Зверь силы

Белояр Ирина

Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Зверь силы (Белояр Ирина)

— Ты — уникум. Все понимаю, одного не могу понять — как под бубен можно заснуть? Абсолютно немелодичный инструмент.

— Подумаешь. Мое детство прошло возле аэропорта Домодедово. Самолеты взлетали, тоже совершенно немелодично. А я спал.

Лялька наморщила лоб.

— Нет. Тут все сложнее. Твоя память боится распечатывать какой-то подавленный материал. Как только подходишь вплотную к содержимому подкорки, сознание переклинивает. Переживания наверняка есть, но ты их не можешь вспомнить. А кажется, что проспал весь сеанс.

В памяти шевельнулось нечто огромное и ужасно значительное, умом не объять. Шевельнулось и исчезло.

— Наверно так и есть. И чего делать?

— Даже не знаю. Успех зависит от внутренней пластики, а у тебя ее нет. Медитациями заниматься не хочешь, с наркотиками лучше не связываться. Если только… ну, попробуй поймать свой ветер.

— В смысле?

— Ветер — мощный энергетический источник. Испокон веков используется адептами тайного знания. И, в отличие от зверя силы, за ним не нужно ходить в нижний мир. Если сумеешь воспользоваться энергией своего ветра, дальше будет проще.

— А который — мой?

— Я почем знаю. Эмпирически.

— И как ловить?

— Ну, ты спросил. Возьми Кастанеду что ли, почитай.

— Над ним я тоже засыпаю.

— Везде сплошное Домодедово. С ума сойти можно, — хмыкнула Лялька.

— Наверно и он покушается на мой подавленный материал.

— Ну да, не иначе. Тогда сам импровизируй, горе мое. Напряги фантазию.

— Угу. Пойди туда, не знаю куда.

Люстра качнулась, свет по всей квартире погас.

— Опять! — простонала Лялька. — Да что ж это за наказание такое!

Пока мы, спотыкаясь, бродили по квартире в поисках свечи, электричество включилось само. Подернувшись мерзкой, нервирующей рябью, ожил телевизор.

— Аномальная сейсмическая активность зарегистрирована в этом месяце в Москве и области, — сообщил диктор. — Три землетрясения мощностью два-три балла. Серьезных разрушений и человеческих жертв нет.

— Конец света наступает, не иначе, — проворчала моя подруга протирая глаза. — Куда ты собрался?

— За сигаретами, — ответил я, надевая куртку.

— Пива захвати, что ли.

— Угу.

Сопливый антициклон превратил дороги в отвратную грязно-снежно-песочную хлябь. В щеку мне, как по заказу, подул гаденький мокрый ветерок.

— Олл райт, — сказал я ветерку. — Буду тебя ловить. Чем черт не шутит.

Он будто согласился — лизнул мое лицо еще раз.

— Ну, вот и договорились.

…Не знаю, зачем меня понесло в шаманские игрища. Может, дело в том, что уже многое в жизни — пройденный этап: горные лыжи, экстремальный туризм, парашют, акваланг… хочется чего-то нового. Эдакого чего-нибудь хочется.

Когда я в третий раз сломал левую заднюю конечность, и она, собака, срастаться не хотела, выматывая меня этими дурацкими спицами, пришлось мучительно искать, чем заполнить временно лишенную приключений жизнь.

Тогда же у меня завелась Лялька. Аспирантка психфака и, по совместительству, продвинутая шаманка. Сначала я слушал ее мистические россказни с недоумением, дальше — с интересом. Что-то включилось в мозгах, как та лампочка после землетрясения: собственно, а почему бы не попробовать? Подумаешь, в школе и институте учили быть убежденным материалистом. Там же, помнится, учили, что социалистический строй — лучший строй в мире… Много убеждений вредно для здоровья.

А соблазнительнее всего в Лялькиных рассказах выглядели звери силы. Благодаря им можно реально улучшить свои природные задатки. Познакомишься в шаманском мире с такой зверушкой — получишь мощь буйвола, или ловкость обезьяны, или еще что-нибудь — ну, это: нюх, как у собаки, глаз, как у орла, в зависимости от того, кто тебе достанется. Уж мне ли не знать: силы, гибкости, остроты реакции никогда не бывает много.

