Лебединые ворота

Белояр Ирина

Жанр: Фэнтези  Фантастика    2003 год   Автор: Белояр Ирина   
Закладки
Размер шрифта
A   A+   A++
Cкачать
Читать
Лебединые ворота (Белояр Ирина)

…ничего ровным счетом не помнил. Хотя откуда-то многое знал. Очнувшись посреди пустоши, интуитивно понял: надо искать ночлег, скоро это зеленое солнце опустится вниз, и хрен-ее-разберет-какая живность-нечисть выйдет на свою сумеречную охоту.

А очнулся странно: на плече — сумка, в сумке — буханка хлеба и фляжка с водой, в кулаке — записка: «Ты вернешься, когда увидишь на пруду черных лебедей». Он сохранил записку, хотя потом еще целый год было не до нее.

Хлеб кончился на второй день, вода — на третий. По вечерам человек забивался под корни полувывороченных ветром редких деревьев и спал там урывками, вздрагивая от топота, уханья, хохота наполненной чем-то живым темноты. Он не знал зверей, которые издавали такие звуки. Когда услышал вой — в памяти возникло слово «волк». Хотя вой не был похож на волчий, зверь отчетливо нарисовался в воображении: большая, серая с проседью, величавая собака с пышной гривой… На пятый день, изнемогая от голода, жажды и усталости, путник достиг леса.

В лесу ему встретились маленькие люди — полугномы-полуобезьянки. Сначала испугались — когда непривычного вида переросток, споткнувшись, рухнул в пышный кустарник, — потом начали жалеть: принесли какой-то травяной отвар, который смыл тяжкую муть с мозгов и добавил сил. Человек поднялся… «Осторожнее!» — пронеслось в голове, маленькие люди отпрянули, а в памяти всплыло слово «телепатия».

Вокруг поселка царила тишь: бурные, беспощадные проявления дикой жизни остались в степи. Здесь только птицы самых разных видов и мастей сновали по деревьям, да еще пестрые лягушки с кошачьими мордами закатывали по утрам свои полифонические концерты. И человек не стал плести себе хижину на ветвях, как это делали местные — откуда-то вспомнилось, что дом должен выглядеть иначе… Сначала ночевал в шалаше из сухостоя, а к концу года построил жилище из бревен — обтесал их плавником рыбы, похожей на безногого варана. Такими плавниками местные резали белые камни, из которых складывали хранилища для продуктов на зиму. В поселке было принято питаться фруктами, семенами, травой — и человек научился есть то же самое, хотя в памяти мелькало слово «хищник».

У маленьких людей были смысловые имена, и он придумал себе такое же: Эстраньо [1] .

…К концу года ему начали сниться тяжелые сны. Люди, знакомые и незнакомые, один за другим выходили из-за черного занавеса памяти. «…не место в нашем обществе, — вещал голос откуда-то сверху и со всех сторон, — он должен исчезнуть…» Просыпаясь, Эстраньо осознавал, что услышанное относится к нему. Накатывала боль потери… но никак не удавалось вспомнить, в чем же провинился. Одно ясно — здесь он чужой. То, что оставил, болит внутри. Вернуться туда, откуда прогнали, и — понять, может — искупить, может… «Ты вернешься, когда увидишь на пруду черных лебедей».

Эстраньо хотел выяснить у местных, что такое «лебеди», но столкнулся с неразрешимой проблемой: телепатия не транслировала бессмысленные сочетания букв, только образы и понятия. Засыпая, просил собственную память: «Покажи мне лебедя». Вместо этого приходило другое. Красивая женщина плакала: «Он не дает мне жить! Он превратил меня в куклу, а сам — что хочет, то и творит!» — «Уйди от него, — просил Эстраньо. — Уйди — и я сделаю тебя счастливой…»

Так продолжалось несколько ночей подряд. «Ты не понимаешь, — женщина вытирала платочком поплывшую косметику, — Он — зверь. Он убьет меня. И тебя — тоже». — «Это я его убью», — отвечал Эстраньо, сжимая кулаки… Он и женщина шли по набережной Яузы, а по воде плыли какие-то птицы, но — не лебеди…

Эстраньо набрал на берегу пруда розовой глины, вымазал стену своего жилища. Взял плавник рыбы, похожей на варана, и решил: «Пусть руки помогут вспомнить».

