Боги должны уйти

Норд Ноэми

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать

БОГИ ДОЛЖНЫ УЙТИ

1. БОЙТЕСЬ ПЕРНАТОГО ЗМЕЯ!

-1-

Совы ночные зоарини разухались. Стон пронесся по Солнечной долине. Это плакали юные девы и матери, а болтливые сороки и неразлучники вторили им:

- Не может быть!

- Дадада! Это сделала Синевласая Лань!

- Онаааааа?!

- Осквернила источник!

- Погрузила ноги в святилище Пернатого Змея!

- Из-за нее высохло небо!

- Пусть умрет и кровью заплатит за каждую каплю дождя!
- так вопили и проклинали меня в каждом доме.

А еще они шептали и в страхе косили глаза в сторону гор: "Ненависть, которая права, дадада"!

"Обиженный Кецалькоатль", "Разгневанное небо"... Ооооо!.. Я? Надо было давно рассказать, что я всегда мыла ноги в этом святилище.

Помню, трехлетней соплячкой бесстрашно барабанила ладошками по божественной поверхности, пытаясь вызвать грозного бога.

"Эй, ты, покажись, позволь взглянуть на тебя, ужасного!" - кричала я, прислушиваясь к пустоте унесенного эха.

Божество не вылезло из укрытия, даже когда я бросила камень в торчащий над поверхностью рог.

Святилище... Святилище... Жрецы прожужжали уши молитвами, причитаниями, горестными охами, закатыванием глаз, воскурением фимиама и прыганьем за связанной жабой в танце дождя. Нет в этом озере бога. Не вылезет. Но жрецы продолжают трясти перьями и вещать:

"Бойтесь Пернатого Змея! Страшитесь божественного гнева! Не смейте нарушить табу!"

"Бойтесь, бойтесь, бойтесь!" Пусть трясут жрецы скорченными пальцами над котлами волшебных напитков! Пусть боятся тени совы и скрипа крысы! Без шакальих завываний и лизания раскаленных святых камней никто не поверит в сказки про спящих богов. Жрецы словно продолбили дырки в головах и вливают изо дня в день допотопные воспоминания. О ком? О всесильных невидимках? О мраке времен? Вершины для них недосягаемы. Омуты страшат, а найденные в развалинах камни с рисунками сулят о каре.

Я с колыбели смеялась над глупым табу: "Не прикасаться к Святой Чистоте!" А я прикасалась. Шумные детские игры в воде давно распугали не только богов, но и водяных крыс, поселившихся в Святой Чистоте.

Взрослые никогда не мешают детским забавам. Потому что сами были детьми и из века в век поступали так же. Не найдешь ни одного человека, кто, проходя мимо озера, не отведал бы его звенящей на зубах прохлады. А по ночам женщины племени приходят к озеру совсем не для того, чтобы молиться. Святая Чистота дарует здоровье и свежесть прекрасным телам.

Озеро не должно томиться под запретом. Помню, как я в детстве омывала глину с расшибленных коленей и вытаскивала из пяток колючки змеиного кактуса, лишь ледяная струя могла усмирить жжение кислого яда. Позднее, когда первая женская кровь заструилась по бедрам, я с лучами молодой луны, погрузила в Святую Чистоту не только ноги, но плечи и грудь, соединив с кристаллами свежести все мурашки на теле.

Что со мной сделал за это Кецалькоатль? Бог, которого нет?

Из зеркальной воды улыбалась стройная длинноволосая красавица. Ее мокрая кожа волшебно сверкала. Я сложила руки над головой и нырнула в отражение. Если смотреть на луну со дна святого источника, на ней можно увидеть крошечных водомерок.

Зато в ледяной глубине, там, под осколком черной скалы, я нашла кости бога. Гигантские ребра вросли в песок и вздымались, как своды храма над головой. Мне едва хватило воздуха, чтобы с бешеной скоростью, пролетев под стволом позвонков, вынырнуть из отвалившейся челюсти. Громадные зубы светились в лучах луны. Казалось, кости вот-вот оживут, и челюсть сомкнется на моей шее.

