Михаил)

Пролог

Последний день учебного года — день особенный. И те, кто учит, и те, кого учат, ходят сами не свои. Первые прикидывают, что именно надо будет сделать перед отпуском, вторые, ну если им не сдавать выпускные экзамены, конечно, уже мысленно на каникулах. Что характерно — и те, и другие передвигаются по родным учебным заведениям с блаженными улыбками и в результате все школы, гимназии, училища и университеты в этот день напоминают какие-то странные сумасшедшие дома, куда помещают только веселых, довольных и дружелюбно настроенных больных. Причем наиболее сильно это заметно именно в школах и гимназиях, а не в институтах и университетах, не иначе как в силу большей непосредственности детей и подростков и особенной радости учителей, у которых уже прямо завтра начнется отдых от своих беспокойных учеников.

Вот и вторая женская гимназия города Тюленева, что на Александрии, одной из наиболее освоенных планет Русского космоса, еще совсем недавно, какой-то час назад, была похожа на такой веселый сумасшедший дом. А сейчас, когда остались только старшие гимназистки и выпускницы, в гимназических коридорах воцарились тишина и покой, но радостное и приподнятое настроение, пусть и слегка разбавленное усталостью, буквально пропитывало собой все здание и всех, кто в нем еще находился.

Однако же, внимание многих юных красавиц, уже представлявших себя на каникулах, неожиданно привлекло некоторое оживление, возникшее в конце коридора. Те, кто этим оживлением заинтересовались, не прогадали — открывшееся им зрелище было для стен гимназии совершенно необычным и при этом очень-очень интересным.

По коридору шел высокий, статный и совершенно еще не старый, лет, наверное, тридцати, офицер. Темно-синий с голубым выходной мундир летного флота, золотые погоны с голубыми просветами и серебряными звездочками штабс-ротмистра, награды, среди которых выделялся белый эмалевый крестик на черно-оранжевой ленте — настоящий герой, именно настоящий, а не какой-то там сказочный принц. С доброй улыбкой вежливо отвечающий на приветствия воспитанных девиц, провожаемый мечтательными взглядами и легким заинтересованно-восхищенным шепотком, он проследовал прямо в учительскую, возле дверей которой моментально образовались несколько группок ну просто случайно оказавшихся тут гимназисток. Ждать им пришлось недолго — уже минут через пять офицер вышел в коридор вместе с молодой учительницей немецкого языка, только в этом году начавшей работать в гимназии.

— Что за собрание? — спросила немка у ближайшей стайки гимназисток. Спросила с легким акцентом, выдававшим в ней немку не только по профессии, но и по рождению. Те, что стояли подальше, моментально оказались чем-то заняты — копались в сумках, оживленно болтали, но удаляться не спешили.

— Аделаида Генриховна, ну мы же с девчонками теперь все лето не увидимся! Надо же пообщаться напоследок!

Учительница переглянулась с офицером, оба едва заметно улыбнулись.

— Я с вами тоже теперь все лето не увижусь, — немка сделала вид, что поверила. — Так что до встречи в новом учебном году. И надеюсь, что вы, Сенцова, в следующем году улучшите ваше произношение. А то я говорю по-русски лучше, чем вы по-немецки. До свидания!

— До свидания, Аделаида Генриховна! До свидания, господин офицер! — нестройным хором ответили гимназистки.

— Ну что, убедились? — торжествующе сказала та самая Сенцова, дождавшись, пока офицер с учительницей отойдут подальше. — Я же сразу вам сказала, что это Аделаиды нашей муж!

— И откуда ты только знаешь, — недовольно ответила одна из девиц.

— Так они дом построили рядом с моим братом, — победные нотки в голосе Сенцовой еще сильнее укрепились. — И брат мне в архиве новостей про них показывал. Представляете, он ее от пиратов спас, прямо с пиратской базы вытащил!

— Да… — с завистью протянула еще одна гимназистка. — И спас ее, и любовь у них, сразу видно… Мне бы такого мужа…

Сенцова, отступив на шаг, демонстративно критическим взглядом окинула по-подростковому угловатую подругу.