Лялька сосватала меня на семинар к своему знакомому. Три раза я у него отшаманил, а толку — ноль. Прилежно, как все люди, укладываюсь на коврик. Расслабляюсь. Внушаю себе: мое тело противной тошнотворной жидкостью растекается по комнате и просачивается сквозь пол на головы дзюдоистам, которые тренируются внизу, в спортзале. Отпускаю себе все грехи… и мирно засыпаю с первыми же звуками бубна.

А после сессии, хорошо выспавшийся, с интересом слушаю, как одногруппники с горящими от возбуждения глазами делятся впечатлениями от путешествия.

Возможно, если бы легко пошло — надоело бы сразу. Но так, как есть, задело за живое. Чем я хуже?..

Всю неделю до следующих выходных дул южный ветер, и я его упорно приманивал, общаясь как с живым существом. Кажется, мы достигли взаимопонимания. Во всяком случае, прохожие на улицах оглядывались на меня как на идиота, когда я рассказывал ветру при каких обстоятельствах в этот раз сломал ногу.

Накануне семинара почувствовал: со мной происходит нечто. Меня начали приводить в маниакальное состояние любые особы противоположного пола, независимо от возраста. Весь день неожиданно замечал, что сканирую голодным взглядом женские куртки и пальто на предмет их инфракрасного содержимого… Лялька той ночью осталась довольна. Только испугалась за мое самочувствие.

Ночью-то как раз с самочувствием было все в порядке. Испортилось оно утром. Я с трудом, как барон Мюнхаузен самого себя из болота за волосы, вытащил собственное бренное совершенно разбитое тело из постели.

— Что ж так хреново-то, — пожаловался я подруге.

— Может, не пойдешь сегодня на семинар? — встревожено предложила она. — Отлежись лучше.

— Ни фига, пойду. Грех не сходить, видишь — ветер поймался.

— Боюсь, ты поймал чужой ветер.

— Почему?

— Мне так кажется. Свой должен накачивать энергией. А этот, похоже, распечатал и выхолостил твои собственные резервы.

— Ладно, — буркнул я. — По факту разберемся.

…Бубен гремел, а я все падал и падал вниз, под землю, и по мере падения становилось жарче и жарче. Летел с бешеной скоростью, попутно отмечая разные слои осадочного чехла. Подумалось, что вот-вот доберусь до мантийных пород — но тут сварился совсем и потерял сознание…

— Как же тяжело с вами, материалистами, — обескуражено сообщила мне Лялька. — Путешествие в нижний мир нужно ведь понимать не буквально. Вернее, буквально, но по понятиям так называемых примитивных культур… хотя это вопрос, кто из вас более примитивен — темнокожий племенной жрец или ты. Нельзя же лезть в бессознательное со своими твердолобыми ньютоно-картезианскими представлениями о планете. Нижний мир — это мир духов, а не мантийных пород. Империя архетипов, если тебе так доступнее. Ну пролетел бы ты, как Алиса в стране чудес, шарик насквозь — а толку?

— Ну… в Южной Америке тоже водится всякая живность. Нашел бы там зверя силы, подумаешь.

— Там водятся просто животные. Самые обычные. Зверя силы можно найти только в нижнем мире.

— Значит, облом. Попробую поймать другой ветер, — я закрыл тему и пошел выметать фрагменты разбитой чашки, которой во время очередного землетрясения повезло оказаться на краю стола.

В понедельник ветер сменился на западный. Этот новый знакомый оказался капризной скотиной: как чуял, что я хочу его поймать, и каждый раз прекращался, стоило мне открыть рот для приветствия. Но к среде он наконец сменил гнев на милость, если это можно назвать милостью: фигачил с такой силой, что шапка постоянно слетала.

А в субботу вечером, накануне семинара, со мной приключился приступ ментальной активности. Полдня я ощущал себя не в своей тарелке, пока наконец не понял, чего мне не хватает для счастья.

Трижды обыграл в шахматы компьютер. Не удовлетворившись, пошел и обыграл соседа. Когда и этого оказалось мало, раскопал школьный учебник французского языка и к двум часам ночи треть книги выучил наизусть. Только тогда почувствовал, что наконец-то смогу заснуть.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.