Сначала он нарисовал уток — птиц, которые плавали по Яузе — и выкрасил их золой в черный цвет. Удлинял уткам хвосты и клювы, менял форму тел и крыльев, но лебеди не получались. Эстраньо устал от безнадежного поиска, рассердился и разочаровался. Наконец, издеваясь над самим собой, изуродовал картинку: приделал птицам длинные изогнутые шеи… и понял: это и есть лебеди.

Обрадованный открытием, Эстраньо побежал к своим маленьким друзьям, но его опять ждало разочарование: в этом мире не водились лебеди. Только утки, но это ж совсем не то… Целый год человек ждал чуда, но чудо не прилетело.

Тогда он решил: вожделенное знамение нужно создать самому. Вырезал лебедей из дерева, оклеил утиным пухом и покрасил соком черных ягод, похожих на землянику. Птицы получились как живые. Два почти живых лебедя плавали на пруду, но никто не приходил, чтобы забрать Эстраньо домой…

Еще многое изгнанник отвоевал у своей строптивой памяти за это время. Вспомнил, что когда-то учился в университете, вспомнил, что такое биология…

Десять лет ушло на то, чтобы вывести породу черных уток с длинными изогнутыми шеями. Получилось очень похоже, но это были все-таки не лебеди, а просто черные утки с длинными изогнутыми шеями. Они не годились для знамения.

Под руководством маленьких людей Эстраньо занялся магией. Не спал неделями, ел только то, что разрешали, часами бегал по степным холмам и лазил по деревьям, концентрировался и расслаблялся. Он научился зажигать огонь усилием мысли. Он научился управлять снами. Он научился левитировать и заговаривать болезни, видеть в темноте — и слышать голос Вселенной… и только тогда понял: можно изменить видимость, но нельзя изменить суть. Две деревянные чушки, которые плавали в пруду, выглядели совсем как лебеди — но оставались деревянными чушками.

«Столько лет прошло, — думал Эстраньо. — Все уже давно забыли. За мной никогда никто не придет…» Засыпая, сосредоточился на вопросе: «Попаду ли я домой?» Техника отказала: снилось что-то очень тяжелое, больное, но он не запомнил, что именно… а проснулся от свиста.

Звук доносился издалека, с пустоши, высокой нотой прорываясь сквозь бархатные лягушачьи трели.

…Эстраньо бежал по степи сквозь мягкий утренний ветер. Казалось: понимание — а вместе с ним и свобода — вот-вот придут, лишь только схлынет ночной морок…

…На холме, греясь в лучах зеленого солнышка, сидел крупный рак. Он-то и свистел.

«Ты вернешься, когда рак на горе свистнет!».

В этом мире были реальностью свистящие на горе раки — зато не существовало черных лебедей на пруду… «Так надо мной просто посмеялись!»

…На картинке, которую Эстраньо нарисовал когда-то на стене, две сильных птицы сцепились клювами, образуя ворота — символ возвращения. Много лет художник молился на это свое творение как на икону. «Так пусть и уход тоже будет символичным».

Эстраньо нашел свое рукотворное чудо — лебедей из дерева и пуха. Повинуясь воле мага, две почти живые птицы заскользили по темной воде, и, встретившись посередине пруда, сцепились клювами.

Нежное зеленое солнце, пушистые розовые деревья в белых цветах, утки-лебеди, кошки-лягушки… «Спасибо за приют», — прошептал Эстраньо. «Прощайте,» — отправил он мысленное послание просыпающимся маленьким людям. Вошел в пруд, проплыл сквозь лебединые ворота, резко опустился под воду и вдохнул…

Последнее, что он услышал: «Помогите! Человек тонет!..»

…А когда открыл глаза — увидел небо нелепого синего цвета и засиженный голубями каменный парапет Яузы.

…Эта женщина стала толстой, и вечно плывущая косметика уже не скрывала ни мешков под глазами, ни морщин. Только суть осталась неизменной — женщина по-прежнему жаловалась и рыдала.

— Ты не представляешь, какая это сволочь! Я живу в клетке, я для него — предмет мебели, а он что хочет, то и творит!

— Этот — тоже сволочь… ясно. Так уйди от него, — посоветовал Эстраньо.

— Ты не понимаешь! Он убьет меня! И тебя — тоже!

— Меня, между прочим, давно уже нет. Казнен за умышленное убийство. В соответствии с гуманистическими идеалами нашего общества.

Copyrights and trademarks for the book, and other promotional materials are the property of their respective owners. Use of these materials are allowed under the fair use clause of the Copyright Law.