— Ты, Даш, сначала фигуру себе отрасти, как у Аделаиды, тогда уже и о таком муже мечтать будешь…

Глава 1

В этот полет Корнев отправлялся без особого удовольствия. Все-таки после такого замечательного дня нужно было еще хотя бы сутки провести дома. А тут…

Собственно, в день перед вылетом они с женой были на приеме, который давал градоначальник Тюленева в честь окончания учебного года. Прием прошел просто прекрасно, даже включая официальную часть с обязательными речами о крайне важном для всех нас труде учителя. Не так давно назначенный в Тюленев градоначальник Порохов в очередной раз подтвердил свою репутацию человека делового и чуждого всяческому словоблудию, выступив кратко и ярко, безо всякого занудства. Александр, епископ Тюленевский и Лисянский, оказался даже едва ли не более лаконичным, и потому некоторая вероятность того, что мероприятие погрязнет в официальном пафосе, умерла, так и не успев родиться.

Зато концерт, артистами в котором выступали сами виновники торжества, прошел просто на ура. Воспитатели детских садов и школьные учителя, преподаватели профессиональных училищ и университета блеснули своими разносторонними талантами — пели и играли, разыгрывали смешные сценки, рассказывали анекдоты и просто веселые истории из своей работы. В зале гремели дружные аплодисменты и искренний смех, местами переходящий в совершенно неприличный хохот. А что, раз здесь нет учеников и студентов, могут же педагоги расслабиться и как следует повеселиться? Еще как могут!

Ну и фуршет порадовал самыми разнообразными напитками и закусками, непринужденным общением и общей атмосферой радости и дружелюбия. Корневым, впервые участвовавшим в подобном, даже не понадобилась помощь Ольги, старшей сестры Романа, и ее мужа Владимира, которые за немалое время своей педагогической карьеры к такому привыкли. Как раз во время фуршета было удобно разглядывать собравшихся — интересно же! Разумеется, большая часть здешней публики была в синевато-серых мундирах министерства образования. Светло-синие петлицы университетских преподавателей и темно-синие школьных учителей, ярко-зеленые воспитателей детских садов и черные наставников профессиональных училищ, золотые пуговицы действующих преподавателей и серебряные чиновников — только это и отличало друг от друга одеяние шестерых из каждого десятка присутствующих.

Вообще, людей в форме хватало. Второе место среди них прочно удерживали офицеры, хотя летчиков в темно-синем было не так много — в основном армейские в темно-зеленом и флотские в черном. Роман помнил, как сестра рассказывала, что среди женщин-преподавателей офицерских жен немало, и теперь мог лично в этом убедиться. Ну и мундиры самых разных гражданских корпусов и ведомств тоже, понятное дело, присутствовали, как и черные рясы преподавателей — священников и монахов. Даже странным казалось, что кто-то здесь еще одет в гражданское.

— Господин и госпожа Корневы? Роман Михайлович и Аделаида Генриховна, если не ошибаюсь? — градоначальник подобрался как-то незаметно. Оставалось только вежливо кивнуть, подтверждая, что тот обратился к ним правильно.

— Порохов, Владислав Сергеевич, градоначальник. Виноват, у меня как-то не было возможности познакомиться с вами раньше, с удовольствием исправляю эту мою оплошность.

Порохов чокнулся своим бокалом с Корневым и его супругой, лишь слегка пригубив шампанское. Оно и понятно — первому лицу города надо проявить внимание ко всем гостям, и если бы каждый раз он отпивал хотя бы по глотку, то вполне мог набраться до состояния, недопустимого для человека в форме вообще, а для администратора такого ранга в особенности.

— В Тюленеве не так много георгиевских кавалеров, — градоначальник повернулся к Корневу вполоборота, чтобы не проявлять неучтивость, отворачиваясь от супруги собеседника. — Прошу простить, Роман Михайлович, я просто обязан был выразить вам почтение, как только вступил в должность. Тем более что вы и на новом поприще проявили исключительную храбрость, — глазами Порохов показал на германский бронзовый крест. — Я искренне рад, что такие заслуженные воины украшают сегодня наш прием.

Алфавит

Похожие книги

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.