Сквозь пустые глазницы можно было залезть в череп, там тоже была одна пустота. Я расшатала сточенный старостью клык, но вытащить не смогла. Стоило бы его показать жрецам, посмеяться над страхом в птичьих глазах.

Бог был стар, когда умер, и одинок.

Храбрый Лис всегда был рядом. Он смеялся над женскими неприятностями, которые сводили с ума рой мух. Он хохотал, глядя, как я пряталась от кусачих тварей в кругах воды, и кидал в мои косы пустые ракушки:

- Выходи, Синевласая Лань! Иначе в тебя влюбится Кецалькоатль!

- А ты? Ты влюбишься в меня?
- хохотала я и пригоршнями плескала в насмешливое лицо отражение луны. Он по-настоящему пугался и стряхивал с перьев капли священной воды:

- Ты снова нарушила табу. Ты залезла в святилище. Ты не боишься Его.

- Пусть Он боится меня.

Когда я вылезла из святилища, хрустальные капли скатились по спине, громко звеня в тишине. Храбрый Лис прикоснулся губами к соскам, превратил их в раскаленный базальт. И тело окаменело в ожидании рук... ниже и ниже... где табу... О-о-о!

Он знал, что нельзя. Соблюдал законы строже Крученой Губы, старой злющей девы. А я давным-давно знала, что все можно, и закрывала глаза, давая понять, что не замечаю, куда залезли нетерпеливые руки, пока неровное дыхание опаляло волосы под ракушками пояска.

- Ты восхитительная! Ты прекраснее всех девушек на свете... Завтра я надену на твои бедра повязку из чешуи лазурной игуаны, и мы до конца жизни будем вместе.

Лучше бы он немедленно проявил храбрость брачного воина здесь, в прохладе святилища Пернатого Змея, без напоминаний о традициях предков. Но он... Смущенно вырвался из неистовых объятий и припустил в злосчастную нору Старшего жреца... навстречу беде.

-2-

Ухо Пса, мерзкий доносчик, опередил его бег. Он ворвался в Дом Побед, рыча, топая ногами и вопя:

- Священный источник осквернен смердящими ногами наших дев! Кецалькоатль жаждет крови!

Старший жрец воздел руки вверх, и колокольчики на его сандалиях пронзительно зазвенели.

- О, ненависть богов! Жажда неба царапает когтями землю, и глубокие трещины ползут вслед за огненным прикосновением!

Увидев меня, младшая сестра, Маленькая Лилия, заплакала:

- Синевласая Лань, беги! Жабий Жрец пришел за тобой. Он сказал, что ты мыла ноги в Святой Чистоте, и Пернатый Змей увидел твое отражение. Бог влюбился в тебя. Он призвал тебя. Ты красивее всех. Прощай!

Подруги, укоризненно зацокав языками, обступили меня тесным кругом:

- Убегаешь? От смерти не убежишь. Прощай, подруга.

Печаль перекосила их скорбные лица. Глупые девчонки старались изобразить великое горе, замазали щеки и лбы черным пеплом, но под потоками слез траурные маски сползли, рисуя на лицах невообразимо смешные гримасы.

- Как ты могла! Ах-ах-ах!

- Теперь ты стала невестой Пернатого Змея. Попроси у него изумрудный глаз и будешь знать, что случится в следующем году.

- Лучше попроси у него рубиновый коготь и станешь бессмертной.

Я не смогла растолкать завистливую свору:

- Пустите, дайте пройти.

- Стой, Синевласая Лань! Ты никуда не уйдешь, - качнулись орлиные перья вождя, и подруги примолкли. Голос Несокрушимого, моего обожаемого отца, разорвал сердце:

- Свершилось непоправимое, дети мои. Смертельная жажда опалила Солнечную долину, сожгла дивные луга и леса. Старший жрец и я долго искали причину лютой ненависти богов к нашему народу. Тайные посланцы изыскивали нарушителей в каждом доме. Наконец виновник обнаружен. Теперь мы знаем из-за кого лоно земли избороздили трещины ада. Старший жрец древней волшбой и молитвами искупит вину преступного рода. Смерть моей дочери на Скале Виноватых Женщин спасет Солнечную долину от ярости богов.

Алфавит

Предложения

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.